Глава 3
21.58–22.22
Пройдя так около квартала, Мэллори заметил, что вокруг становится светлее.
— Должно быть, я завертелся, — сообщил он Мюргенштюрму. — Я готов поклясться, что мы возвращаемся той же дорогой, которой пришли.
— Так и есть, Джон Джастин.
— Прежде на этой улице было темно, — тряхнул головой Мэллори. — А теперь погляди-ка. Фонари зажглись, да и во многих квартирах свет горит.
— Он все время горел, — заметил эльф.
— Чушь собачья.
— Горел, — стоял на своем эльф. — Просто он раньше не был виден вам.
— Почему это?
— Наверно, — Мюргенштюрм почесал в затылке, — потому что вы были чужаком, забредшим сюда из своего Манхэттена. А теперь, к добру или к худу, вы участник здешних событий.
— И что, это составляет какую-нибудь разницу?
— Самую грандиозную, какая только может быть.
— Почему?
— Отличный вопрос.
— Ты не знаешь, — резюмировал Мэллори.
— Я никогда и не претендовал на то, что я не таков, как есть: дьявольски очаровательный эльф с нормальным уровнем интеллекта и сексуальных потребностей…
— А также с крайне ничтожными видами на долголетие, — подкинул Мэллори.
— Правда, — горестно согласился Мюргенштюрм. — Во «ao*., случае, я никогда не причислял себя к ученым или ясновидящим и считаю, что с вашей стороны весьма нелюбезно постоянно унижать меня за эти маленькие недостатки.
Мэллори уже собирался ответить ему, но в этот миг они вслед за Фелиной обогнули угол, и детектив понял, что Манхэттен Мюргенштюрма зажил полноценной жизнью. Несмотря на прежний холод и дождь, по улицам суетливо шныряли эльфы, гномы, гоблины, тролли и даже менее человекообразные прохожие. Могучие разноцветные слоны и тягловые лошади везли бесконечный поток карет и экипажей, а диковинные уличные торговцы — не люди и даже не эльфы — предлагали все на свете, от игрушек до драгоценных камней, обладающих мистическими свойствами.
Перед витриной магазина готового платья стоял крупный мужчина с чешуйчатой кожей и странно вылупленными глазами. Он сжимал ручку шарманки длинными перепончатыми пальцами и медленно вертел ее, а белобрысый мальчонка на поводке подошел к Мэллори, держа в руке кружку и выжидательно улыбаясь. Мэллори бросил монетку, парнишка поймал ее кружкой, отвесил низкий поклон и прошелся колесом. Потом он отплясывал джигу перед проходившей мимо женщиной, пока она тоже не внесла свой вклад.
— Я на гонораре плюс накладные расходы, верно? — вдруг уточнил Мэллори.
— Совершенно верно, Джон Джастин, — подтвердил Мюргенштюрм.
— Я только хотел убедиться, что ты не забыл об этом.
— А что? — поинтересовался эльф.
— А то, что я промок до ниточки и промерз до задницы, — ответил Мэллори, направляясь ко входу в магазин одежды. Шарманщик уступил ему дорогу, и Мэллори заметил, что у того по обе стороны толстой шеи идут ряды жаберных щелей.
— Только не увлекайтесь, Джон Джастин, — предупредил Мюргенштюрм. — Мои средства весьма ограниченны.
— Тогда добудь еще немного из воздуха.
— Эти деньги непригодны.
— Что? — зловещим тоном переспросил Мэллори.
— О, в вашем-то Манхэттене они вполне пригодны, — заверил эльф. — Но куда бы скатился наш мир, если бы всякий, кому понадобились деньги, мог просто добыть их прямо из пустого воздуха?
— Тогда дай мне денег, которые примут здесь. Скупо отмусолив пятьсот долларов с горстью мелочи, Мюргенштюрм протянул их детективу. Тот мельком осмотрел деньги, сунул их в карман и вошел в магазин, несмотря на поздний час буквально забитый покупателями, облаченными в самые разнообразные наряды, — от смокингов до рыцарских доспехов, — кроме одного дородного пожилого мужчины, одетого лишь в шляпу-котелок и зонт с позолоченной ручкой. Большинство манекенов демонстрировало разнообразные шелковые и бархатные плащи и балахоны, хотя были тут выставлены на обозрение кольчуги, а один щеголял в галифе и остроконечном шлеме. Две манекенщицы — одна ростом более семи футов, а вторая даже мельче, чем Мюргенштюрм, — расхаживали вдоль подиума, $%,-ab`(`co уцененные наряды из индийского льна.
— Любопытно, — ответил Мэллори.
— Банально, — отозвался Мюргенштюрм, ничуть не заинтересованный происходящим.
— Не могу ли я вам помочь? — подходя к ним, осведомился элегантно одетый мужчина.
— Можете, — ответил Мэллори. — Мне нужно пальто, предпочтительно с меховым воротником.
— Боюсь, об этом не может быть и речи, сэр.
— А как насчет лыжных курток на овчинной подкладке? На лице клерка появилось страдальческое выражение.
— Мне ужасно жаль, сэр, но мы просто не держим ничего столь экзотического.
— Вы не держите ничего экзотического? — повторил Мэллори. — Черт возьми, а что это у вас на витрине?
— Вы, несомненно, подразумеваете наш костюм для сафари. — Клерк указал на манекен в остроконечном шлеме. — Боюсь, это единственный из имеющихся у нас истинно эксцентричных нарядов, сэр.
— Послушайте, — не вытерпел Мэллори, — мне всего-навсего нужно что-нибудь этакое, чтобы мне было тепло и более-менее сухо.
— И не слишком дорого, — поспешно вставил Мюргенштюрм.
— Что ж, позвольте мне взять ваши мерки, и я постараюсь вам что-нибудь подыскать, сэр, — сказал клерк, извлекая блокнот и ручку.
— А вам разве не нужна мерная лента? — поинтересовался Мэллори.
— Зачем? — Эта мысль немного позабавила клерка.
— Разрази меня гром, если знаю, — признался Мэллори.
— Не начать ли нам, сэр?
— Валяйте.
— Возраст?
— Тридцать семь, — озадаченно сообщил Мэллори.
— Ноги?
— Имеются.
Клерк постарался скрыть досаду.
— Сколько, сэр?
— Две.
— Цвет глаз?
— Карий.
— Шрамы?
— Шрамы? — с недоумением спросил Мэллори.
— Будьте любезны, сэр. Другие покупатели ждут.
— Один, после аппендицита, — пожал плечами детектив.
— Вы правша или левша?
— Правша.
— Полагаю, на этом все, — с улыбкой поднял глаза клерк. — Сейчас вернусь.
— Странно, — пробормотал Мэллори, провожая взглядом клерка, суетливо устремившегося через магазин.
— Что навело вас на эту мысль, Джон Джастин?
— А ты не находишь это необычным?
— Вообще-то нет. Разумеется, он должен был спросить про „/ $(-k и выпуклости, но, видно, у них нехватка персонала.
И тут в дальнем конце магазина раздался женский визг, а через мгновение Мэллори увидел, как Фелина с яростным шипением вспрыгнула на прилавок. На ней была надета шляпа, сделанная вроде бы исключительно из бананов, виноградных гроздей и апельсинов. Судя по виду, девушка была готова биться за эту шляпу не на жизнь, а на смерть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
