по рельсам Вебстеров.
— Пойдём, — сказала мама. — Поможем Харрисону. Он должен пообщаться со всеми гостями, а не только с мисс Хартвел, которая безраздельно завладела его вниманием, почти как ты некоторое время назад.
Гости и домочадцы давно разошлись на ночь по своим комнатам, но Харрисону не спалось, в голову постоянно лезли мысли. Поэтому он надел халат и вышел на террасу с видом на океан. Неполная луна озаряла лужайку за домом, а волны плавно набегали на скалы внизу.
Прошедший день вселил в него надежду. Харрисон не ожидал быстрых результатов, но реакция Мэдди одновременно удивила его и обрадовала. Завтра, не отступая от своего плана, он напомнит Мэдди об их общем прошлом и интересах. Возможно, сделает пару комплиментов. Он будет флиртовать с ней и вызывать у неё улыбку, при необходимости пустит в ход всё своё обаяние. Возможно, послезавтра у него получится поцеловать её совсем не по-братски.
Прислонившись к каменной балюстраде, он зажёг сигару, перед этим провернув её над пламенем, чтобы согреть листья. Харрисон втянул дым, наслаждаясь насыщенным, приятным вкусом. Он вспомнил о том, как последний раз стоял на этом самом месте и курил. В ту ночь всё изменилось навсегда...
— Пойдём со мной.
Харрисон оглянулся на голос и увидел своего друга Престона, стоявшего рядом.
— Зачем?
Престон указал на бальный зал Вебстеров, где собрались почти все сливки общества.
— За тем, что ты, мой друг, стоишь и смотришь на неё, разинув рот. Это выглядит жалко. Кроме того, у меня есть сигареты. Выйдем быстро покурим.
Харрисон бросил на Мэдди последний взгляд. Потрясающе красивая в бальном платье цвета слоновой кости, она смеялась над чем-то, что сказал ей партнёр. Она танцевала каждый танец, что было неудивительно, учитывая, что Мэдди стала одной из самых востребованных дебютанток в этом году.
Однако никто не знал, что она уже принадлежала Харрисону.
Он любил её с тех пор, как ему исполнилось пятнадцать, но ему казалось неправильным признаваться в своих чувствах до того, как она выйдет в свет. Поэтому Харрисон дождался сегодняшнего дня, когда они опять оказались в том самом особняке у океана. Харрисон понятия не имел, отвечала ли она ему взаимностью... но они выросли вместе. Крепко дружили. Первым делом всегда искали друг друга взглядами в толпе. Хранили секреты и оказывали непоколебимую поддержку.
Он не мог больше ждать. Девушки обычно выходят замуж в конце своего первого сезона, иногда второго. Нельзя терять время. Харрисон намеревался остаться с ней наедине после ужина, рассказать о своих чувствах и начать строить планы на их совместное будущее.
Живот болезненно скрутило, в горле пересохло. Возможно, небольшое отвлечение в виде прогулки на свежем воздухе ему не помешает.
— Ладно, — согласился он. — Но ненадолго.
Они пробрались сквозь толпу и вышли на террасу, которая тянулась вдоль всей задней части шато в стиле итальянского палаццо. Однако Престон не остановился и направился к одной из каменных лестниц, которые вели вниз на лужайку.
— Ты куда? — крикнул Харрисон в спину другу.
— Подальше от любопытных взглядов. Мы с Китом поспорили, кто дольше продержится без курения. Я не хочу проигрывать.
— Поэтому решил сжульничать?
— Да, и без сожаления.
Харрисон тихо усмехнулся. При желании Престон мог вести себя абсолютно беззастенчиво. В конце концов они оказались в нише под террасой. Луна и огни дома обеспечивали достаточное освещение. Престон одним движением открыл серебряный портсигар, достал две сигареты, затем убрал портсигар в карман. Прикурив обе, он протянул одну Харрисону.
— Держи.
Он взял зажжённую сигарету и поднёс ко рту. Лёгкие обожгло дымом, но разум успокоился. Харрисон расслабленно прислонился к каменной стене, выдыхая. Он не часто курил, но с тех пор, как поступил в колледж, время от времени с удовольствием баловался сигаретой или сигарой. И всегда с Престоном, который оказывал на него ужасное влияние и одновременно был отличным другом.
— На что поспорили?
— С Китом? — В ответ на кивок Харрисона Престон выпустил струйку дыма. — На пятьдесят долларов.
— Ты не можешь себе этого позволить.
— Знаю, но я ненавижу проигрывать. Это дело принципа.
— Ты смешон.
— Сказал мужчина, который четыре года тайно вздыхает по одной женщине.
Скорее, шесть, но Харрисон не стал поправлять друга.
— Надеюсь, после сегодняшнего вечера перестану.
Глаза Престона округлились.
— Сегодня тот самый вечер? Ты серьёзно?
— Да. Я признаюсь ей в своих чувствах, как только останусь с ней наедине.
— Чёрт возьми, ну и время ты выбрал. У нас начинается выпускной год. Наконец-то можно отвести душу.
Харрисон не нуждался ни в кабаках, ни в женщинах. Ему нужна была только Мэдди.
— Я и планирую.
— Ты собираешься сразу ей во всём признаться?
— Нет. Начну с того, что я планирую за ней ухаживать, и посмотрю на её реакцию.
— Я бы пожелал тебе удачи, но не думаю, что она тебе понадобится. Вы идеально друг другу подходите.
Прежде чем Харрисон успел ответить, с террасы донёсся шум. В Ньюпорте сложно было вести личные беседы. То ли из-за воды, то ли из-за ветра звук разносился на многие мили.
Молча затягиваясь сигаретой, Харрисон с Престоном в ожидании прислушались.
Раздались пронзительные смешки, а затем по полу застучали каблучки...
Харрисон предположил, что они принадлежали группе молодых девушек. Его догадка подтвердилась секундой позже, когда они заговорили.
— Он ужасный танцор. Дважды наступил мне на ногу.
Мэдди.
Харрисон замер, встретившись взглядом с Престоном. Его друг сразу всё понял и кивнул в ответ.
Что она здесь делает? Он бросил недокуренную сигарету в горшок с песком, намереваясь подняться на террасу. Престон положил руку ему на плечо и покачал головой.
— Подожди, — произнёс друг одними губами.
Харрисону не нравилось подслушивать, но, возможно, Мэдди не нуждалась в его вмешательстве.
— По крайней мере, он пригласил тебя на танец. На меня он даже внимание не обратил, — проговорила другая девушка, чей голос Харрисон не узнал.
— Не расстраивайся, — сказал третий тоненький голосок. — Мэдди все замечают.
— Едва ли это так, — ответила Мэдди со свойственной ей скромностью.
— Конечно, это так, — подтвердила другая девушка. — Вот бы знать, в чём твой секрет.
Харрисон чуть не фыркнул. В привлекательности Мэдди нет никакого секрета или подвоха. Это часть её натуры, как и широкая улыбка и сверкающие глаза, или заразительный смех и остроумие. Ни одна другая девушка и в подмётки ей не годилась.
— Мне тоже, — сказала девушка с тоненьким голоском. — Я бы очень хотела, чтобы Харрисон Арчер уделял мне столько же внимания, сколько он уделяет тебе, Мэдди.
— Мистер Арчер? Мы дружим целую вечность.
— Ну, ты же знаешь старую поговорку о
