Лайам дочел абзац до конца, затем полистал книгу. Страниц через пять стали встречаться рисунки, выполненные красной тушью. Какие-то круги, рассекаемые жирными хордами и тонкими дугами соседних окружностей, испещренные множеством странного вида значков.
«Где тут пентаграммы, что нам интересны?»
«Они на двадцать третьей и пятьдесят второй странице».
Лайам нашел указанные страницы и, заложив их пальцами, с минуту прилежно разглядывал очень схожие между собой чертежи. Различия, вероятно, все же имелись, но они прятались за сложными геометрическими построениями и цепочками непонятных значков.
«Ладно, — сдался он наконец. — Возьмем книжку с собой и просто сравним эту галиматью с той, что нарисована Хандуитами».
Фануил промолчал. Лайам с удивлением глянул под стол и увидел, что тот демонстративно чистит чешуйки.
«Перестань корчить из себя всезнайку. Ты что, уже эту книгу читал?»
«Мастер Танаквиль читал. А я все запомнил».
Покойный Танаквиль действительно частенько требовал, чтобы дракончик читал вместе с ним, ибо память уродца была просто феноменальной.
«Отлично. Тогда постарайся чуточку просветить и меня».
Дракон склонил голову набок и посмотрел на хозяина.
«Это сложно, мастер».
«Знаю, — спокойно ответил Лайам. — Успел сообразить. Потому-то мне и нужна твоя помощь».
Что и впрямь утомляло Лайама в Фануиле, так это его поразительная твердолобость.
«Как будет угодно мастеру, — ответил дракончик, садясь на задние лапки. — Тогда слушай. Демонология — не совсем магия, в том смысле, что заниматься ею могут не только маги, а все, кто захочет. Но она входит в первые четыре предмета, которые надлежит изучить начинающим магам для обретения кое-какого опыта и расширения кругозора. Правда, поначалу ученики осваивают кантрипы — мелкие, маломощные, но очень эффектные заклинания, которые можно творить даже мысленно. Некоторые из них освоил и я. И иногда применяю… когда мне прикажут. Ты же знаешь, я могу усыплять людей. А также проделывать разные фокусы с документами. В последний раз я очень неплохо использовал это умение по… по указанию мастера Танаквиля».
— Точнее, якобы по указанию мастера Танаквиля, — заметил язвительно Лайам. — Ты попросту всех надул. Расскажи о кантрипах подробнее.
Нимало не обескураженный таким заявлением дракончик продолжил свои пояснения.
«Кантрипы — скорее шутки, мистификации, не требующие от мага серьезных усилий или каких-то материальных затрат. Высшим достижением в этой области может считаться дублирование каких-либо текстов — с последующим долговременным их закреплением на бумаге. Дублирование — удобная и полезная вещь. Мастер Танаквиль таким образом еще во времена ученичества скопировал эту „Демонологию“. Но пользоваться ею он начал гораздо позже. И даже не начал, а просто просматривал… иногда. — Тут в мыслях дракончика возникла ощутимая пауза. — Насколько я знаю, капитул торквейской гильдии магов вменяет в обязанность своим начинающим почаще практиковаться в этом искусстве».
Лайам кивнул. В годы студенчества он сам частенько прибегал к помощи пареньков в красных рясах. На площади Памфлетов, где те обычно толклись, всегда можно было скопировать нужный учебник, приобрести нашумевшую книгу или достать сборничек модных куплетов. Любой заказ выполнялся в течение четверти часа.
— Да, помню-помню, — сказал он вслух, — однако… зачем это им?
«Хорошая практика и… денежное подспорье. Гильдия скуповата и рада, когда ученики сами добывают свой хлеб. Демонология тоже может приносить хорошие деньги, если не зарываться. А под присмотром опытного наставника всегда можно взять в оборот какого-нибудь захудалого лорда тьмы».
«Ну, а если зарабатывать с помощью демонов захочет простой человек? Он может, например, пойти на базар и купить подобное наставление?»
«Нет. Гильдия категорически запрещает размножать свои тексты. Ее библиотеки тщательно охраняются, и ученикам ничего не разрешается из них выносить».
«Тогда как же все эти сведения доходят до обывателей?»
Дракончик некоторое время думал, формулируя мысль.
«Тексты можно… украсть. Или выменять на что-то у не слишком-то щепетильного чародея. Гильдия неспособна за всем уследить».
Беседа становилась все более интересной, но начинала уводить в отвлеченные дали. Лайам, осознав это, решил ее прекратить. Мысли его уже обратились к другому делу. С Хандуитами вскоре все разъяснится, а тайну оскала умершего на постоялом дворе чародея следовало еще разгадать. Он молча кивнул и придвинул к себе вторую связку бумаг.
Впрочем, вчитаться в них ему не пришлось. Дверь трапезной резко и широко распахнулась, и на пороге возник Проун. Он высокомерно покосился на Лайама и, обогнув стол, прошествовал к своему креслу.
— Никого еще нет?
«Дурак, разве этого не видно и так?»
— Тут только я, — невозмутимо ответил Лайам, собирая разложенные листы. — Я и не думал, что нам предоставят бесплатный завтрак. Когда мы предполагаем собраться для дела? — он сунул листы в карман плаща и потянулся за книгой Тарквина.
— В семь, — рассеянно ответил квестор и вдруг вздрогнул как от удара. Глаза его широко раскрылись, уставясь на пентаграмму. — Это еще что такое? — взревел он, наклоняясь к столу и припечатывая разворот книги ладонью.
Лайам озадаченно глянул на рассерженного чиновника и не сразу нашелся с ответом.
— Это книга, — сказал он наконец. — О демонах. Я… я полагал, что она может оказаться полезной. Так, собственно, и случилось. Думаю, теперь мы сможем понять, какого именно демона вызвали Хандуиты.
Несколько мгновений Проун сверлил Лайама испытующим взглядом, затем кивнул и убрал руку.
— Ладно, — произнес он снисходительно. — Вы человек еще не обтершийся и молодой. Вам пока что простительно многое. Однако на вашем месте я постарался бы не держать ее на виду. Демонология не вызывает почтения у нашего герцога, да и всем добропорядочным людям она тоже претит. Собственно, именно об этом мы и будем на нашей сессии говорить. — Он спокойно поправил кружевные манжеты на рукавах своего черного, словно уголь, камзола и, блеснув желтизной разрезов, повернулся к буфету.
Лайам быстро закрыл книгу и сунул ее в карман.
— Я сам с такими вещами еще не сталкивался, — попробовал заговорить он и увидел, как напряглась жирная, затянутая в черный бархат спина, — однако эдил Кессиас счел нужным предупредить меня, что в большинстве преступлений, которые нам предстоит разбирать, замешаны демоны. Поэтому я и решил взять с собой эту книгу… как справочник и вообще…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
