какими бы глупыми они ни казались. Как он ласков с ней. Сегодня днем одна из ее косичек распустилась, и она пришла к нему, чтобы он ее поправил. Я не могла оторвать глаз от его огромных рук, пока он аккуратно заплетал ей волосы. В каждом его действии столько любви.
После ужина они зашли в комнату Лены, я встала и пошла к двери, которую Михаил оставил открытой, и заглядываю внутрь. Он сидит на краю кровати, держит в руках большую книгу с принцессой на обложке, а Лена лежит под одеялом. Он читает ей сказку. Как он может быть тем самым человеком, который только сегодня утром небрежно всадил нож в руку моего отца?
— Бьянка! — зовет Лена, увидев меня. — Бьянка, иди к нам. Папа читает сказку.
Я смотрю на Михаила, ожидая, что он скажет. Мне не хочется вмешиваться в их отношения. Он смотрит на меня мгновение, затем кивает, когда я сажусь на пол рядом с его ногами и прислоняюсь спиной к краю кровати. На несколько мгновений воцаряется тишина, а затем он возобновляет чтение. История как-то связана с заблудившейся лошадью, но я не обращаю внимания на сюжет, потому что слишком увлечена тембром его голоса. Глубокий. Немного хрипловатый. Закрываю глаза и просто слушаю.
Я чувствую легкое прикосновение к своей щеке — в одно мгновение оно есть, а в следующее уже нет. Я отвожу глаза, притворяясь, что не заметила его. Проходит несколько мгновений, затем чувствую, как он дергает меня за волосы, снимая завязки, скрепляющие мою косу, и пряди рассыпаются. Сначала больше ничего не происходит, и я думаю, неужели это все, что он планировал сделать. Затем он проводит пальцами по моим волосам. Он все еще читает, но продолжает играть с моими волосами, и я наклоняю голову назад, отдаваясь его прикосновениям. А его голос... он сам по себе кажется лаской. В нем слышаться акцент, я замечаю. Он едва уловим, но слышен. Мне это нравится.
Михаил проводит пальцем по чувствительному месту на шее, и по телу проходит легкая дрожь. Рука в моих волосах замирает, а затем исчезает. Нет, нет, нет... Я еще больше откидываю голову назад, надеясь, что он поймет. Он понимает. Медленно проводит рукой по моим волосам, а затем проводит пальцем по виску. Я не знаю, сколько прошло времени, но, когда Михаил заканчивает сказку и убирает руку с моих волос, моя шея затекла от того, что я держала голову под неестественным углом. Наверное, прошло не менее двадцати минут.
— Мне нужно закончить кое-какую работу, — говорит он. — Я буду у себя в кабинете, если тебе что-нибудь понадобится.
Он встает с кровати, обходит меня, чтобы поправить одеяло на плечах Лены, и выходит из комнаты. Он не разговорчивый человек, это точно.
Я оглядываю комнату, замечая бледно-розовые стены, покрытые изображениями животных и героев мультфильмов, и шелковые занавески, расшитые цветами. В углу стоит большой кукольный домик и две огромные корзины, переполненные игрушками. Я встаю, подхожу к комоду напротив кровати и смотрю на рамки с фотографиями, стоящие на его поверхности. Света недостаточно, чтобы разглядеть детали, но их не меньше десяти, и на каждой — Лена. Сбоку стоит большая коробка с завязками для волос разных цветов. Мне трудно представить, что Михаил ходит по магазину и покупает розовые шторы или подушки с рюшами, которые украшают стену с одной стороны кровати, но почему-то знаю, что именно он их купил. Вот такая загадка, этот мой муж.
Глава 4
Я застегиваю пуговицы на кофточке Лены, когда слышу легкие шаги и подняв голову, вижу Бьянку, стоящую в дверном проеме. Она оглядывается, подходит к комоду, берет коробку с завязками для волос Лены и поворачивается ко мне с вопросом в глазах. Я смотрю на коробку, которую она держит в руках, потом снова на ее лицо. Бьянка вздыхает, показывает на коробку, на себя, а затем на Лену. Она хочет сделать прическу моей дочери, и от этого понимания у меня у на душе разлилось тепло.
— Lenochka, ты хочешь, чтобы Бьянка сегодня сделала тебе прическу?
Лена вскидывает голову и сияет.
— Да! Я хочу много косичек, как у Ноэми в садике. Бьянка, Бьянка, ты умеешь плести много косичек? Папа умеет только обычные косы.
Бьянка пытается не рассмеяться над лепетом дочери и терпит неудачу. Садится на кровать рядом со мной и жестом приглашает Лену забраться к ней на колени. Я смотрю, как она берет небольшую прядь и начинает заплетать ее в тонкую косичку, затем переходит к следующей пряди. Она повторяет этот процесс, пока не заплетет не менее пятнадцати косичек. Это занимает довольно много времени, потому что Лена во время всего этого возится, поворачивается, выбирает разные завязки. Бьянка ни разу не огрызнулась. Она просто улыбается, качая головой.
Как только прическа готова, Лена спрыгивает с колен Бьянки и выбегает из комнаты, оставляя нас двоих сидеть на кровати рядом друг с другом. Я слышу, как Сиси откуда-то из гостиной хвалит прическу Лены, пока дочка продолжает лепетать, но я не двигаюсь с места на кровати. Рука Бьянки лежит рядом с моей, и я не могу противиться безумному желанию снова прикоснуться к ней.
Я протягиваю руку и кладу свою на ее руку.
— Спасибо, что сделала прическу Лене. — Когда я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее, она смотрит на меня.
Наши лица находятся всего в нескольких сантиметрах друг от друга, и я удивляюсь, как такое невыносимо красивое создание может смотреть на меня и не вздрагивать?
— Мне нужно проверить кое-что на одном из складов, но я вернусь через пару часов, — говорю я. — Если хочешь, можешь пригласить свою сестру к себе, но согласуй это с охранниками внизу. Просто отправь им сообщение. Я оставлю на стойке коды сигнализации и запасной ключ-карту от лифта и двери.
Бьянка кивает, и шевелит пальцами под моей ладью, но вместо того, чтобы отдернуться, как я ожидал, она переплетает свои пальцы с моими.
— Папа!
Я смотрю вниз на наши соединенные руки, а затем снова на лицо Бьянки.
— Папа! Папа!
Да, Лена всегда выбирает лучшее время.
— Мне нужно идти. — Я встаю и выпускаю руку Бьянки из своей. — Если тебе что-нибудь понадобится, напиши мне.
Она поднимает глаза, эти глаза цвета виски смотрят на меня с интересом. Я могу часами смотреть в глаза Бьянки.
— Хорошо, — произносит она и встает с кровати. Проходя мимо меня, она
