я думала о том, стоит ли идти на свидание или не стоит предавать родной и горячо любимый диван, с которым мы живем вместе уже три года. Пройдя сквозь тонну сомнений, страхов, лени и желания ничего не делать, потому что я женщина и пусть всё само идет ко мне в руки, решила, всё-таки, сходить.
Чем черт не шутит? Может, парень, и правда хороший и в скором времени я вместо фиктивного жениха обзаведусь настоящим. Когда-то же должно это произойти, не?
Даже рабочий день, который был окончен на полтора часа раньше, говорил о том, что у меня освободилось времечко для того, чтобы привести себя в свиданческий вид.
Зачем терять такой отличный шанс за продавливанием дивана?
Вернувшись домой, обнаружила, что ключей от квартиры в сумочке нет. Просто фантастика! Видимо, я их оставила в кабинете вместе с ключами от лаборатории и сейфа.
Ай, да, Шуня! Ай, да, молодец!
Дубликат есть у Лаврова, но его самого, судя по отсутствующей реакции на стук и звонок в дверь, дома не было.
Из бесконечных просторов сумочки выудило мобильник и набрала Лаврушку.
Гудок, третий, пятый… И, когда я уже мысленно попрощалась с побритыми ногами, а вместе с ними и со свиданием, Андрей, наконец, соизволил поднять трубку.
– Да, – ответил он, тяжело дыша.
– Только не говори, что я сняла тебя с девицы, – скуксилась виновато, словно он мог меня видеть.
– Малышка, – включил он альфа-самца. – Ради тебя я готов спрыгнуть с любой девицы по твоему первому же требованию.
Посмотрела в потолок, покачала головой и неслышно шлепнула себя по лбу.
– Чего затихла? – спросил Лавров.
– Блевала.
– Так и думал, – усмехнулся он и глубоко вдохнул, восстанавливая дыхание. – Чего звонишь-то? Соскучилась?
– Не дождешься, – фыркнула в ответ. – Дубликат ключей от моей квартиры у тебя далеко?
– Как и всегда – в одной связке с ключами от моей квартиры, а что?
– А ты далеко? – теряла я последнюю надежду.
– На скалодроме. Часа через полтора закончу.
Так… Время почти пять часов вечера. Мне еще надо приготовить себя к свиданию: душ, масочки, нарисовать лицо…
– Я сейчас приеду. До тебя, всё равно, в три раза ближе ехать, чем в лабку возвращаться. Жди.
– А ты куда-то торопишься? – ехидно спросил Лавров.
– Так я тебе и рассказала.
– Ну, приезжай. Пытать буду.
Всего четыре остановки на автобусе, и я на скалодроме, в котором кажется холодно круглый год. Хотя, стоить увидеть, какие мужчины висят на стенах, обнажая взгляду наимощнейшие бицепсы, становится уже не так холодно, а даже немного жарко.
Прошла немного вглубь, глядя по стенам, где именно мог бы висеть Лавров. Но при моем зрении: чем выше я смотрела, тем меньше видела.
– Здорова, Саня! – крикнул мне один из друзей Андрея. – Давно тебя здесь не было.
– Привет, Матвей, – посмотрела вверх, примерно ориентируясь по звуку его голоса. – Работы много. Некогда.
– Заходи, как-нибудь, позаниматься. Лаврову зад надерешь, а то он в себя поверил последнее время.
– Иди в песочнице играй, Мотя, – словно человек-паук, Лаврушка спускался по отвесной стене, держась за страховочные тросы.
Чем ниже он спускался, тем лучше я различала его фигуру и плутовскую полуулыбку на тонких губах. И отсутствие футболки на торсе тоже.
Как всегда, как всегда…
– Эта неприступная скала – моя, – пафосно произнес Лавров и, приземлившись рядом, приобнял меня за плечи.
– Ты потный, грязный и вонючий, – оттолкнула его, брезгливо отряхиваясь.
– Я оставлю тебе пару куличиков, лузер, – рассмеялся Матвей, отстегивая себя от ремней.
– Ключи, – выставила руку ладонью вверх, повернувшись к Андрею.
– Ух, какая нетерпеливая, – нарочито нахмурился он. – Торопишься куда?
– На свидание, – хитро улыбнулась и даже поиграла бровками, надеясь на то, что это не выглядит как симптом внезапно начавшегося инсульта.
– Да? – выдохнул он удивленно и смахнул влажные пряди темных волос со лба. – И с кем?
– С тем парнем, который пригласил меня через блокнот. Помнишь?
– Который кобылу возлюбил? – рассмеялся Лавров.
– Точно, Макар! – вспомнила имя парня, поставив себе мысленно галочку, что нужно каким-то иным образом запомнить, как его зовут. – Ключи.
– Раз ты так настаиваешь, то пойдем со мной в раздевалку, – приблизился ко мне Андрей и чуть склонившись, выдохнул в самое ухо. – В мужскую.
– Мог бы меньше пафоса в это приглашение вложить, будто я тебя голым не видела ни разу.
– Ооо! – загудели мужики вокруг, тем самым отвешивая негласные комплименты Лаврову.
Я бы ему тоже отвесила, но подзатыльник. Но только ради того, чтобы он не потерял всеобщий респект, сдержалась.
– Вы бы лучше на портки этому Маугли скинулись, – перекричала общий гул голосов.
– Зачем портки, когда рядом столько красоток, – гортанно смеялся Матвей. – Только время тратить на их снимание.
– Теперь понятно, какой философией ты руководствуешься, – прошептала я Лаврову.
В мужской раздевалке никого не было, что значительно упрощало мое в ней нахождение.
– Держи свой ключик, целуй меня в щечку и обязательно звони, если любитель лошадей позволит себе лишнее, – наставлял меня Андрей.
– Лишнее он еще должен заслужить, – резко потянула ключ из его пальцев, но не смогла его выдернуть. – Ты как так крепко держишь? – удивилась я, дергая снова и снова.
– У нас, у альпинистов, пальцы крепкие и могут многое, – улыбка чеширского кота украсила красивые губы.
Это тот человек, который из любой мелочи может раздуть повод для сексуального подтекста.
– О, боже! – закатила глаза и дернула еще раз. Безуспешно. – Отдай!
– Сначала… – проговорил он и подался ко мне, подставляя щетинистую щеку. – Целуй.
– Еще чего?! – поморщилась я.
– Иначе не отдам, – хитро улыбался он.
– Я не буду тебя целовать.
– Значит, и на свидание не пойдешь.
– Вот ты… – сощурила глаза и внезапно показала рукой ему за спину. – Смотри, какая грудь!
Лавров резко повернул голову, и этим моментом я и воспользовалась, чтобы выдернуть ключ из
