Они начинали смеяться и бросать угрозы, которые осуществят только в том случае, если отпустят пострадавшую. В данном, конкретном случае…
Меня.
И стоит только воспользоваться заминкой нападавших, потерпевшая ударяла их в причинное место, а затем, естественно, бежала прочь, пока благодетель воинственно сражался с ними, защищая честь и достоинство перепуганной женщины.
По закону жанра мелодрамы, спасителем по итогу, оказывался некий принц, который совершенно случайно гулял в том же месте, где и зажатая со всех сторон героиня.
Безусловно, это клише, но…
«Вся жизнь - это сплошное клише».
И это не мои слова. Чаплина.
Поэтому вероятность того, что со мной случится подобное… равна семидесяти процентам. Остальные тридцать спишем на реальность бытия.
А вообще…
Если спуститься с небес на землю….
С чего я решила, что именно этот мужчина мой спаситель?
Резонный вопрос… на который, пожалуй, я попытаюсь ответить…
Ну, во-первых, это интуиция мудрой и глубоко пьяной женщины. Во-вторых, я ещё не вышла замуж за Витю и не родила ему как минимум троих детей. А в-третьих… мне нужно купить корм для Бониты и мохнатика, которые наверняка сидят голодные и злые.
До ужаса.
До пушистых конечностей.
Поэтому… он просто обязан быть моим спасителем.
Ключевое слово «обязан»!
– Вы слышали, что вам только что сказали: отпустили! Меня спасать пришли, ясно вам?! – уверяла их я. – Лапища убрал свои, здоровяк!
– Хватит болтать, – рыкнул он и хорошо тряхнул меня.
– Не дождёшься!
Мои предплечья тут же грубо обхватывает, а рот зажимают.
Глухой вскрик вырывается из горла от паники.
А вдруг они достанут нож, и как в криминальном триллере будут диктовать условия:
«Уходи, мужик, иначе это её последний вздох на этом свете.»?
От собственного предположения, смешанные чувства новым тревожным приливом захлестнули сердце, и я прикусила ладонь, закрывающую мой рот, начала вырываться и лягаться как бешеная.
– Спокойно, – прошипел он мне, и наконец, обратился к незнакомцу: – Эй, мужик. С нами нельзя так разговаривать.
Послышался тяжёлый вздох, а в следующую секунду здоровяка, прижимающегося к моей спине, резко оттащили… так, что он потянул меня за волосы.
Да что ж за день!
Почувствовав свободу и нахлынувшую вновь злость, я со всей силы, ударила по коленной чашке мужчину спереди.
– Ах ты…
Он больше не стал удерживать меня и я, нервно посмеиваясь, отступила назад.
Это конец? Или… мне конец?
Лучше конечно бежать, но…
Оглянулась по сторонам, и увидела, как здоровяки, которые меня зажимали, приобрели стойку готовности… к нападению, а напротив них, в свете уличных фонарей прослеживался силуэт мужчины…
Одного.
Он что самоубийца?
– Слушайте, мы же цивилизованные люди, давайте спокойно разойдёмся… – подала голос я, но никто никак не среагировал, словно все забыли о моём существовании.
Вероятно, это так, потому, что они молча стояли и буравили друг друга взглядами…
Так продолжалось как мне казалось целую вечность, пока один из здоровяков не побежал на мужчину и не замахнулся на него своей рукой.
И здесь настал мой черёд замереть.
Ибо то как мужчина быстро перекинул его через плечо, а затем мгновенно отразил атаки двух других друзей, применив всего пару техник, повод для гордости.
Серьёзно. Так мог бы сделать либо мой брат, либо сенсей.
Но эти варианты сразу отпадают.
Насколько я знаю сенсей, переехал жить в Нижний Новгород, а брат…
Наверняка занят своей девушкой.
Хм, тогда остаётся… Витя?
Хотя… нет. Его бы я узнала по голосу, да и он вроде бы занимался боксом, а здесь техники из восточных единоборств…
Тогда кто он?
Однако волной прокатившиеся звонкие вопли вывели меня из оцепенения.
Я тут же устремила взгляд в очаг столкновения, где здоровяки лежали плашмя на асфальте и стонали от боли.
А… где незнакомец?
– Идём, – спокойный, уверенный голос раздался справа.
Чёрт.
Что за человек?
Подняла голову и удивлённо вскинула бровь.
Передо мной стоял мужчина лет так тридцати пяти, высокого роста, крепкого телосложения, с тёмными коротко стриженными волосами...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На нём были спортивные штаны и футболка серого цвета, словно он бегал до этого по набережной и увидев нас, остановился и решил помочь.
Это ведь идеальная версия, если бы не одно жирное, но…
Он не похож на обычного бегающего человека. И часы на руках, у него дорогущие, да и вещи на нём из известного бутика.
Хм.
– Идём, – повторил он с нажимом, пока я бесстыже разглядывала его.
Аня, Аня!
Что ты творишь?
Нельзя. Нельзя.
Ах, точно!
– А они… Что с ними будет? – кивнула на мужчин, лежащих на асфальте. – Может быть вызвать полицию?
Он ничего не ответил, а просто взял мою руку и повёл в сторону дороги.
Наверное, стоит что-то сказать, или промолчать?
Ладно… выберу, второе. Не дай бог разозлю человека, а мне ещё домой добираться как-то.
Вскоре мы дошли до чёрной, наглухо тонированной машины.
– Не бойся, – выдохнул он, распахнув переднюю дверцу. – Я довезу, куда скажешь.
Хм, а у меня есть выбор? Если останусь здесь, вероятность того, что я найду себе приключения на свою несносную пятую точку, равна ста процентам! Поэтому оглянувшись по сторонам и призвав на помощь всю свою смелость, я забралась в полумрак салона.
Уф.
Он обошёл машину и сев за руль, завёл мотор, выжал сцепление и, выехал на дорогу…
– Где ты живёшь? – сухо спросил мужчина.
Ничего лучше, чем продиктовать адрес Вити, я не смогла.
К Артуру однозначно я не поеду… Он будет просто в бешенстве, увидев меня поздно ночью. Будет кричать, включая строгого брата… а я лучше приберегу нервы до завтра.
Успокоюсь. Протрезвею. И прикроюсь тем, что хотела повидать и покормить наших с Евой пушистиков.
Думаю, Витя ничего не скажет. По крайней мере, я надеюсь на это…
Пока мы ехали по главной улице, я украдкой поглядывала на своего незнакомца.
Жёсткие складки у рта и волевой подбородок свидетельствовали о твёрдом характере его владельца.
Во всяком случае, вид мужчины не вызывал отторжения…
Кажется, почувствовав на себе мой взгляд, он резко повернулся ко мне, поинтересовавшись:
– Всё в порядке?
Забираю свои слова назад. Его вид может быть и не вызывал отторжения, пока я не посмотрела в холодные тёмно-серые глаза, которые, казалось, молчаливо меня препарировали.
Страшно.
– А… – замялась я, – как вас зовут?
Мысленно хлопнула себя по лбу.
Кто отвечает вопросом на вопрос?!
– Это… да, всё хорошо.
Он нажал на кнопку открытия окна с моей стороны, как будто давая мне шанс продышаться от его давящей энергетики.
– Так лучше.
И больше не проронив ни слова, вернул свой взор на освещённую дорогу и нажал сильнее на газ…
Остальной путь мы проехали в молчании, я вдруг поняла, что очень хочу спать, а он, впрочем, и не отличался разговорчивостью.
Когда мы остановились возле дома Вити, я сразу же взялась за дверную ручку, сбивчиво бросая:
– Спасибо… за спасение. За всё… спасибо…
Мужчина слегка склонил голову на бок, словно оценивая меня, а затем уверенно произнёс:
– Мы ещё увидимся.
Увидимся? Нет уж.
Сглотнув комок в горле, я вышла из его машины и даже не оглянувшись назад, пошагала к подъезду Виктора.
– Ой, держите, держите, – протараторила я, когда дверь отворилась и из неё вышла женщина.
– А вы к кому? – прищурилась она.
– Я… в 517 квартиру…
– А к Вите что ли? – ахнула она, держа дверь. – Так его нет. Уехал он.
– Наверное скоро придёт, – неуверенно сказала я, заходя в подъезд.
Поднявшись на этаж к Вите, я не нашла ничего лучше, как сесть на лестницу и ждать его возвращения.
Но по моим ощущениям, прошёл час. Затем два. Три. Четыре…
