Воздух вокруг накалялся. Нечем было дышать. Я ощущала это каждой фиброй души. Вика почему-то — нет. Не выдержав напряжения, я резко сорвалась с места и бросилась прочь:
— Мне нужно заняться вторым этажом!
Я сбежала. А потом вспомнила, что все необходимое для уборки в подсобке. Она находилась на первом этаже около кухни. Понадеявшись, что Вика с Владом уже ушли, я на носочках спустилась вниз и прислушалась.
— Скажи мне, — Влад сидел за столом. Голос его звучал пугающе спокойно. Это вызывало больше страха, чем крик. — Как скоро в доме появится персонал?
— Владик, я же ищу! Это не так просто… Пусть Алла работает. Ей-то что? — бывшая подруга пыталась соблазнить мужчину. Всячески перед ним выкручивалась, выгибалась. Даже голос понизила и палец стала сосать, словно в дешевом порно. Влад в лице не переменился. Выглядел равнодушным.
— Предложенная мной зарплата самая высокая в нашем районе. Ты настолько умственно отсталая, что даже с подобным простым заданием не можешь справиться? — произнес он и замер. Вика тоже зависла. Чего-то подобного она явно не ожидала.
— Видимо… — растерянно прошептала подруга. Судя по дрожащему голосу, она начинала плакать. Подобной манипуляции она научилась еще в детстве. Отец бывшей подруги всегда велся и из сострадания делал все, что она скажет. — Давай! Скинь всех собак на женщину, что носит под сердцем твоего ребенка.
— А я от ребенка и не отказываюсь. Но только если до вечера состав не будет укомплектован, я аннулирую все твои кредитки. И переселяю тебя в дом обслуги, — Влад встал. И я снова заглянула в комнату. Мужчина завис над омлетом, валяющимся на полу. Рассматривал его с перекошенной от злости гримасой.
— А это еще зачем?! — утерев слезы, Вика испуганно осела на кресло.
— Будешь работать вместо Аллы. А как ребенок родится — вали на все четыре стороны. Какой мне толк от тебя? Дешевле заказать шлюху. От нее хотя бы нет стольких проблем, — подойдя к шкафчику с утварью, Влад начал резко открывать ящики один за другим. Что-то искал.
— Я… Я больше так не буду! — затараторила Вика. — Тише травы, ниже воды… Клянусь! Только прости меня, ладно?
— Простить, говоришь? — Влад достал из ящика большую поварскую ложку. Протянул ее Вике. А после кивнул на гору омлета на полу. — Ешь, Вика.
— Фу! Ты дурак? Я не буду! — фыркнув, девушка отвернулась. Она старательно изображала из себя принцессу, перед которой должен стелиться бывший. Только вот он был другим человеком.
— Будешь. Если хочешь тут жить… — он навис над девушкой коршуном. Даже я перестала дышать. — А не хочешь? У тебя час, чтобы свалить из дома.
— Прогоняешь своего ребенка?! — снова парировала девушка, поджимая губу.
— Не переживай, СВОЕ я никогда не бросаю. Заберу после родов. А непутевая мамаша мне не нужна, — отчеканил он каждое слово, а после стащил Вику со стула и толкнул в сторону омлета. — Ешь! И быстро. У меня мало времени.
Не став подслушивать дальше, я сорвалась с места и выбежала на улицу. Там позволила себе разрыдаться. Слова Влада заставила испугаться до беспамятства. Ведь именно этого я и боялась — лишиться ребенка. Отдать его монстру.
Рука упала на живот. Он все еще был там. Мое маленькое сокровище. И единственное. Никто в целом мире не знал о его существовании. Пусть так будет и дальше.
****
— Спасибо за совет, друг… — проходя мимо гостиной, я краем уха услышала голос Адама. Друга Влада. Он тоже владел крупной корпорацией, только в Америке. — Никогда бы не подумал, что книга Марии Ремарка произведет на меня такое сильное впечатление!
— Я такое не читаю. Нет времени, — Влад хмыкнул холодно, но чересчур импульсивно. Встал с дивана, резко налил себе виски. Слегка расплескал на рубашку. Зашипел от злости проклятия. — Видимо, еще Алла советовала… Она тоннами книги читала. По тому за раз.
Ноги приросли к полу. Замерев в коридоре, я вспомнила, как четыре месяца назад на этом же диване вместо Вики в обнимку с мужем сидела я. Брак тогда казался мне идеальным и нерушимым. И Адам был у нас в гостях.
А теперь я уборщица… А обнимает Влад другую...
— А я тоже все ее книги прочитала! — звонко воскликнула Вика, с явной ревностью в голосе.
В комнате возникла гробовая тишина.
— Чьи «ее»? — переспросил Адам.
— Ну, этой Марии… Хорошая писательница! Не для всех… — Вика заерзала на месте. — Книги такие глубокие, тонкие, чувственные! Сразу видно: пишет женщина. Мужчины на такое неспособны.
Адам рассмеялся в голос, совсем не беспокоясь о чувствах растерянной бывшей подруги. Я тоже тихо усмехнулась. Ремарк был мужчиной.
— Солнышко, — Адам заговорил низко, как будто с ребенком, — а как тебе восьмая симфония Чайковского?
Вдохнув побольше кислорода, Вика уверенно и глубоко протянула:
— Очень тонко и изысканно. Не знала, что вы такой же меломан, как и я…
По всему дому разлился заливистый хохот. Повернувшись к хозяину дома, Адам, утирая слезы, прохрипел:
— Где ты нашел это чудо? Она все восемь слышала, когда их всего шесть!
Было немного стыдно и неловко за оконфузившуюся подругу. Не став дальше вслушиваться в диалог, я быстро вышла на лужайку, тихо прикрыв за собой дверь.
Слова Влада подействовали, штат был полностью укомплектован. У меня появилось свободное время. Оставив туфельки на брусчатке, босиком прогулялась по зеленой мягкой траве, а после позволила ногам зарыться в мягком песке. Больше всего в доме Влада мне нравится пруд со специальной морской водой без хлорки. Раньше я тренировалась в нем каждый день.
Сейчас же на улице была ночь. Никто не мог меня застать. Купальника в новой жизни у меня не было, только белая свободная ночная сорочка в пол. Я надела ее поверх голого тела, собираясь после замотаться в полотенце и убежать в дом прислуги.
Прохладная вода приняла меня в свои объятия. Окутала кожу приятными вибрациями, позволяя освежить тело и разум. Я нырнула и проплыла до самого конца пруда. Вынырнула во тьме, глотнула немного кислорода и снова попылала обратно под водой. Нужно было скорее сбежать. До того, как кто-то увидит.
Выходя из воды, я чувствовала, как мокрая насквозь ночная сорочка облегает голое тело. От слабого ветерка мелкие волоски встали дыбом, разбежались мурашки, а соски напряглись.
— Что ты тут делаешь?! — перед глазами возник Влад. Как будто из пустоты! От страха я вскрикнула и отшагнула назад.
— Пришла покупаться, — от неожиданности зуб на зуб не попадал. — Нельзя?
Бывший смотрел на меня пристально, сведя брови на переносице. Дыхание его казалось быстрее сердцебиения. А рубашка тряслась, словно секунду назад он бежал.
— Нельзя, — отчеканил он от зубов, будто в чем-то меня обвиняя. — Чтобы я больше тебя у воды не видел. Поняла?
К чему это было сказано? Почему Влад казался мне встревоженным? Все это заставляло задуматься.
— Захочу и буду. Ты ничего не сможешь мне сделать, — отчеканила я от зубов. Сама удивляясь своей смелости.
Было страшно. По телу прошел импульс, оставаясь в скрученном желудке. Но я все равно смотрела ему в глаза с гордо поднятой головой.
Вдруг взгляд мужчины опустился на мою мокрую ночную рубашку. Черные глаза стали пламенными, жгучими. Я почувствовала напряжение в его штанах и отшатнулась.
— Захочу и буду. Ты ничего не сможешь мне сделать, — с улыбкой повторил он меня. А после протянул руку и погладил мою грудь. Недолго. Я сразу отвернулась. Быстро схватила полотенце и обернулась им вся целиком.
Недалеко, прямо перед домом, стоял Адам. И он смотрел на меня тем же взглядом, что и Влад. Что смотрят все мужчины с подобным статусом: это была не любовь, нет. Желание заполучить, как новые дорогие часы в свою бесконечную коллекцию. Раздевал глазами. Примерял на свой член.
— И ты променял прекрасную Аллу на Викторию с ее восьмой симфонией? — посмел воскликнуть Адам. По лицу Влада прошел оскал. Тогда я поняла, что Адам больше не желанный гость в этом доме. — Какой ты идиот, друг! Эти глаза, фигура, голос… Так бы и похитил.
