Читаем без скачивания Тюдоры - Йоланта Хоиньская-Мика

Флот Тюдоров

Средневековая Англия, бедная, слабо заселенная и разоренная войнами, не имела сильного флота. Географические открытия испанцев и португальцев пробудили в англичанах не только интерес к окружающему миру, но и стремление покорять моря.

С приходом к власти Тюдоров интерес англичан к морской торговле и развитию флота начал постепенно возрастать. Во время правления Генриха VII Тюдора, старавшегося избегать конфликтов с другими государствами, военный флот еще не играл важной роли и состоял всего лишь из шести небольших кораблей, оснащенных пушками и содержавшихся за счет казны (один шиллинг за тонну водоизмещения плюс жалованье для команды). Торговля, главным образом со странами Балтийского моря, развивалась более динамично и контролировалась обществом «Мерчант эдвенчес». Также высока была активность рыбацких судов, которые, пользуясь выгодным для них соглашением с Данией, заключенным в 1490 году, бороздили исландские воды. Благодаря заключению монархом новых торговых договоров морская торговля начала активно развиваться в других уголках Европы, а вскоре — и всего мира. Джон Кабот, генуэзский моряк, состоявший на английской службе, возглавил экспедицию для поисков пути в Китай, однако результатом его плавания стало открытие в 1497 году Новой Шотландии и континентальной части Северной Америки. Это позволило бристольским купцам спустя несколько лет создать компанию для исследования новых земель.

Большие каракки

После 1509 года, когда к власти пришел Генрих VIII Тюдор, началось интенсивное развитие прежде немногочисленного военного флота. Это было связано с укреплением позиций на море шотландского короля Якова IV Стюарта, что угрожало безопасности Англии. В распоряжении Шотландии были такие суда, как «Майкл» — самая большая каракка в Европе, спущенная на воду в 1511 году. Ее длина составляла 73 метра, водоизмещение — свыше 1000 тонн, она была оснащена несколькими десятками орудий, в том числе тремя большими осадными пушками, а команда состояла из 1500 моряков и солдат. В 1514 году численность английского флота возросла до 30 кораблей, самыми известными из которых были две большие каракки. Первая, «Мэри Роуз», была спущена на воду в 1510 году и названа в честь сестры короля, а также символа династии Тюдоров — розы. Функции флагманского корабля каракка исполняла до 1514 года, когда эстафету перенял построенный в лондонском районе Вулидж на верфи его королевского величества корабль «Генри Грейс е’Дью», в народе называемый «Большим Генри» и почти сравнимый размерами с шотландским «Майклом».

В начале 40-х годов XVI века английский военный флот, который содержался на средства от продажи монастырского имущества, располагал уже 50 кораблями, в том числе трех- и четырехмачтовыми каракками, а также меньшими по размеру галеонами, каравеллами и пинассами. Этот маневренный флот был в состоянии сопротивляться даже превосходящим силам врага. Боевым крещением для флота Генриха VIII было сражение с кораблями короля Франции Франциска I, состоявшееся летом 1545 года в проливе Солент, между островом Уайт и Англией. Английские корабли, численностью уступавшие французским в три раза, смогли отразить удар 200 кораблей противника, при этом, однако, потеряв считавшийся неуязвимым парусник «Мэри Роуз». Во время маневрирования через открытые пушечные люки в каракку хлынула вода, в результате чего она пошла ко дну вместе с командой численностью 400 человек. На следующий день Генрих VIII, потрясенный гибелью гордости британского флота, приказал повесить корабельных строителей, виновных в этой трагедии. Остов прекрасной «Мэри Роуз» выставлен в наши дни на обозрение в музее Портсмута.

Морские пути экспансии

В конце XV века англичане лишились возможности заключать прямые сделки в Новом Свете. Поэтому естественным направлением их экспансии оказался север. Планы исследования северных вод появились уже в 1527 году, однако первая значительная экспедиция в Индию и Китай по морскому пути через северно-восточную Европу состоялась только в 1553 году по инициативе Себастьяна Кабота. Несмотря на то что экспедиция финансировалась 240 лондонскими экспортерами сукна, она не достигла намеченной цели, а два из трех высланных кораблей застряли во льдах у побережья Лапландии. Один из организаторов экспедиции, Ричард Чанселлор, добрался до Москвы, где заслужил благосклонность Ивана Грозного и способствовал созданию два года спустя Московской компании по торговле с Россией. Это стало началом экспансии английских купцов. В 1577 году они основали Испанскую компанию, а через два года — Восточную компанию, главным торговым партнером которой была Польша. Кроме того, англичане, стремясь укрепить свои позиции в торговле на Средиземном море, в 1581 году создали Турецкую компанию, а в 1583 году — Венецианскую компанию, которые вскоре объединились, учредив влиятельное акционерное общество — Левантийскую компанию. Базой для английской торговой экспансии на Западе послужила созданная в 1587 году Североамериканская компания. В XVI веке английская монархия развивала также торговлю с Африкой, которой занималась Гвинейская компания под руководством Уильяма Хокинса и его сына Джона. Однако наиболее важной для экономического развития английской монархии в XVII веке стала основанная в 1600 году Ост-Индская компания.

Фрэнсис Дрейк, Томас Кавендиш (слева) и Джон Хокинс (справа). Дрейк — «первый рыцарь на море», «величайший злодей в мире» и победитель Великой Армады — в представлении не нуждается. Кавендиш тоже занимался каперством под покровительством Елизаветы I Тюдор и сражался на море с испанцами и португальцами. Как и Дрейк, он искал для Англии новые морские пути. В 1585 году он отправился в Индию, а в следующем — в кругосветное плавание, грабя по дороге все, что попадется, чтобы привезти в Англию огромную добычу. Он погиб в ходе очередной экспедиции на Тихий океан, когда его корабль затонул близ острова Святой Елены. Хокинс — человек, сменивший множество профессий, кораблестроитель, навигатор, купец и работорговец — заслужил большие почести, получив в Вест-Индии звание вице-адмирала. К числу его заслуг относится модернизация английского флота с тем, чтобы основной его тактикой стал обстрел кораблей неприятеля, а не распространенный прежде абордаж. (Картина неизвестного художника, XVII в., Национальный морской музей, Лондон.)

Неудача первой северной экспедиции в 1553 году не отбила у англичан желания найти дорогу в Индию по северо-западному морскому пути. В 1576 году такое путешествие предпринял Мартин Фробишер, который достиг южной части Гренландии и открыл полуостров Лабрадор. Вслед за ним в путь двинулись другие, в том числе Джон Дэвис, в течение 1585–1587 годов побывавший в трех экспедициях. Морской путь он так и не открыл, зато благодаря его путешествиям англичане начали весьма прибыльный китобойный промысел в северных водах. Важнейшие открытия смог совершить только Генри Гудзон в начале правления Якова I Стюарта.

Корсары на королевской службе

На фоне английских географических открытий и динамичного развития морской торговли нарастала напряженность в отношениях с Испанией, вначале концентрировавшаяся вокруг Нидерландов и их независимости от Мадрида. Растущие аппетиты англичан, раздраженных монополией испанцев на торговлю европейских стран с Америкой и Востоком в Атлантическом океане и неудачами в поисках морского пути в Тихий и Индийский океаны, неизбежно должны были привести к столкновению. На эскалацию конфликта влияли активная нелегальная торговля англичан с испанскими колониями в Америке и то, что все больше испанских судов становилось добычей корсаров, поддерживаемых английской монархией.

В годы правления Эдуарда VI Тюдора военно-морской флот Англии пришел в упадок. К тому же появились проблемы с продажей сукна, служившей прежде немаловажным источником доходов английской казны. Построить флот, который мог бы противостоять испанской Великой Армаде, было невозможно. Поэтому после воцарения на троне Елизаветы I распространилась практика выдачи королевских каперских патентов, дающих право нападать на корабли вражеского государства. Головорезы на каперах получили возможность законно грабить возвращавшиеся из Нового Света испанские корабли, груженные золотом и товарами. Это обеспечивало значительную прибыль как королевской казне, так и наживавшимся на этих операциях «предпринимателям», которые создавали специальные общества, занимались комплектованием команд, а также строительством кораблей и их оснащением. Одна пятая часть награбленных сокровищ отчислялась в королевскую казну, одна десятая — командующему флотом. Остальное делилось следующим образом: одна треть полагалась команде, две трети — владельцу корабля и лицам, финансировавшим плавание. Несмотря на большой риск, огромная популярность, которой пользовались подобные экспедиции, не кажется странной — по оценкам историков, каждый вложенный в рейс фунт в среднем приносил 47 фунтов прибыли.