— Умник здесь ты, — ответил Дикинсон. — Ты обвел вокруг пальца меня и всех остальных. Я бы не отказался дать тебе пятерку, чтобы узнать, как все было на самом деле.
Но Гэмбл лишь скорчил очередную рожу и отправился за вожделенной выпивкой.
Дикинсон был уверен, что Гэмбл каким-то образом одурачил суд и на самом деле именно он — виновник случившегося на Авеню-роуд. Но как Гэмблу удалось все это провернуть, он не понимал. Еще какое-то время детектив приглядывал за ним, и каждый раз при встрече Гэмбл насмешливо подмигивал ему. Гэмбл радовался не произошедшему эпизоду, а тому, что он завязал и Дикинсон теперь не сможет к нему прицепиться. Как бы пристально Дикинсон ни наблюдал за Гэмблом, ему не удавалось выяснить ничего нового.
Внезапно Гэмбл исчез с горизонта. Его не видели в обычных местах, он пропал бесследно. Когда с момента его исчезновения прошло уже некоторое время, до Дикинсона дошли первые сведения о нем, исходившие от одного из тех странных людей, что кружат между преступниками и их ловцами и, не принадлежа ни к одному из этих кругов, не обладают даже и той честью, что существует в воровском обществе. Этот человек, беседуя с Дикинсоном, внезапно свернул на интересовавший его предмет.
— В последнее время не слышали о Джеке Гэмбле, так ведь? — спросил он. — И не услышите. Он начал с чистого листа и свалил в Австралию с товарищем, лошадьми торговать. Все по-честному.
— Вот и все, — заметил Дикинсон.
— Вот и все, — подтвердил его собеседник и рассмеялся, как будто от удовольствия. — Хорошо он вас провел с этим дельцем с Авеню-роуд, а? Были, конечно, люди, которые знали, как все произошло, — я, например. Раз уж теперь старина Джек на другой стороне Земли, я вам, пожалуй, расскажу все по секрету. Дело было так. Когда Джек вернулся с последней отсидки, они с одним парнем стали приглядываться, чего бы такого грабануть. Одним из вариантов был дом на Авеню-роуд, другим — дом судьи в Уимблдон-Коммон. Они договорились, что возьмут их одновременно. Джек был на Авеню-роуд, другой направился в Уимблдон, и у него там ничего не вышло. Это с ним произошло все то, о чем Джек говорил в суде! На следующий день он все подробно рассказал Джеку, дал ему тот билет, и они сговорились, что если одного из них возьмут за дело на Авеню-роуд, он использует Уимблдон как алиби. Взяли Джека, и он рассказал все, что было с тем парнем, как будто это произошло с ним — память-то у него хорошая. Все просто, да, мистер Дикинсон?
Мистер Дикинсон сухо ответил, что всегда полагал Джека Гэмбла умным малым, и отправился к господину судье Степлтону, чтобы пополнить копилку знаний этого ученого джентльмена.
Рой Викерс
Перевод и вступление Барисби Алборова
УИЛЬЯМ Эдвард Викерс (известный также как Рой Викерс, Дэвид Дарэм, Сефтон Кайл и Джон Спенсер) — весьма загадочная фигура. Подробности его бурной, полной приключений и авантюр жизни затерялись на страницах истории. Неизвестна даже точная дата его рождения — с уверенностью можно только сказать, что появился он на свет не раньше 1888 года, а умер в 1965-м. Он окончил школу Чартерхаус — одну из девяти старейших и самых престижных школ Англии, после чего несколько лет провел в колледже Брэйзноус в Оксфорде. Колледж этот славился своими выпускниками, людьми во всех отношениях исключительными и выдающимися. Рой Викерс, однако, к их числу не принадлежал. Так и не получив степени, он бросил Оксфорд и перебрался в Лондон, где и начал свою писательскую карьеру. В это же время он женился и предпринял еще одну попытку получить юридическое образование — история умалчивает, увенчалась ли эта затея успехом или нет; известно лишь, что Викерс не проработал адвокатом ни одного дня.
Не стоит, однако, полагать, что причиной этой неудачи было безделье или недостаток трудолюбия — наоборот, во всем были виноваты бьющая через край энергия и неукротимый писательский энтузиазм. В ранние годы, еще не добившись известности, Викерс подрабатывал коммивояжером, журналистом, редактором и литературным негром; последняя карьера, впрочем, не задалась из-за бросающейся в глаза яркой оригинальности его произведений. При таком многообразии литературной деятельности времени на юриспруденцию у него просто не оставалось. Кроме того, эта деятельность приносила ему неплохие деньги.
Избрав стезю судебного журналиста, Викерс продал в различные журналы и газеты сотни статей и очерков. Переход к художественной литературе был неизбежен — свой первый рассказ Викерс опубликовал в 1913-м, а первый роман — тремя годами позже. Стартовой площадкой ему послужил «Новел мэгэзин», в котором он подрабатывал редактором; а всего за десятилетия вдохновенной безостановочной работы Викерс написал шестьдесят семь детективных романов и как минимум восемьдесят четыре детективных рассказа.
Среди других авторов его выделяли стройность повествования, тонкий юмор и мечтательная романтичность. Страницы его произведений пестрели гениальными преступниками, грандиозными аферами и проницательными, обаятельными героями, пылко бросающимися на выручку невинным красавицам, которые зачастую оказывались не такими уж и невинными. Викерс был мастером интриги и умелым писателем, его рассказы высоко ценились любителями жанра.
САМЫЙ известный цикл Викерса — «Департамент тупиковых дел». В центре повествования — специальный отдел Скотленд-Ярда, занимающийся старыми нераскрытыми делами, на которые другие инспекторы когда-то в отчаянии махнули рукой. И жертвы и убийцы изображены так живо и правдоподобно, что читатель поневоле начинает сопереживать героям. Поскольку в рассказах цикла фигурируют представители почти всех социальных прослоек Англии, из них, словно мозаику, можно собрать необычайно полную картину жизни англичан того времени. Именно серьезные, сложные рассказы «Департамента тупиковых дел» принесли Викерсу всемирную славу и признание. Однако задолго до них из-под его пера вышел другой, замечательно легкомысленный и авантюрный цикл — «Похождения Фиделити Доув», который Викерс писал под псевдонимом Дэвид Дарэм. Главная героиня цикла — юная мисс Фиделити Доув, прелестная и дьявольски коварная воровка, прославившаяся невероятными аферами, абсолютной неуловимостью и безупречными манерами. Перед вами — один из шестнадцати рассказов цикла.
© Б. Алборов, перевод на русский язык и вступление, 2011
РОИ ВИКЕРС Из предисловия к сборнику «Похождения фиделити Доув»
Сегодня, оглядываясь назад, цивилизация понимает, скольким обязана она необыкновенной и удивительной личности, заключенной в хрупкой оболочке мисс Фиделити Доув. В тяжелые послевоенные годы изможденное, иссушенное налогами человечество завороженно следило за ее подвигами на страницах утренних газет, а потом отправлялось на работу, веря, что дух романтики и рыцарства все еще жив.
Те немногие, кто был способен побороть неодолимую силу ее задумчивого очарования, не раз заявляли, что за детской невинностью голубых глаз мисс Доув скрывается коварный, расчетливый, одержимый алчностью ум. Они утверждали, что она увлекла на путь порока и преступления дюжину порядочных и талантливых мужчин, которые никогда не изменили бы своим принципам и убеждениям, если бы их рассудок не помутился от любви к ней. А более всего осуждали ее за напускное пуританство.
Но было ли оно напускным? Каждый волен сам ответить себе на этот вопрос. Стоит, однако, признать, что какое-то величие не могло не быть свойственно женщине, сумевшей так поговорить с инспектором уголовного отдела о его матери, что тот не сумел сдержать слез; женщине, чье рыцарское благородство было публично засвидетельствовано главным комиссаром Скотленд-Ярда; женщине, нажившей своими аферами состояние настолько баснословное, что она с легкостью отмахнулась от гонорара в пятьдесят тысяч фунтов, предложенных великой актрисой мисс Мэри Пикфорд за то, чтобы Фиделити выступила в качестве ее дублерши.
Образцовая подделка
Фиделити Доув — единственный в истории человек, который может похвастаться тем, что украл (коль скоро мы обязаны использовать столь грубое слово) целую деревню. Кражей этой она нечаянно подарила нашим правоведам изумительный с точки зрения юриспруденции прецедент.
Похищенная деревня называлась Своллоусбат. Если в последние годы вы приезжали туда, чтобы насладиться красотой поросших густым лесом холмов, изумрудных пастбищ, прелестных старосветских коттеджей и волшебной долины, через которую, сорвавшись водопадом с невысокой горы, весело бежит река, — знайте, что, не укради Фиделити все кругом: леса, холмы, реку, деревню и луга, — вы любовались бы лесопилкой и каменоломней.
