не его предали жена и брат. Будто не зависит все его состояние от меня, — девчонки, которая вообще не разбирается в бизнесе.
Вчера я отправила Глебу фотографии каждой страницы документов из синей папки. Он все изучил и велел подписать. Впрочем, я больше не обижаюсь на повелительный тон мужчины. Меня терзают совсем другие чувства. Непонимание, боль, страх… Я боюсь потерять его. Что однажды я вернусь из своей командировки, и окажется, что он больше не нуждается во мне, — вот, чего я по-настоящему боюсь. А ведь этот момент совсем скоро.
Собираю документы и складываю их в папку. Быстро одеваюсь, выхожу из номера и из гостиницы.
Антон ожидает меня, облокотившись на капот машины. Водитель увидел, как я спускаюсь по лестнице и тут же откинул в сторону недокуренную сигарету, открыл передо мной двери. Мне неловко от того, что я не привыкла к такому обращению. А еще, неудобно перед парнем за то, что его, наверняка, вчера отчитали за курение в машине.
Автомобиль останавливается возле вчерашнего офисного центра. Глядя на огромное здание, я все еще не могу поверить, что это все теперь в моих руках. Руки потеют от мысли, что я могу где-то, по незнанию, накосячить. Но паниковать поздно. Нужно просто следовать инструкциям, ив се будет хорошо.
В здание меня пропускают без проблем. Поднимаюсь на самый верхний этаж и иду в кабинет Сергея. Кажется, мужчина ждал меня. Потому, что секретарь пропускает сразу же. Стоило мне появиться на пороге, даже имя не спрашивает.
— Рад видеть тебя, — говорит Сергей, вставая из-за стола, едва я переступила порог кабинета.
— Здравствуйте.
Мне все еще неловко от масштабов здания, кабинета, бизнеса. Вчера я мельком увидела сумму в контрактах, которые подписывала, и внутри все похолодело от осознания ответственности. Тем непонятнее для меня странный выбор Глеба. Ведь он мог найти себе куда более осведомленную и уверенную в своих силах помощницу. Почему я?
— Прошу, — мужчина указывает на кресло рядом со своим. Туда я и приземлилась, скромно положив папку на колени.
Сергей нажимает кнопку на телефонном аппарате у себя на столе.
— Принеси два кофе, — говорит секретарю. — С молоком? — спрашивает, обращаясь ко мне.
Боже, неужели по мне настолько очевидно, что я люблю именно с молоком?
— Да, если можно.
— Мне, как обычно, а нашей гостье с молоком, — улыбаясь, командует Сергей. Впрочем, до манеры Глеба повелевать ему еще далеко.
— Я принесла документы, — протягиваю мужчине папку.
Сергей берет папку, просматривает документы, проверяет каждую подпись. В этом время нам приносят кофе. Я делаю пару глотков, удивляясь тому, что здесь кофе не хуже того, который я пила вчера в ресторане.
— Все в порядке, — говорит Сергей, откладывая папку с документами в сторону.
А потом его рука совершенно неожиданно накрывает мою ладонь, чуть ее сжимая. Дергаюсь, вырывая руку. Мужчина только ухмыльнулся, снова отпивая кофе, будто ничего не произошло.
— Вы давно знакомы с Глебом? — спрашивает Сергей.
Этого вопроса не было в числе предполагаемых, на которые Глеб заранее дал мне готовые ответы. Теряюсь и говорю правду:
— Нет, не очень.
И почему-то тут же об этом жалею, замечая, как расползается довольная улыбка по лицу мужчины.
— Я хотел бы, чтобы ты поужинала со мной сегодня, — предлагает он.
— У меня вечером самолет.
Весь этот разговор мне не нравится. Я чувствую себя неловко. От того, что он пошел не по плану, заготовленных ответов у меня нет. А еще, потому, что в груди расползается неприятное предчувствие, которое с каждой минутой становится все сильнее.
— Тогда обед? — он, явно, не намерен легко сдаваться.
— Зачем это вам? — спрашиваю, и мужчина смеется, откинувшись на спинку кресла.
— А зачем мужчина приглашает на свидание женщину? — говорит он, окончательно сбивая с толку. — Ты мне нравишься, Маша.
Он резко придвинулся ко мне и, заглядывая в глаза, снова накрыл ладонью мою руку. Я так опешила, что даже не стала вырываться на этот раз. Не могу сказать, что мне приятно его внимание. Да и не верю я в чистоту его намерений. Не знаю, почему, но у меня совсем не получается ему доверять.
— Не думаю, что это хорошая идея, — я медленно и с трудом, но все же освобождаю свою руку из захвата.
Мужчина не сдается, он пристально смотрит мне в глаза, о чем-то раздумывая. Мои щеки горят от смущения, а еще, почему-то, от стыда. Неужели, я как-то спровоцировала мужчину? Но чем? Наряд скромный, никакого намека на декольте. Глазки ему не строила. На самом деле, я даже сказать еще толком ничего не успела.
— Ладно, Маша, — говорит мужчина, вгрызаясь в мое лицо цепким взглядом, — давай начистоту.
По позвоночнику пробежала холодная волна. Каждой клеточкой я ощущаю угрозу, исходящую от мужчины. Но, вместо того, чтобы бежать, продолжаю покорно сидеть в кресле, сжимая одной рукой чашку с кофе.
— Ты ведь не дура, и понимаешь, что сейчас в твоих руках сделать все, что угодно с деньгами Воронина, — Сергей говорит об этом спокойно, просто констатируя факт. А вот мне стало еще паршивее. Да, я понимаю, какая на мне ответственность. Но почему-то напоминание об этом из уст Сергея звучит почти зловеще.
— Я буду говорить прямо, — предупреждает он снова. — От тебя нужна всего одна подпись. И ты можешь просить любую цену за свою услугу.
— Что? — срывается с губ невольно.
Мне неприятно и противно. Глеб ведь верит этому человеку. И он вряд ли в курсе того предложения, которое мне сейчас собираются сделать.
— Все просто, Маша, всего одна подпись, — продолжает он искушать меня.
Руки начали дрожать от волнения. Так что чашку пришлось поставит на стол, от греха подальше.
— Нет, — говорю, глядя мужчине прямо в глаза.
— Подумай хорошо, — не сдается он. — Всего одна подпись. И ты получишь все, что хочешь. Воронин не сможет достать тебя, я за это ручаюсь.
Все-таки, когда Глеб уговаривал меня ему помочь, я не чувствовала себя куском дерьма. А сейчас ощущение такое, будто меня в грязи вываляли. В глазах мужчины напротив решимость и уверенность в победе. Он знает, что сможет меня убедить, уверен в этом на сто процентов.
Но в моей памяти всплывает взгляд Глеба. Красивые карие, с оттенком медового, глаза. И
