артефакты действительно принесли бандиты. Думаю, полицейские не были довольны, но мага все же вызвали. Тот приехал, обнаружил артефакты, в присутствии двух понятых (сторожа кладбища и его друга, пришедшего выпить) забрал магические вещицы с обездвиженных бандитов и подтвердил, что артефакты принесли взломщики.
Кроме артефактов, были изъяты шприцы с ядом. Как я полагаю, бандиты должны были вколоть жидкость в тело и с помощью артефактов разогнать по всем органам, обеспечив «доказательства» отравления так необходимые Людвигу и Тьянмире.
Поскольку завтра именно этот маг должен был идти на кладбище, чтобы проверить заявление змеищи, то он, быстро обследовав склеп, гроб и тело Дориана, написал бумагу, что не видит никаких оснований для вскрытия и считает, что смерть графа наступила по естественным причинам. Его мнение разделил и нанятый мной маг.
В общем, все оформили так, что придраться или подкупить кого-то отдельно было сложно. Если только сразу всех, а это слишком накладно. Однако Рольн писал, что радоваться рано, заключение магов Тьянмира и Людвиг будут оспаривать. Взломщики, даже если их удастся расколоть, не смогут указать на детей Дориана. Понятное дело, что это не дье Эвили нанимали бандитов для грязных дел.
Но, если для суда недостаточно мотива преступления, то для прессы «воры» с артефактами, благодаря которым можно создать нужные магические следы и подложные улики, являлись едва ли не признанием вины Людвига и Тьянмиры.
Господин Рольн так же просил меня заехать, чтобы забрать копии бумаг, что подписали полицейские и маги. И сообщал, что денег, оставленных ему на разные нужды, может не хватить. Придется тратить свои сбережения.
Едва я отправила посыльного с ответным письмом, ко мне обратилась кухарка. Она поведала, что вчера Тьянмира, вернувшись с «чаепития», затребовала сегодня на завтрак манную кашу с ягодами и кокосовым маслом, на обед суп из кальмаров, а на ужин свинину, тушеную в вишневой подливе, и рагу из картофеля, кабачков и чуфы. Конечно, чуфа – растение, что росло только в жарких странах – кокосовое масло и кальмары стоили запредельно дорого, я уж не говорю о том, что купить их у нас практически невозможно.
Естественно, заказ Тьянмиры я отменила. Нужно напомнить змеище, что меню составляет не она. И так хорошо напомнить, основательно. Я поговорила со слугами и объяснила им, какие приказы незваных гостей выполнять не следует. Пусть ссылаются на меня, если что.
Следом приехали полицейские. Они расследовали обстоятельства покушения на меня, заодно и расспросили об отношениях с Дорианом. Больше часа дознаватели опрашивали всех домашних. Людвиг с Матильдой и Тьянмира сначала возмущались, но потом как-то быстро притихли и стали отвечать на вопросы полицейских.
Я насторожилась, но горничная быстро разгадала причину, подслушав разговор брата и сестры, и сразу же мне донесла. Детей Дориана все работающие в особняке люди не любили. Неудивительно, учитывая, что Тьянмира и Матильда грозили всех уволить, когда дом перейдет в их собственность. В общем, тут у меня оказалась большая поддержка.
Так вот, дети Дориана решили, что на суде преподнесут этот допрос, как мои ужасные козни. Якобы я хочу погубить их, обвинив в какой-то ерунде.
Ну да, ну да, столкнули меня с лестницы – это ерунда, конечно.
Почему-то ни Людвигу, ни Тьянмире, ни Матильде не пришло в голову, что слуг полицейские расспрашивали чуть раньше, и показуха моих родственничков была совершенно очевидна. Хотя, возможно, из-за классовой раздробленности местного общества, змеища и ей подобные считали, что слово аристократа по определению весомее показаний каких-то там слуг.
В общем, цирк с конями... хотя правильнее со змеями.
Завтрак проходил в тяжелой атмосфере. Кажется, до детей Дориана все же дошло, что перед ними теперь не та пугливая скромная Илаида, которой можно просто пригрозить и делать что угодно, однако выстроить новую линию поведения они пока не могли.
– Кстати, Людвиг, – вытерев руки салфеткой, обратилась я к пасынку, – охрана, выставленная возле семейного склепа дье Эвилей на кладбище, сегодня ночью поймала взломщиков.
– Кхм… Что? Взломщики? – неискренне удивился Людвиг.
– Охрана? Какая еще охрана? – недовольно поджав губы, одновременно поинтересовалась Тьянмира.
– Та, которую я наняла. А то мало ли, что с телом захотят сделать разные негодяи? Особенно, если будет нужно обеспечить «доказательства». Правда, Людвиг?
Надо отдать должное, мужчина немного смутился.
– На что это ты намекаешь? – презрительно скривилась Матильда.
– У этих взломщиков были найдены дорогостоящие медицинские артефакты и два больших шприца с ядом. Воры получили указание вколоть в тело умершего жидкость из шприцев, а потом использовать артефакты, чтобы имитировать смерть от отравления.
– Неужели они сами признались? – с сарказмом спросил Людвиг.
Так-так, кажется, он уверен, что бандиты будут молчать.
– Не совсем, на них клятва. Но дознаватели знают, как ее обойти. У них какая-то новая система.
Я внимательно отслеживала реакцию пасынка, тот сразу как-то погрустнел.
– Это все ложь!
– Что все? Новая система? Правда! – Я блефовала, пытаясь прочитать эмоции Людвига. – Можешь сам поинтересоваться у дознавателей. Полагаю, вскоре полиция выйдет на тебя, как на заказчика.
– Твои предположения оскорбительны! – вмешалась Тьянмира.
– Почему? Не далее как вчера, Людвиг, пытаясь заставить меня отказаться от наследства, рассказал о том, что в склепе семьи дье Эвиль могут появиться «доказательства» моей вины. И надо же какое совпадение: этой ночью задержали взломщиков. С артефактами и ядом.
– Я уверена, ты просто не так поняла.
– Конечно, – протянула я с сарказмом, – Людвиг не то хотел сказать, как и ты, Тьянмира. Не то хотела сказать, угрожая мне в нотариальной конторе. Не то хотела сказать, когда печалилась, что Дориан из-за меня никак не умирает. Так?
Змеища раскрыла рот, чтобы ответить, но я ей не дала, стукнув ладонью по столу. На удивление это подействовало.
– Ладно. Не будем об этом, – продолжила я. – Хотелось бы услышать ответ на мое предложение. Повторю его еще раз: вы забираете заявление из полиции, я отзываю свое, и мы расходимся, как в море корабли. В противном случае уже завтра история со взломщиками и наследством будет на первых полосах газет. Итак, ваше решение, Людвиг?
Судя по тому, что на лицах Тьянмиры и Матильды не промелькнуло удивления, полагаю, они были в курсе моего предложения.
– Кхм… – Людвиг покрутил усы, потом взглянул на сестру и жену. – Мы согласны, но только в том случае, если ты перепишешь на меня дом, а Тьянмире отдашь половину суммы на счете.
Просто потрясающая наглость и
