— Простите, но мне нужно пойти взять свою одежду из стиральной машины, — вежливо сказала Мел.
Глупее она ничего не могла придумать — ведь он не в курсе. Но Джек никак не отреагировал на это, но и не посторонился. Он стоял как столб и смотрел на нее, и, от этого пронизывающего взгляда, Мелани снова стало не по себе.
— Как он вас называет? Мел? Вас так зовут? — спросил вдруг Джек.
— На самом деле, Мелани, — ответила она, тут же пожалев о своей откровенности.
В конце концов, какое ему дело до ее имени?
Джек слегка нахмурился, словно припоминая что-то.
— Это имя какой-то актрисы… — сказал он, и Мелани похолодела, решив, что он узнал ее.
— Актриса тут ни причем, — заявила она, стараясь говорить твердым голосом и глядя ему прямо в глаза. — Так назвала меня мама, мистер Вульф. Это греческое имя, и оно означает «скрытая во тьме».
Господи, что она такое говорит? Вместо того чтобы убраться подобру-поздорову, стоит и несет ахинею! Придется задержаться еще минут на десять, так как Джек явно не собирается отпускать ее.
— Скрытая во тьме? — переспросил он, и она почувствовала, что ему все это небезынтересно. — А почему вы прячетесь, Мелани?..
Он сделал паузу, не зная фамилии, и вопросительно взглянул на нее.
Ответил Том, причем с неожиданной готовностью:
— Девлин. Мелани Девлин, Джек.
— Хорошо, Мелани Девлин.
— Да, именно так. Может, на том и закончим? — Мелани держалась гордо, она смерила Джека Вульфа презрительным взглядом, желая поставить его на место, но тот и глазом не моргнул.
— Возможно. Пожалуй, на сегодня хватит, — заявил он, насмешливо оглядев ее с головы до ног.
Идиотка! — подумала Мелани. Вздумала изображать из себя принцессу, а она-то в его глазах… даже не служанка, а вообще какая-то девчонка с улицы, поэтому он и позволяет себе издеваться над ней. Но его глаза как-то странно блестят, взгляд притягательный и опасный, возможно он догадался, о чем она думает и что скрывается за ее чисто внешней вежливостью, и хочет сорвать с нее маску?
Но нет. Как будто нарочно доказывая обратное, Джек сказал довольно сухим тоном:
— Хорошо, что вы остались тут и помогли убраться Тому. Мне как никому известно, что творится обычно в доме после его вечеринок, так что признаю: вы навели идеальный порядок. Думаю, он догадается отблагодарить вас большой коробкой конфет.
Мелани только удивленно подняла брови, ей с трудом удалось сохранить невозмутимый вид.
— Боюсь, уборка обойдется ему дороже, — сказала она.
— Как это?
— Вашему брату придется оплатить по счету фирме «Трудолюбивые пчелки» за… — она взглянула на часы, — четыре часа моей работы, плюс дополнительная плата за срочный вызов.
— За что?
— Джек, нужно было убрать побыстрее, — вставил Том. — И согласись: такая классная уборка стоит этих денег! Правда?
Джек Вульф ничего ему не ответил, но обалдело смотрел на Мелани.
— Так вы из агентства по уборке квартир? ― спросил он, и было непонятно, как он отнесся к этой новости. — По тому, как вы тут развлекались, я подумал, что вы остались после вчерашней вечеринки.
Он злится, точно злится, что ошибся!
— Никто меня не оставлял, мистер Вульф, — заявила Мелани. — Что ж, хоть и приятно поболтать с вами, я вынуждена уйти. Дел полно, знаете ли. Так что будьте любезны пропустить меня!
Джек уже было посторонился, но вдруг вспомнил:
— А мои джинсы?
Ах, скажите на милость! Дорожит старыми потертыми джинсами!
— Вы хотите, чтобы я сняла их прямо сейчас и отправилась домой в нижнем белье, мистер Вульф? — немного ехидно спросила Мелани. — Похоже, он именно так собирается решить этот вопрос. — Извините, — поспешила сказать Мелани, — но так как моя одежда еще мокрая, то, боюсь, вам придется подождать. Можете ли вы поверить на слово, что я верну их, предварительно постирав конечно?
— И мою футболку. Пусть ваше агентство пришлет счет брату и за стирку тоже.
Джек Вульф начал раздражать ее своей мелочностью, надо бы его проучить. Она с презрением глянула на его футболку и поморщилась.
— Стоит ли ради этого тратиться на порошок? — спросила она язвительно. — Ее пора пустить на тряпки.
— Да, футболка старенькая, — согласился Джек. — Но я дорожу ею. Думаю, вам придется поискать себе другие тряпки, — произнес он, но не двинулся с места!
Стоит у лестницы как истукан и смотрит на Мелани.
— Кто вы, Мелани Девлин? Безработная актриса? — спросил он вдруг.
Надо же! — рассердилась про себя Мелани. Обоим братьям приходит на ум одно и то же! Никакой фантазии, тупицы какие-то. Правда, она была уверена, что старший не стал бы с ней шутить и веселиться, как Том… Тут она живо представила Джека в постели с женщиной и искренне пожалела бедняжку: разве может быть хорошо с таким грубияном, с таким бесчувственным кретином!
Она злилась на него еще и потому, что он действительно считает, будто она обязана постирать его обноски. Но Мелани сказала об этом просто так, назло! И потом, как он с ней обращается? Она принадлежит к одной из самых известных в театральных кругах семей, является звездой телевидения, которая недавно успешно дебютировала в постановке лучшего театра Уэст-Энда! До сих пор мужчины почитали за счастье иметь возможность поговорить с ней, дарили ей корзины цветов, Никто никогда не насмехался над ней, не обращался с ней так грубо!
Мелани страшно захотелось признаться Джеку, кто она на самом деле, но она удержалась, ведь, скорее всего, новость не произведет на него никакого впечатления. Еще поиздевается над ней вволю! Поэтому пусть думает, что она актриса-неудачница.
— Посмотрите внимательно сериалы, мистер Вульф, — сказала она, криво усмехнувшись. ― Вдруг там меня заметите.
— У меня нет телевизора.
— Правда? Что ж, очень жаль. А теперь мне действительно пора. Вы меня задерживаете, и это будет вписано в счет вашему брату. Сжальтесь над ним и позвольте мне пройти.
— Он не заслуживает сожаления, но вам не стоит беспокоиться: счет будет оплачен. А сейчас… — он достал из кармана бумажник и извлек оттуда десять фунтов, — возьмите в знак благодарности за хорошую работу. Возможно, вам захочется поехать домой на такси.
Мелани едва удержалась, чтобы не послать его ко всем чертям с его погаными деньгами и не заявить, что в состоянии сама заплатить за такси. Но вовремя сообразила, что, на самом деле, он предлагает ей чаевые, а раз она уж взялась исполнять роль уборщицы, то должна придержаться всех правил: ни одна из них не отказалась бы от чаевых. Если Джек Вульф, поняв, что вел себя невежливо, решил таким незатейливым способом успокоить свою совесть, то придется ей принять деньги и изобразить большую радость.
