призывать демонов отнюдь не просто. А я пока не хотел показывать Роману Евгеньевичу, что могу это делать только силой мысли. Легион мог бы сообщить некоторым своим врагам нужного уровня, что он находится здесь, вызвать их на сражение, и они бы мигом явились. От такого демоны не отказываются. Собственно, так он и приманивал многих, когда мы жили в Муроме.
— В соседнем доме живут Соколовы, а их глава рода — архимаг. Как думаете, на кого нацелен Охотник? — с намёком спросил я у Романа Евгеньевича.
— На него?
— Именно. Мы лишь помехи перед его охотой.
Помощник должен сделать выводы, кто здесь самый сильный относительно ранговой системы. Ведь для охотника имеет смысл только объём силы, которую содержит в себе источник мага. А потому он будет нападать на самых сильных. Магистр и аспирант его интересовать будут только в том случае, если нет никого с более объёмным источником поблизости.
А такой человек и имелся. Судя по последним сводкам, Лев Анатольевич Соколов болел. Ему было уже девяносто три года, и время начало забирать своё. Однако менее сильным он от этого не становился. Просто стал реже выходить из дома, так что и сейчас он находился там.
После того как Охотник бы усвоил энергию от прошлой жертвы, он бы сразу напал на него. И это могло случиться уже сегодня.
Где-то за час мы закончили с печатью призыва. Я опустился на корточки, чтобы коснуться горящим пламенем руки выведенных на земле линий.
— Иприт, — проговорил я имя призываемого, и на месте печати раскрылся огромный портал.
Согласно учениям Ордена, чтобы призвать определённого демона, нужно было вложить его имя и номер уровня в магическую печать. Мы повторили это имя трижды, чтобы явилось три демона. Ведь одного охотнику будет мало.
Но при этом каждый из демонов будет сильнее архимага, живущего в доме напротив. И сильнее меня. Именно поэтому Тимур Алексеевич сказал, что дело рисковое. Но только с помощью подобной хитрости я мог ослабить Охотника.
Три крылатых демона возникли из портала, поднялись словно из ниоткуда. Их кожа была черна, покрыта шипами. А на голове — по одному рогу в самой середине лба.
— А теперь отходим в укрытие, — велел я и схватил Романа Евгеньевича за локоть.
Мы отошли ко второй печати, которую подготовили для своего убежища. Она создавала прочный барьер, через который демонам не пробиться. Ведь, несмотря на то, что эта троица — приманка, пока охотник не явился, они считали жертвами нас.
Демоны принялись колотить барьер, пытаясь проломить его, и даже оставляли на нём царапины.
— Сколько он выдержит? — нервно спросил Роман Евгеньевич.
— Около получаса. Нам хватит, — усмехнулся я.
Всё случилось куда быстрее, чем я ожидал. Из окна заброшенного дома вылез демон. Он был похож на человека с чёрной змеиной кожей. Длинные руки, с которых свисали кинжалоподобные когти. Огромные мушиные крылья.
— Ну и тварь… — сглотнул Роман Евгеньевич.
— Да… и самое ужасное, что это не охотник.
Я прекрасно помнил, как выглядят эти твари. И хорошо знал других демонов, о существовании которых орден даже не догадывался — Легион показал мне всех.
— Что? — удивился Роман Евгеньевич.
— Это один из владык, — сказал я, изучая взглядом эту тварь.
— Орден ошибся при составлении задания? — Роман Евгеньевич говорил так, словно хотел заранее обвинить Святой орден в нашей кончине.
— Нет, — помотал я головой.
Мои демоны ошибиться не могли. И Охотник здесь тоже был. Просто он был не один… А рядом с тем, кто умело скрывал своё существование. Настолько, что его присутствие не заметили даже свои!
Владыка осмотрелся и, заметив нас, хищно улыбнулся. А затем произнёс на языке демонов:
— Сегодня ты снова умрёшь, Легион!
Глава 4
Наша провокация в мире демонов возымела большой успех, раз сюда пришёл не кто-то из высших, а один из владык — Вельзевул. Демон смерти, как его называли в народе. Там, где проходит он, никто не остаётся в живых…
Но то были лишь легенды самих демонов, а сейчас он стоял предо мной во плоти. Мне повезло, что именно этот владыка не отличался особой физической силой, но у него была мощная магия. Такая, что уничтожала всё, к чему он прикоснётся.
— Сань, кажется, у меня есть идея, — спешно сообщил Легион.
— Какая?
— Нет времени объяснять. Продержись ещё минут десять. Сможешь?
Просто отличный план! Постараться не подохнуть, пока он там что-то решает!
— Сомневаюсь, — честно ответил я. — Он раздавит этот купол, а затем и нас, как букашек.
С таким демоном и архонт бы не справился.
— Саня, делай что хочешь, но продержись! Я скоро! — бросил Легион.
— Куда ты? Ты же сидишь в моей голове!
Но он уже не ответил.
Хотя итак было понятно, куда он пошёл. Он не мог общаться со мной только в тех случаях, когда говорил с другими демонами.
Так, так, так… и что же мне делать⁈
Судя по всему, ни один из последователей Легиона не сможет справиться с владыкой. А значит, призывать их смысла нет… Разве что в качестве отвлекающего манёвра и живых щитов.
Но даже с демонами… я был не настолько жесток.
На лице Романа Евгеньевича читалась паника. Он стоял близко, и я слышал, как гулко бьётся его сердце, словно грозится вырваться из груди.
— Что это за демон? — вдруг спросил он дрожащим голосом.
— Вельзевул, — ответил я.
— Что? — не понял он.
Такого демона не было в учебниках по демонологии, которые мы изучали в университете. Ведь этот демон раньше никогда не являлся на Землю. А зачем ему это надо? Обычно владыки, даже при завоевании миров, особо не участвуют в битвах. Они посылают туда своих приспешников.
А потому людям неизвестно ничего о нынешних владыках. Кроме одного исключения — что демонов создал Легион. Они до сих пор считают его самым главным из предводителей.
Но каких-либо подробностей о нём они не знают. И в моём случае это даже хорошо.
Пока все эти мысли проносились в моей голове, Вельзевул продолжал с оскалом на нас смотреть. Так, как хищник смотрит на свою жертву перед тем, как напасть.
— Что будем делать? — в панике спросил Роман Евгеньевич.
К такому его жизнь явно не готовила. Да и меня
