Эта мысль подстегнула яростную ревность, о наличии которой Эва даже не догадывалась. Она обхватила его голову ладонями, не давая отстраниться, и стала целовать его более настойчиво. В этот момент, Лэндон был только ее и больше ничей.
Лэндон с готовностью отреагировал на эту демонстрацию желания. Его пальцы, и до того не бездействующие, нашли дорожку к влажному жару её естества, и один погрузился глубоко внутрь влагалища. Эва вздрогнула от проникновения. Она резко откинула голову, ударившись затылком о дверь и даже не почувствовала боли, полностью сосредоточившись на ощущениях, рожденных его пальцем внутри нее. Она прикусила его за нижнюю губу, подстрекая, поощряя на безумие. Лэндон зарычал ей прямо в губы.
Он поднял Эву выше и прижал к двери, вдавливая набухший член точно между напряженных бедер. Эва схватилась за вешалку для полотенец, другой рукой обнялаЛэндона за шею, целиком отдаваясь этому восхитительному вторжению.
— Давай жёстко, — выпалила она, прижимаясь ртом к его коже.
Лэндон оскалился в безмолвном рыке, сжал пальцами ее бедра и рывком насадил на член, почти наполовину войдя в неё с первого толчка. Прежде, чем Эва пришла в себя от стремительного вторжения, он вынул и снова вошёл, сильно, глубоко. Потребовалось еще три удара прежде, чем тесное влагалище приняло его на полную длину. Когда он погрузился в нее до упора, стон вырвался у обоих одновременно. Лэндон застыл на миг, и Эва сжала внутренними мышцами его член, чтобы задержать в себе, утопая при этом в остром наслаждении от ощущения рельефности плотной и твердой плоти внутри нее.
— О Боже… Это так… — Не было слов, чтобы описать эти пронзительные чувства. Лэндон не стал ждать, когда она обретет дар речи. Вместо этого, он увеличил темп, который моментально лишил ее остатков самообладания. Эва всхлипывала, прерывисто стонала, пока Лэндон чертовски точно исполнял своё обещание грубого жёсткого траха. Прислушиваясь к ее вскрикам, он подстроился так, чтобы каждый толчок приближал к экстазу.
Эва вдруг услышала крики, которые наполняли душевую, отскакивали от двери и осознала, что это ее собственные возгласы. Звуки издаваемые Лэндоном рокочущей музыкой звучали в ее ушах. Он раз за разом подводил ее к краю пропасти, Эва отчаянно цеплялась за остатки разума, понимая, что попытки сдерживать разрядку только увеличивают напряжение. Лицо Лэндона напряглось, так сильно он пытался не потерять контроль. Он переместился, поднимая ее ноги выше, и с силой вошёл в последний раз.
Эва пронзительно закричала, выгибая спину. Внутренний взрыв ослепил её белым светом. Лэндон свирепо взревел и с силой вдавил Эву в дверь. Треск ломающегося косяка потонул в криках оргазма, когда они опрокинулись на пол спальни из раскуроченного проёма душевой.
Лэндон был глубоко в ней, когда они рухнули вниз, и под тяжестью его тела она задрожала от второй волны оргазма. Экстаз полностью захватил Лэндона, он поддался всем телом вперед, стремясь войти в нее еще глубже, вдавливая её в обломки двери.
Эву еще сотрясала дрожь, когда он скатился с нее, подхватывая и устраивая на своей груди. Эва постепенно восстанавливала дыхание, прислушиваясь к биению сердца Лэндона, которое тоже переходило от бешенного ритма на спокойный, пока не нашла в себе силы сфокусироваться и оглядеть разрушающие последствия их занятия любовью.
Она хохотнула.
— Что? — буркнул Лэндон.
Эва засмеялась громче, пряча лицо на его груди. Ее гормоны нешуточно разгулялись, потому что Лэндон все еще пах для нее фантастически: сильный запах пота и секса, мужчины и зверя.
Он легонько шлёпнул ее по попке.
— Что тут смешного?
— У меня кажется куча заноз в неприличных местах. — Она хихикнула, извращенно радуясь разрушениям, которые они учинили в его душевой.
— Гм, лучше проверить…
Лэндон ловко перевернул её и начал очень тщательное исследование. Эва застонала сквозь смех. Она определенно могла бы привыкнуть к этому.
ГЛАВА 8
— Как тебе удавалось прятаться от меня последние три месяца? — пробормотал Лэндон ей в грудь. Они наконец добрались до постели, основательно оприходовав пол, и её жаркое желание, укрощённое сверхчеловеческими усилиями Лэндона, превратилось в лёгкую дрожь пониже поясницы. Но он, казалось, по-прежнему не мог от неё оторваться.
Лёжа в кровати, они тесно обнялись, словно отгораживаясь коконом от мира за пределами комнаты и всего, что стояло между ними. Эва внутренне содрогнулась, потому что из-за его вопроса игнорировать реальность стало труднее.
— Я не из тех девушек, которые могут привлечь внимание альфы.
Она кожей ощутила, что он хмурится, и даже это лёгкое движение стало для неё лаской.
— В смысле?
— Лэндон, — вздохнула она. — Ты видел меня в облике львицы…
— Говорил же, я заставлю тебя перекинуться.
Он самодовольно хохотнул, и этот звук отозвался в её теле дрожью.
Эва шлёпнула его, не желая отвлекаться от поднятой темы.
— Ты же знаешь, какая я мелкая. Альфы на таких внимания не обращают.
— А мне нравится, что ты весьма миниатюрна.
Он проник в неё одним длинным пальцем, не оставляя сомнения в смысле его слов.
Эва задохнулась и закрыла глаза, погружаясь в ощущения.
— Почему я всё ещё так сильно хочу тебя? — задыхаясь произнесла она, когда Лэндон накрыл её своим телом.
В этот раз они занимались любовью медленно и чувственно, и её сердце сжималось от каждого его уверенного движения. Чуть позже, когда он вышел из неё и соскользнул на бок рядом, Эва отвернулась, прижавшись спиной к его груди, и спрятала лицо. От переполнявших эмоций на глаза наворачивались слезы, которые грозили выдать её с головой.
Лэндон закинул на неё ногу и обвил талию тяжёлой рукой, крепко прижимая к себе. Его губы безостановочно скользили по шее Эвы сзади. Ей следовало бы отстраниться. Надо было напомнить своему сердцу не привязываться слишком сильно к этому страстному, на удивление веселому, умному, энергичному, благородному мужчине. Все ещё пряча лицо, она сделала над собой усилие и произнесла то, что должна была.
— Я понимаю, что у тебя скоро появится пара. — Горло сжималось, но она выдавила следующие слова. — Тебе нужна сильная женщина. Такая, которая смогла бы возглавить Охоту.
Пусть даже это всего лишь домашний скот на собственном ранчо, но традиция очень важна для для их народа.
При её первых словах Лэндон замер, но потом согласно замычал и снова стал целовать ей плечи. Эва заставила себя продолжить. Нужно внести ясность. Она не потерпит жалости. Ей хотелось объяснить ему, что она не надеется стать его парой, как бы сильно не болело сердце при мысли, что это место займёт другая.
