Он быстро оделся. Джинсы, кашемировый свитер, мокасины, стильный кожаный пиджак. Подхватив ключи со столика у двери, он вызвал лифт и спустился в подземный гараж. Там стояли его большой «Мерседес» и черный «Порше каррера».
Черный «каррера» был сгустком энергии и силы. Как и он сейчас.
Улицы были безлюдны. Он доехал до ее дома за рекордно короткое время и влетел под знак «парковки нет» на углу здания. Дверь подъезда была открыта, впрочем, и закрытая дверь его бы не остановила…
Он взлетел наверх, преодолев три лестничных пролета за пару секунд.
– Айви! Черт возьми, дай мне войти! – Он звонил в звонок, стучал в дверь.
Дверь наконец приоткрылась, насколько позволяла цепочка. Сквозь узкую щель Дамиан увидел полутемную комнату, глаз в черном контуре ресниц, золотистую прядь волос…
– Ты сошел с ума, – яростно зашипела она. – Так ты разбудишь весь дом!
– Открой же эту чертову дверь!
Дверь закрылась, звякнув упавшей цепочкой, и открылась снова. Айви стояла, ошеломленно глядя на него. Ее волосы беспорядочной копной падали на шелковый халат, почти полностью закрывавший ее босые ноги.
Она выглядела испуганной, сонной и… по-домашнему уютной.
– Ты знаешь, который уже час?
– Хороший вопрос, – сказал он резко. – Действительно – который?
– Ты что, выпил?
– Не слишком.
Он сделал шаг вперед. Она отступила.
– Ваше Высочество…
– Я думаю, настало время отказаться от формальностей. – Он сделал еще шаг. Она снова отступила. – Мое имя Дамиан.
– Ваше Высочество Дамиан. – Она прикусила нижнюю губу, а потом провела по ней кончиком языка. – Дамиан, уже поздно. Почему бы нам – почему бы нам не поговорить завтра?
Еще один шаг. И еще. А затем ее спина наткнулась на стену.
– Я видел листок бумаги, на котором было написано, что ты беременна, чувствовал под своей рукой твой живот, но… но я ни разу не видел тебя…
– Конечно, ты…
– Твое тело, – сказал он хрипло. – Как выглядит твоя грудь, твой живот с моим ребенком внутри.
– Дамиан! Клянусь! Я закричу…
Медленно он потянул ее за халат. Ее зрачки расширились. Приоткрылись губы. Но она не закричала. Нет. Она не закричала и когда он, раздвинув полы халата, опустил глаза.
На ней была шелковая сорочка кремового цвета, стянутая на груди тонким шнурком, мягкими складками спадающая до самого пола.
Дамиан поднял глаза. Скользнул взглядом по лицу. Ее глаза были, все так же расширены', губы приоткрыты…
– Нет… – прошептала она.
Он медленно потянул за тонкий шнурок. Сорочка соскользнула с ее плеч и обнажила грудь. Ее прелестную грудь. Небольшую, безупречной формы. С нежными, розовыми сосками, которые тотчас сжались, превратившись в маленькие остроконечные конусы.
– Дамиан…
– Ш-ш-ш… – прошептал он, обхватив ладонями ее груди и легко сжимая между пальцами ее соски. Айви вздрогнула, когда он, наклонив голову, коснулся языком ее соска и нежно прикусил его зубами.
– Дамиан, – не слово, а выдох.
Стон. Мольба. Он поднял голову. Ее веки были опущены. Ее грудь поднималась и опускалась под участившимся дыханием. Глаза ее открылись, как только он начал опускать сорочку ниже. Еще ниже… Ее талия. Ее бедра. Ее ноги. Эти длинные, длинные ноги…
Сорочка лежала возле ее ног, словно сброшенный кокон. А она – она была не просто прекрасна. Она была божественно прекрасна. Афродита, вышедшая из морской пены.
И в то же время чувствовалось, что ее тело было готово к рождению ребенка. Его ребенка. Он мог видеть нежную припухлость ее живота. Его прелестную округлость. Бутон, готовый распуститься.
Он медленно провел рукой по нему, ощущая под своей ладонью мягкую шелковистость ее кожи. Её тепло. Он опустил руку ниже. Еще ниже. Увидел, как дрогнули ее ресницы. Услышал стон, сорвавшийся с ее губ, в тот момент, когда его пальцы скользнули между ее бедер…
– Нет, – еле слышно прошептала она.
Но ее руки уже были на его плечах, и, приподнявшись, она откинула назад голову и приблизила свои губы к его губам.
Она хотела его. Хотела его! Он еле удержал себя, чтобы не увлечь ее вниз, на пол, и тут же овладеть ею… Но все это только игра.
Дамиан отпустил ее. Поднял халат и накинул ей на плечи. Дрожа, задыхаясь, она вцепилась в него руками.
– Я изменил свое решение – по поводу того, что говорил тебе.
– Значит, я останусь здесь? – Если бы он ничего не знал, то мог бы подумать, что она вздохнула с облегчением.
Черта с два, подумал Дамиан и опять притянул ее к себе.
– Я имею в виду, – сказал он холодно, – что был бы дураком, вкладывая деньги и не получая ничего взамен.
– Не понимаю…
– Ты будешь спать со мной. И родишь мне сына. И если до этого времени ты докажешь, что можешь быть хорошей любовницей, я женюсь на тебе, дам мое имя, мой титул… и позволю заботиться о моем ребенке. – Он притянул ее еще ближе. – Ну а если я не буду удовлетворен, то оставлю себе сына, а тебя отправлю назад в Нью-Йорк, где ты можешь сколько угодно судиться со мной.
Казалось, время остановилось. Словно завороженная, не мигая, Айви смотрела ему в глаза.
– Я ненавижу тебя, – прошептала она.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Женщина, представившаяся персональным ассистентом Дамиана Аристедеса, позвонила в шесть часов утра и, не извинившись за столь ранний звонок, спросила:
– А есть ли у вас паспорт, мисс Мэдисон?
Айви так и подмывало сказать, что паспорта у нее нет. Но что толку? Насколько ей было известно, королевские особы и сопровождающие их лица не очень-то в них и нуждаются.
– Да. У меня он есть.
– В таком случае будьте готовы к восьми тридцати. Строго к восьми тридцати, – произнес четкий голос. – Его Высочество не любит, когда его заставляют ждать. Шофер приедет за вами и поднимется в квартиру, мисс Мэдисон.
– Разумеется, – сказала Айви и повесила трубку.
Его ассистентка, должно быть, не находила ничего странного в такого рода поручениях. Одну женщину отправить в Грецию, другую – в Тимбукту…
Принц, вероятно, привык, что любовниц ему доставляют по первому же его требованию.
Что ж, его ожидает сюрприз.
Никогда она не согласится стать его любовницей! Никогда не согласится стать для него вообще кем бы то ни было, а тем более женой.
Большой «Мерседес» бесшумно скользил по оживленным улицам Манхэттена. Айви смотрела сквозь затемненные стекла на спешащих по своим делам людей и удивлялась, как она допустила, чтобы все это случилось. У нее не было денег на хорошего адвоката, но она знала многих людей, занимающих высокие посты. Наверняка кто-нибудь мог бы помочь ей…
– Мисс?
Машина остановилась; шофер стоял возле открытой двери.
