Вселенского притяжения!
Разряда молнии!
Ещё скажите, что я всё себе придумала и это плод моего больного воображения!
Это уже наглость!
Тем более, он тоже в этом участвовал!
– Ты перевёл тему! – возмутилась. – То, что между нами было…
– То, что между нами было… больше не повторится, – продолжил он за меня.
И это было совсем не то, что я ожидала или хотела бы сказать.
– Что…?
– Так будет лучше, Анюта.
– Для кого лучше?! Для меня или тебя?!
– Для всех нас, – спокойно произнёс он.
Прекрасно!
Подошла к нему ближе, но он увернулся от меня и пошагал к двери. Так быстро, словно пытался убежать.
Хм. Значит мне нельзя, а ему можно?!
– Да ты… – пригрозила пальцем, потянув другой рукой за край…
Стоп.
Опустила взгляд в пол и едва ли не задохнулась, хотя, казалось бы, куда уже!
– А п-п-почему я в одной футболке?
«Ага. Только заметила!» – прозвучал противный внутренний голос в голове.
Ох, чёрт. Так вот почему он сказал мне: одевайся!
Ррр!
– Потому, что я не мог иначе, – ухмыльнулся он, чуть оборачиваясь ко мне. – Твоё платье висит в моём шкафу.
– То есть… – прищурилась, разглядывая себя в зеркале возле шкафа. Серая футболка смотрелась на мне как мешок. Хм… – А чья эта футболка?
– Моя, – он остановился возле двери, положив руку на косяк. – Тебе кстати идёт...
– Ну… – хмыкнула я. – Тогда я возьму её себе.
А что?
Будет, что вспоминать, раз между нами ничего быть не может!
Честно говоря, удивляюсь, почему я ещё не расплакалась.
Бесчувственный чурбан!
– Забирай, Анют.
Удовлетворённо кивнула.
Хоть что-то у меня останется на память.
– Даю тебе десять минут на сборы, – кинул он напоследок, перед тем как прикрыть дверь. – Время пошло.
Ещё и командует! Совсем уже! Произвол!
Бедные наши с Евой пушистиками, как же они живут с таким тираном?
Стоп.
Пушистики!
Через пятнадцать минут. Именно через пятнадцать, а не через десять, как приказал Витя, я была у него в зале, упорно ища Бониту и мохнатика.
– Где же они!? – с беспокойством выдала я.
– Кого-то ищешь? – раздалось возле уха.
Чёрт. Привычка пугать что ли?!
Гордо вскинула подбородок, развернувшись к нему.
– Где наши пушистики?! – наехала на него я.
– Не знаю, – невозмутимо пожал плечами.
– Как не знаешь?
Засуетилась я, тут же видя картину, как моя Бонита лежит где-нибудь в коробке, на свалке, без еды…
Голодная, нерасчёсанная, обиженная.
Моя хорошая…
Боже!
– Спокойно, – со смешком выдал он. – Где-то ходят по квартире… скорее всего.
– Скорее всего? – ударила его по груди. – Да как ты можешь!
Так, я даже не возмущалась после нашего почти… почти поцелуя.
После трепетных моментов!
Частичной потери сознания и мыслительной способности!
Но здесь и другие обстоятельства…
Поэтому к чёрту, сантименты:
– Бонита! – крикнула я. – Мохнатик! Выходите!
Чёрт. Даже едой не приманишь. Вчера так и не купила.
– А есть корм? – тихо спросила.
– Есть конечно, там…
Не дав ему договорить, я вновь закричала, но уже с другим посылом:
– Кушать!
Витя закатил глаза.
К сожалению, моя кошка по-другому, не откликнется.
– Мяу! – раздалось со стороны какой-то комнаты.
Я улыбнулась и сделала шаг вперёд, видя, как милая парочка выходит из-под своего укрытия.
Совсем не такие, каких я рисовала у себя в голове. Довольные, сытые и счастливые.
«Вот бы нам с Витей, быть такими», – пролетела мысль.
Я присела возле наших пушистиков и крепко обняла обоих.
Кот Евы сразу же скривил свою мордочку, моя же, отзывчиво промурлыкала.
– Как же я скучала… – сказала им, и перевела взгляд на Витю. – А где корм?
– В нижнем ящике, – указал на него, и я мигом подбежала к нему, насыпав пушистикам в миску корм.
– Анюта, поехали уже, – недовольно проворчал Витя, спустя пять минут моего любования своими питомцами. – У нас с тобой есть ещё один незаконченный разговор.
– О каком разговоре идёт речь? – хмыкнула, нехотя вставая с колен.
Чёрт. Кажется, затекли ноги.
– О твоём ночном приключении.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ах, об этом!
Гад. Помнит ещё.
И вообще, кажется, это только у меня вселенная пошатнулась, а у него всё в порядке…
Нет. Ну как так?
– Вообще-то я обиделась! – возмущённо выдала. – И решила ничего тебе не рассказывать.
– А кому расскажешь? – сузил глаза. – Артуру?
– Эта история уйдёт со мной… – торжественно заявила.
– Аня, – предупреждающе рыкнул.
– А что? – вздохнула я. – Нет я конечно могу написать предсмертную записку и оставить патологоанатомам в морге… Пусть бы зачитали потом… Возможно даже бы ты послушал, хотя… не знаю, ты же не относишься к родным… или относишься? – задумчиво произнесла. – А нет. Ты же друг брата, да и к тому времени, тебе будет где-то девяносто девять или сто. В принципе, глубоко старик... и…
– Хватит. В морге я уже был, – перебил он резко, крепко сцепил зубы.
– Когда? – удивлённо вскинула бровь.
– Когда думал, что тебя нет на этом свете, заноза ты в заднице.
Нет. Заноза ладно. Но в заднице!
Явно перебор.
Совсем с ума сошёл.
– Теперь точно ничего не скажу! – всего лишь мгновенье, и мир ушёл из-под ног. – Эй! Ты чего?
Пока я обдумывала, что будет с Витей почти через сорок лет, он просто закинул меня к себе на плечо.
Неожиданно. Ловко. Быстро. Так, что я вначале даже не поняла, как оказалась, висящей вниз головой.
– Мы в каком веке живём? – постучала кулаком по его спине. – Кто так делает?
– Я так делаю, – спокойно изрёк он, крепко держась за мою филейную часть.
– Неандер…
– Молчи, – предрекая мои очередные возмущения, сказал он. – Хотя бы до машины, Анюта.
– Да никогда!
– Млять! – выругнулся, подбросив меня выше.
– Эй, больно же! – возмутилась снова. – Я между прочим, человек, а не мешок с картошкой!
– Я сегодня же займусь твоим переводом в другой университет.
Хмыкнула тут же.
– Крепостное право давно отменили! Поэтому… без моего согласия ничего не получится.
– Было бы желание, Аня, – предостерегающим тоном ответил он, а я зевнула. Ага. И деньги. – А теперь… довольно болтовни…
Он открыл дверь квартиры и вышагнул на лестничную площадку со мной на плече.
Тоже мне!
Нарочито аккуратно провела пальцем вдоль его позвоночника, а затем принялась вытаскивать рубашку поло из его брюк.
– Анюта… не доводи до греха, – сказал он, заходя в лифт.
– Пошли, пошли, – хихикнула я, довольствуясь своей шалостью.
Он глубоко вздохнул, и автоматически сжал мой зад.
– Эй!
– Я чего-то не понимаю, – задумчиво протянул он, вновь стискивая многострадальную попу. – Или на тебе нет трусов?
Упс.
Забыла совсем.
– Тут такое дело, – погладила его по спине, – когда я нервничаю, то… случаются всякого рода неприятности… Ну знаешь, могу вазу разбить, или трусы порвать. Ничего такого. Ты меня просто поставь на землю, и дело с концом.
– Как их можно было порвать?!
А вот так... Правда реальную причину, говорить я не стану, уж больно стыдно. Поэтому достаточно отмахнуться простыми фразами:
– Ну гипюр это тонкий материал, а на ногтях маникюр, все дела...
– О господь, – выдохнул, ставя меня на ноги. – А ваза тут при чём?
– А, – улыбнулась, поправляя платье. – Это я так, – скрестила пальцы за спиной. – Для примера.
Недоверчиво наклонил голову вбок.
– Точно?
– Конечно, конечно, – протараторила я, и как только створки дверей лифта открылись, тут же выбежала из него...
Глава 12. Аня
В машину мы сели не сразу...
Всё потому, что Витя пошёл в магазин, чтобы кое-что купить.
Почему-то в тот момент до меня не дошло, что он собрался купить… хм, мне трусы.
