выпустила трубочку из своих губ. – Потом такой же закажу.
– Мы же только по одному собирались?
– Это как пойдёт!
Аня взглянула на засветившийся экран смартфона.
– Квартирная хозяйка звонит. – Она взяла свою сумочку. – На улице с ней поговорю, здесь очень шумно.
Вика кивнула и откинулась на спинку кресла. Она не собиралась крутить серьёзный роман с их новым преподавателем. Ей хотелось просто в очередной раз проверить на нём своё женское обаяние, прогуляться как-нибудь вдвоём до метро, дождаться приглашения на ужин, а поужинав, сделать вид, что не понимает, чего хочет от неё Кирилл Эдуардович, и даже немного возмутиться его наглым ухаживаниям. Главное, чтобы преподавательский интерес к ней заметил весь курс.
Но студенческая подружка, которая вступала в отношения не так легко, как сама Вика, неожиданно проявила интерес к её Кириллу Эдуардовичу. Аня про это ещё ни разу не проговаривалась, но Вика прекрасно видела, как она смотрит на преподавателя, как меняется её мимика, когда он с ней говорит, и хорошо знала по собственному женскому опыту, что это означает.
Кирилл Эдуардович тоже цеплялся взглядом за Анну. Он смотрел на неё чаще, чем на всех остальных, хотя и проявлял свою симпатию очень осторожно. Но Вика безошибочно чувствовала значение мужских взглядов, которые, как прикосновения маленьких иголочек, покалывают женское либидо в самых нежных местах, и её бесило, что эта бодрящая иглотерапия происходила сейчас не с ней.
Теперь Вике хотелось поконкурировать за этот, может быть, и не очень нужный трофей. Ей было просто необходимо доказать себе, Аньке и всем остальным, что если Кирилл Эдуардович и влюбится в кого-то на их курсе, то это обязательно будет она.
– Что там? – спросила Вика, когда Аня вернулась в кафе.
– Похоже, мне придётся искать новую квартиру. Ту, что я снимаю, хозяева решили продать. – Аня расстроилась. – Обидно! Три года уже там живу и к району очень привыкла. И сдавали они недорого.
– Хочешь, у меня поживи, – предложила Вика. – Создадим такое маленькое женское царство. По утрам будем толкаться в ванной и делить зеркало, а по вечерам вместе валяться на кровати и сплетничать. – Она зажала в губах трубочку, по которой в её рот потекла прохладная хмельная жидкость.
– Вика, спасибо! – Аня чувствовала фальшь в её словах. – Но ты же знаешь, женские царства недолговечны! К тому же я интроверт, мне нужно собственное пространство, хотя бы маленький угол.
– Тогда нужно ипотеку брать или замуж за парня с квартирой выходить. У Кирилла Эдуардовича наверняка приличная квартира!
– Вика, ты так много говоришь про Кирилла Эдуардовича, что мне кажется, он сидит за столом вместе с нами. Ты влюбилась, что ли? – Аня насмешливо смотрела на подругу.
– А что, – оживилась Вика. – Хорошая идея! Давай вместе пригласим его на ужин, поболтаем втроём, заодно всё и выясним.
Вика не хотела ссориться с Анной, но её просто распирало от желания побыстрее застолбить свои права на мужчину, который мог достаться не ей.
– Вика, а что мы должны выяснить?
– Слушай, Ань, не прикидывайся, а?! Мы с тобой уже взрослые девочки и не первый день друг друга знаем. Я вижу, как ты на него смотришь, как подначиваешь на интерес к себе. Загадайте нам ещё одну шараду! Мы будем вместе её разгадывать по ночам! – Вика попыталась передразнить Анины интонации. – При этом две недели назад ты утверждала, что взрослые мужики тебя не интересуют! А мне они нравятся, и ты это знаешь! И он уже смотрел на меня как нужно, пока ты не вылезла.
– Что значит «вылезла»?! – Аня редко дерзила первой, но никогда не съёживалась под чужим напором. – И почему ты решаешь, как мне себя вести? В отличие от тебя я глазки ему не строю. И если мне интересен его предмет – это ещё не значит, что я мечтаю с ним переспать! Я не вижу в каждом мужчине своего потенциального любовника. Между людьми могут быть и другие отношения, не только интим.
Их разговор начинал резонировать с умиротворенной атмосферой вечернего кафе, из-за соседних столиков стали оглядываться на двух симпатичных девушек, что-то выяснявших между собой.
– Ты хочешь сказать, как мужчина он тебе совершенно безразличен? – спросила Вика.
– Хочу, – сказала Аня и в ту же секунду честно призналась себе, что вложила в это слово двойное значение.
– Ну и ладно тогда, – окончательно убедившись, что Аня влюбилась в препода, Вика примирительно улыбнулась. – Чего нам из-за них ссориться? Раз тебе он не нужен, я его немного подразню и брошу. Давай лучше ещё выпьем!
Когда совещание закончилось Кирилл Эдуардович резко вскочил со своего места в последнем ряду, открыл дверь и быстро спустился на первый этаж. Конечно, никто не смог бы догадаться, что это именно он вышвырнул из окна Ивана Сергеевича, но сбежать всё равно хотелось. Кирилл Эдуардович искренне любил творчество писателя и даже защищал диплом по его мистическим рассказам, но сейчас ему казалось, что грозный бородатый Тургенев может выйти из-за колонны и отчитать его за проступок молодости.
Было уже без десяти четыре, но на встречу со своим студенческим другом Кирилл Эдуардович опоздать не боялся. Выйдя из университета, он решил пешком прогуляться до Арбата, где столик в модном ресторанчике был заказан на пять часов вечера не случайно.
На встречи Миша опаздывал всегда и не изменил своей традиции даже в зрелом мужском возрасте. Время опоздания колебалось от сорока минут до часа и каждый раз объяснялось непредвиденными событиями, случавшимися или перед самым выездом, или уже по пути. За годы их дружбы у Михаила неоднократно рвались брюки, приходилось возвращаться и менять их, его обрызгивали проносящиеся мимо машины и уходило много времени на то, чтобы очистить прилипшую грязь, его неожиданно останавливали милиционеры, с годами превратившиеся в полицейских, и мучительно долго изучали документы…
Оправданий было бесконечное множество, одно нелепее другого. В эпоху, когда мобильная связь была только научной фантастикой и приходилось ждать всех опаздывающих, Мишина привычка вызывала скандальное раздражение. Его подкалывали, с ним ругались, иногда уходили, так и не дождавшись, но ничто не смогло приучить его к пунктуальности.
Давно смирившись с маленькой слабостью своего друга и не желая с ним ссориться по таким пустякам, Кирилл Эдуардович вывел для себя особую формулу встреч с Михаилом. Он приходил минут на тридцать позже назначенного времени, а когда друг появлялся с очередной историей, мирно улыбался, сочувствовал, говорил, что всё понимает, не признаваясь, что и сам пришёл всего несколько минут назад.
Поэтому и сейчас Кирилл Эдуардович опоздать не боялся и решил пройтись до Арбата пешком. Он
