– Желаете присоединиться к процессии? – неуверенно осведомилась Шара.
Старичок расцвел улыбкой и с энтузиазмом ребенка захлопал в ладоши.
– Да, да, давайте посмотрим, как управляется этот «свободный» город.
Пропустив супругов вперед, она последовала за ними по дорожке. Совет проводился в первый день осени, а потому для входа были открыты врата Осени, расположенные на дальней стороне Колеса.
– В Середине мира, откуда я прибыл, – начал посланник, – император провозглашает, а далее все происходит, как он сказал. Его вечная мудрость наделен властью Ога, и за пять тысяч лет он еще ни разу не ошибся. Таков высший порядок жизни, но мне интересно узнать, какому порядку следуете вы.
На языке у нее уже вертелся подходящий ответ, но Шара решила больше полагаться на веселый огонек в глазах старичка, чем на помпезность обязательных фраз.
– Жизнь была бы проще, будь и у нас император. Должна признаться, мы, огндариенцы, постоянно ошибаемся.
Льюлем захихикал, как девчонка, и снова захлопал в ладоши.
– Ах, эта примитивность Востока! Очарование варварства.
Шара улыбнулась в ответ – теперь она уже не сомневалась, что они нашли общий язык.
– Пожалуйста, расскажи мне о вашем городе. Многое мне, конечно, известно, но я бы хотел услышать всю историю из уст моей очаровательной дочери.
К такому повороту событий Шара была готова.
– Чтобы объяснить, что такое Огндариен, мне придется вернуться к началу. К возведению стен приступили менее двухсот пятидесяти лет назад. Наш город – относительно молодой, но по-настоящему уникальный. Заложившие его основы четыре семьи положили на общий стол самые разнообразные таланты. Гельдары обосновались на берегах бухты много столетий назад, задолго до того, как мечта о Свободном городе впервые посетила Донована Моргеона. Гельдары занимались рыболовством, разводили скот, добывали мрамор и отправляли каменные блоки на запад и восток. Они первыми поверили в пророческие видения Донована и составили большую часть тех, чьими руками строился город. Впоследствии именно Гельдары дали начало Дому Лета. Их потомки и поныне составляют большую часть населения.
Огромный, сияющий в лучах солнца купол притягивал взгляд. Каждый раз, приходя сюда, Шара испытывала чувство восхищения и гордости. Она протянула руку, указывая на картину, изображающую скульптурные башенки и зеленое побережье Эффтена – обреченную на гибель родину отцов-основателей Огндариена.
– Моргеоны бежали из Эффтена после падения города Магов. Уцелеть, как вам известно, удалось немногим. Обстоятельства вынудили эту семью ученых обратиться к торговле. Два поколения сменилось, прежде чем после долгих скитаний по двум океанам Донован Моргеон, стоявший у руля первого торгового корабля, посетил землю Гельдаров. Здесь он прожил сорок лет, мечтая построить Огндариен.
Моргеон думал о дороге через горы, чтобы перевозить грузы на телегах. Идея эта, однако, не находила воплощения, пока он не познакомился с прославленным мастером Коэльо. Моргеоны основали Дом Зимы. В Огндариене они ведут торговлю и занимаются науками.
Коэльо был выдающимся архитектором, посвятившим всю жизнь строительству знаменитой водопроводной системы Гильдхельда. Донован разыскал мастера во время посещения Летних морей. Идея Моргеона разожгла воображение усталого старика, и следующий год они провели вместе. Шлюзы, ветряные мельницы, Водная стена – это все идеи Коэльо. Преклонный возраст не позволял ему путешествовать, и старик умер задолго до начала строительства, но именно его гений позволил воплотить мечту Донована в жизнь. Жена и дети Коэльо довели начатые им планы до совершенства. Его потомки создали Дом Весны и в их ведении находятся шлюзы и водопроводные системы Огндариена.
Шара улыбнулась.
– У нас говорят, что мастер Коэльо живет в камне стен и в водах каналов.
– Уверен, что так оно и есть, – подхватил Льюлем. – Духи умерших пребывают с нами вечно, в тени пещеры Ога.
Шара изобразила знак уважения, как их учили в школе, и продолжила рассказ:
– Одного лишь плана для осуществления мечты было недостаточно. Чтобы приступить к проекту, требовались деньги или военная мощь. Какой смысл строить город, если он не способен себя защитить. Донован переезжал из королевства в королевство, пересекал океаны и моря в поисках золота и солдат, но его идеи представлялись слишком радикальными и в них никто не верил.
– Он побывал и в Опаловом дворце, – вставил Льюлем. – Император благоразумно отказал ему в просьбе.
Шара так и не поняла, говорит старичок серьезно или иронизирует. Похоже, чувство юмора позволяло посланнику посмеяться над тем, кто называл себя воплощением Бога на земле, но лицо его оставалось непроницаемым. Она ограничилась тем, что почтительно кивнула.
– В конце концов Донован обратился к Жакулину Хитрому, печально знаменитому предводителю наемников, называвших себя «разящими молниями». Жакулин разбогател – и покрыл свое имя позором – во время гражданских войн между Верхним и Нижним Керифом, когда он несколько раз менял хозяев, переходя на сторону того, кто обещал большее вознаграждение. И все же Донован поверил человеку с репутацией предателя, заявившему, что он устал от войны. Жакулин хотел жениться, осесть и спокойно проживать нажитое, но у него были определенные обязательства перед своими солдатами. Их ненавидели и презирали на берегах обоих океанов, и ни одно королевство не соглашалось их принять.
– Император тоже отказал этому человеку. Так что без мудрости Огоггима ваш прекрасный город, возможно, и не был бы построен,– заметил Льюлем.
– Нисколько не сомневаюсь, что и мир перестал бы крутиться, если бы император не удерживал столь искусно его ось.
Посланник захихикал и всплеснул руками.
– Хорошо сказано, дочь моя. Хорошо сказано. А теперь, пожалуйста, продолжай.
Процессия уже миновала украшенную золотистыми и красными листьями арку врат Осени и вступила в Зал Окон. Люди рассаживались по периметру огромного амфитеатра. Устремленный ввысь купол изнутри выглядел еще красивее, чем снаружи. Стекло было уложено таким образом, что разные его части по-разному отражали свет в зависимости от времени года. Осенью преобладали золотистый и красный цвета. Зимой Зал наполнялся голубым и серебристым. Весна приносила ярко-желтый и бледно-зеленый. Летом же купол переливался всеми цветами радуги.
Больше всего Шара любила бывать здесь ночью, при лунном свете, когда огромное помещение повисало в темно-синей тени, будто опускалось глубоко под воду.
В середине Зала был выложен круг из бело-голубого мрамора с расставленными на нем восемью каменными сиденьями, а в середине круга темнело отверстие, уходившее к Каменному Сердцу Огндариена, священной палате, где соискатели места в Совете проходили испытание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
