и Сапэкибэ-но Комаро с сорока воинами, чтобы они напали на Пурупито-но Опоэ. Они убили Пурупито-но Опоэ и его детей. Его младшие жены задушили себя». Самоубийство жен было продиктовано не только соображениями верности супругу, но и сознанием своего печального будущего, обреченности на нищету и презрение окружающих. «Смерть печальна, но часто она является наилучшим выбором», сказал однажды Такаси Нагацука[28] и был абсолютно прав.
Следующий удар по дому Сога был нанесен в 648 году. В «Анналах» сказано: «Сога-но Оми Пимука порочил [Сога-но] Кура-но Ямада-но Опооми перед наследным принцем такими словами: «Маро, мой старший брат от другой матери, ждет времени, когда наследный принц отправится к берегу моря, чтобы напасть на него. В скором времени он поднимет мятеж»». Ямаде пришлось покончить с собой, а следом было казнено все его окружение.
Император Котоку, о котором в «Анналах Японии» сказано, что «он почитал Закон Будды и пренебрегал Путем [синтоистских] Богов». правил немногим менее десяти лет – с июля 645 года по ноябрь 654 года. Принц Наканоэ пользовался при своем дяде большим влиянием, отчего некоторые историки даже склонны считать его соправителем Котоку. Девять лет правления Котоку вошли в историю под названием «годы [великих перемен] Тайка»[29] или «годы обновления Тайка», данном по девизу правления (эту моду, так же, как и «великие перемены» японцы заимствовали у китайцев). В Китае к тому времени сменилась власть – на смену династии Суй пришла династия Тан, правление которой считается периодом наивысшего могущества Поднебесной империи[30]. Известно, что император Котоку отправлял несколько посольств в танскую столицу Чанъань.
Суть реформ Тайка заключалась в создании образцовой и сильной монархии, которая не будет зависеть от чьей-то сторонней воли. Частная собственность на землю заменялась государственной, то есть, вся земля отныне принадлежала императору. Это было очень важное нововведение, поскольку земля давала богатство, а богатство обеспечивало власть. Предполагалось, что феодалы, лишенные собственности на землю, будут неопасными для императорской власти. Вторым ударом по знати стало введение института губернаторов провинций. По замыслу императора-реформатора эта мера должна была положить конец власти прежних наместников-магнатов, но жизнь внесла в задуманное некоторые коррективы. Нередко губернаторами назначались представители местных влиятельных родов, поскольку они могли обеспечивать порядок во вверенных им областях. Тем, кому не досталось губернаторства, император был вынужден дать в виде своеобразной компенсации высокие придворные должности, то есть феодальная знать все равно осталась при власти. Что же касается землепользования, то навести в нем порядок так и не удалось. На словах вся земля принадлежала императору, а на деле каждый брал себе столько, сколько сумел удержать – страна большая, попробуй уследи за всеми!
Надельная система распределения земли, согласно которой площадь полученных земельных участков зависела от числа душ в семье, должна была оптимизировать землепользование – каждая семья получала ровно столько земли, сколько могла обработать. Заодно было упорядочено взимание налогов. Многочисленные отработки заменили на выплаты шелком, рисом или какими-то иными товарами местного производства. Размеры выплат стали фиксированными, предусматривалось регулярное проведение переписей населения для точного учета налогоплательщиков.
Введение чиновнической системы китайского образца должно было положить конец практике раздачи высоких должностей по родству и рождению. Отчасти поставленная цель была достигнута – должности стали распределяться более справедливо, но знатность происхождения все же сохраняла свое значение. Однако, в качестве противовеса родовитым семействам, сформировалась незнатная чиновная аристократия, власть которой опиралась на занимаемые должности, а не на происхождение. Поскольку должности раздавались императором, чиновная аристократия была более лояльной, чем знатные семейства. Административная система, установленная во время правления Котоку, получила название «хассо кяккан» («восемь ведомств и сто кабинетов»).
Император Котоку скончался в 654 году. Годом ранее между ним и наследным принцем Наканоэ возникли разногласия по поводу местонахождения императорской резиденции. Результатом стало разделение двора на две части – одни остались с Котоку на старом месте, а другие последовали за Наканоэ в новое. Скорее всего, этот конфликт и стал причиной того, что после смерти Котоку, вместо Наканоэ на престол снова взошла его мать, известная в период своего второго правления как императрица Саймэй. Мнения историков разнятся. Одни объясняют повторное правление отрекшейся ранее императрицы вынужденной необходимостью – ничья другая кандидатура не устраивала противоборствующие группировки, а другие считают этот прецедент результатом действий принца Наканоэ, которому нужно было выиграть время для подготовки своего восхождения на престол.
Второе правление Когёку длилось шесть с половиной лет – с февраля 655 года по август 661 года. В этот период продолжалась восточная экспансия, заключавшаяся в покорении земель варваров-айнов[31]. Примечательно, что наряду с мечом начал использоваться подкуп. «Более двух сотен эмиси[32] прибыли ко Двору с подарками, – говорится в «Анналах». – Был задан пир, розданы подарки. Они были богаче, чем обычно. Два эмиси из числа переселенцев были повышены в ранге на одну степень. Санигуна, управителю уезда Нусиро, была пожалована низшая степень ранга сёоцу»[33].
В истории с заговором принца Аримы, сына императора Котоку, ведущую роль сыграл оми Сога-но Акаэ, который сначала подтолкнул принца к мятежу, а затем разоблачил его. Обратимся к «Анналам Японии»: «Сога-но Акаэ-но Оми, замещавший государыню во время ее отсутствия, говорил принцу крови Арима: «В управлении государыни есть три недостатка. Во-первых, она строит большие хранилища, куда собирает богатства народа. Во-вторых, она роет длинные каналы, тратя на то общественный рис. В-третьих, грузит на суда камни и складывает их потом, словно в горы». Принц Арима, удостоверившись в дружеском расположении Акаэ, отвечал с радостью: «Теперь я уже достиг возраста, когда носят оружие» [то есть – готов бороться]… Принц Арима направился в дом Акаэ. Взойдя в верхние покои, они совещались. [В это время] сам собой сломался подлокотник кресла. Они сочли то за дурной знак и поклялись ничего не предпринимать. Принц вернулся ночевать домой. Но посреди ночи Акаэ отправил Мононобэ-но Энови-но Мурази вместе с работниками, строившими дворец, чтобы они окружили дом принца Арима в Итипу. Также был отправлен конный посланец, чтобы доложить обо всем государыне… Принц Арима, Мори-но Кими Опоипа, Сакапибэ-но Мурази Кусури и Сипоя-но Мурази Коносиро были арестованы и отправлены на горячие источники в Ки. Тонэри [принц Арима] Нипитабэ-но Комэмаро последовал за ними. Наследный принц сам допрашивал принца Арима: «Зачем ты составил заговор?» Тот отвечал: «То знают Небо и Акаэ. Я же ничего не знаю»… Тадипи-но Восапа-но Мурази Кунисо был послан, чтобы предать смерти принца Арима посредством удушения на холме Пудисиро». Многие историки склонны подозревать, что Сога-но Акаэ действовал по указке принца Наканоэ, желавшего избавиться
