учебника страницу, которую как раз переворачивала.
— Меня твои способы не интересуют. Предпочту дождаться мужчину, за которого захочу выйти замуж.
Щеки залила краска, но я упрямо смотрела в учебник. Зачем я вообще это сказала? Да, это слишком старомодно. Даже во времена молодости моей тетушки добрачными связями никого было не удивить, а уж сейчас, когда противозачаточные зелья продаются на каждом шагу и стоят сущие копейки…
Грей застонал и, обернувшись, я увидела, как он закатил глаза.
— Если я сегодня еще раз услышу слово “замуж”… — проговорил он, раскачиваясь на стуле.
Несмотря на форменную рубашку, брюки и черную куртку-косуху, которую он решил носить вместо пиджака (конечно, можно себе позволить некоторые вольности, если называешь ректора Алан), он выглядел невероятно… взрослым? Скорее, старым. Хотя ему никак не могло быть больше двадцати пяти. Дело было в выражении лица, должно быть. Я не могла понять, что за ним скрывается. Как будто изнутри молодого мужчины вдруг выглянул глубокий старик. И почему его волосы такого странного цвета? Они не могли же поседеть так рано?
Грей сжал зубы, как будто от боли или от злости, бездумно глядя перед собой, а я наконец вернулась к учебнику. Не собираюсь я на него смотреть! И вообще — это не мое дело.
Артефакт связи. Сосредоточься, Лори Гринс. Пролистав несколько страниц, я открыла параграф, посвященный брачным артефактам. Вот его и сделаю — назло Грею!
Выглядит просто. Брачными артефактами уже много лет как не пользовались из-за того, что мало кто хотел быть буквально связан со своей второй половинкой. Обычно обходились простой записью в церковной книге.
Ладно. Здесь сказано, что брачный артефакт, изготовленный с использованием приведенной в учебнике схемы, позволит супругам всегда отыскать друг друга. Выглядит безопасно.
И схема простая.
А активация… ага, когда супруги одновременно дотронутся до артефакта. Я покрутила в руках медальон. Круглый, золотой. А если потянуть за цепочку — то его можно разделить на два тонких кругляша. Видимо, это заготовка для парного артефакта.
— Грей… — нерешительно позвала я.
— Да, мышка?
— Грей, я нашла схему, ты не мог бы…
— Не, — лениво откликнулся он.
— Мы оба получим неуд!
— Я как-нибудь переживу, — хмыкнул Грей, глядя в потолок.
Сжав зубы, я взяла в руки артефакт. Ладно. Ладно-ладно! Я не смогу никому навредить! Нужно всего лишь создать магический узор. Говорят, что все одаренные могут видеть магию — буквально, глазами.
Ну, я не видела ничего. Чужую — да, свою — нет. Ректор Эрхард говорил, что я должна поверить в то, что вижу, открыть внутреннее зрение. "Постараться".
Да у меня и внешнее-то зрение было близоруким!
Ладно, сначала петля вокруг медальона… Я почувствовала щекотку магии под кожей. Ничто не загорелось, никто не намок — фух! Отлично…
— Мышка, ты знаешь, что ты невероятно красивая?
Я как раз старательно представляла новую петлю, которая опоясывала бы медальон с другой стороны, так что вопрос Грея дошел до меня не сразу.
— Что?
Он потянулся вперед и проговорил мне в ухо:
— Особенно сейчас.
Так, третья петля — и четвертая. Я их не видела, но… они ведь должны были быть где-то здесь? Четыре петли! И все! И я все еще никого не убила!
— Грей, меня не интересуют твои… взгляды на меня.
Я дернула головой, стараясь не отвлекаться на его голос.
— Точно?
Грей потянулся вперед и дотронулся до моего лба, убирая упавшую вперед кудряшку.
Злость внутри взметнулась мгновенно, а вслед за ней — магия. Медальон у меня в руках вдруг полыхнул золотом и нагрелся.
Я почувствовала, как будто меня пронзило чем-то острым, стало сложно дышать. Пальцы Грея, которыми он все еще дотрагивался до моего лба, стали раскаленно горячими — а потом он отшатнулся.
— Гринс! — рявкнул он. — Ты соображаешь, что делаешь?
Я вскочила, оглядываясь вокруг. Медальон, который я только что пыталась превратить в брачный артефакт, пропал.
Меня трясло. Ощущения были такими же, как в тот день, когда у меня внутри проснулась магия.
Но… ничего ведь страшного не произошло? Все целы.
Медальон, конечно, пропал…
Не к добру это. Или — ничего страшного?!
Знала бы я тогда, насколько не к добру!
С занятия по артефакторике я вышла с очередным неудом за проваленное задание. И — без медальона, который был заготовкой к артефакту. Он пропал. Как такое могло случиться?
Профессор Дейвис решил, что я его уничтожила, — может, так оно и было? Очки профессора Бурбон я же как-то умудрилась стереть с лица земли. Но на запястье у меня появилось какое-то странное круглое пятно, идеальной формы, аккуратное, как рисунок. Чернила? Почему тогда они не оттираются?
Голова кружилось, перед глазами все немного плыло, колотилось сердце и дрожали руки.
Выходя из аудитории, я все никак не могла прийти в себя.
“Неуд, адептка Гринс, — сказал в конце занятия профессор Дейвис. — У меня два варианта. Либо вы исключительно глупы и думаете, что я, как и все остальные, верю в то, что вы “случайно” разрушаете все вокруг. Либо вы снова — исключительно глупы, но также не способны управлять магией. Но тогда ваше место не в стенах академии, а в лечебнице, потому что именно там находятся люди, не умеющие справляться с самими собой”.
Услышать это было обидно настолько, что у меня даже слов не нашлось, чтобы ответить. Хотя это было и ожидаемо, конечно. Профессор Дейвис был той еще язвой: на первом занятии по артефакторике досталось всем, кроме Селии, которая умудрилась справиться с заданием на отлично. Профессор Дейвис ухмыльнулся, и я с удовольствием посмотрела на его зеленоватый костюм: оттенок так и не исчез после того, как ткань высохла.
“Вам идет зеленый, профессор Дейвис”, — не удержалась я и вылетела из аудитории.
Уже в коридоре меня нагнал Кайден Грей.
— Гринс! Гринс, да подожди ты!
Еще не хватало с ним говорить и дальше! Наглый, избалованный, самодовольный… Все из-за него!
Я ускорила шаг и наклонила голову, тайком вытирая глаза.
— Гринс! Мышь, стой! — Грей схватил меня за плечо и развернул к себе.
Чтобы посмотреть ему в лицо, пришлось запрокинуть голову. Когда Грей до меня дотронулся, внутри появилось такое странное ощущение… щекотка. Как будто магия, только… другая. Не такая, какую я чувствовала обычно. Это было странно.
— Мышь, ты же знаешь, что…
— Нет! — выпалила я, тыкая пальцем ему в грудь. — Я ничего не желаю знать, Кайден Грей! И видеть тебя — тоже! Сколько раз тебе повторить, чтобы ты отстал? Все, что угодно, лучше, чем свидание с тобой! У тебя же внутри
