Римма опускалась на четвереньки. Запах становился невыносимым, я задыхался, но уйти не мог, я боялся даже пошевельнуться.
Из высокой нескладной девочки Римма быстро превращалась в какое-то существо.
Бакс бесился рядом. Одной рукой я зажимал ему пасть, чтобы он не зарычал, другой держал за ошейник, с трудом держал.
Римма опустилась на траву. Теперь она походила на длинную худую лягушку... Зубы ее выдвинулись вперед. И Римма пошла по следу.
Я рванул вокруг дома. Бакс за мной.
Римма огибала дом справа, мы двигались слева. Не знаю, за сколько я обежал наш коттедж. Мне кажется, я установил рекорд своей возрастной группы, если бы впереди меня пустили русского хорта [9], я бы от него не отстал.
Я влетел под крыльцо, отыскал Ли и сел рядом с ней. Бакс втиснулся между нами.
– Эй! – Ли принялась меня выталкивать. – Валите-ка отсюда! Из-за вас меня найдут! Давай, сундук, вали отсюда...
Она толкала Бакса в бок, но он не двигался с места. Риммы не было видно.
– Тихо ты. – Я приложил палец к губам. – А то на самом деле найдут.
Ли надулась и замолчала.
Я смотрел сквозь щель в досках. Ветер был от нас, он продувал крыльцо насквозь, я прекрасно понимал, что Римма теперь знает, что Ли не одна, что я с ней рядом. Что Бакс с ней рядом. И от этого Римма стала гораздо опаснее.
Ли принялась меня щипать и щекотать. Я терпел. Тогда она взялась за Бакса. Она щелкала его по носу и чесала переносицу, Бакс тоже терпел, не чихал.
– Я нашла вас, – сказали сверху. – Вы проиграли.
Я вздрогнул. На доски легла тень, сквозь щели просочился запах. Он был так силен, что его почувствовала даже Ли. Она поморщилась и потерла нос. Бакс поднял морду и зарычал.
– Вы проиграли, – повторил голос.
– Это все Бакс, – сказала Ли. – И ты! Приперлись! Специально приперлись! Ладно, вылезаю. А вы сидите здесь, если вам так уж хочется!
– Сейчас я сама спущусь. – По крыльцу протопали неожиданно тяжелые шаги. – Сейчас...
Тут Бакс не выдержал. Он вскочил на ноги и принялся лаять, злобно, яростно, как только умел.
– Скажи ему! – Ли стукнула пса кулачком по голове. – Чего он?
Я не стал останавливать пса. На квадратный километр вокруг не было ни одной живой души, между Ли и ней остался только я. И Бакс. Бакс лаял.
– Бакс, ты чего? – Ли обхватила его за шею. – Что с тобой?
Шаги остановились.
– А ну-ка немедленно успокойся! – Ли пыталась уложить собаку на землю.
Бакс не успокаивался. Шаги снова двинулись к лазу под крыльцо, я уже захлебывался в этом жутком зверином запахе...
Не знаю, чем бы все это закончилось, но плохо бы закончилось, это точно. Еще бы минута... Я уже собирался выскочить из-под крыльца и принять честный бой, как со стороны ворот послышался автомобильный сигнал. Это приехали Ма и Па. Шаги сразу остановились, а потом направились в другую сторону. Запах ослабел, а затем и вовсе развеялся. И снова запахло яблонями и землей. Бакс унялся и только бешено дышал, выгоняя из легких вонь.
– Вот дурак! – Ли стукнула меня в плечо. – Всю игру нам испортил! Если бы не вы, она бы меня ни в жизнь не нашла!
– Это уж точно, – сказал я и выбрался на воздух.
Па был не в духе, Ма тоже. Обедали мы в тишине. Римма сидела рядом с Ли и как ни в чем не бывало гоняла вилкой горошину по тарелке.
– Что делали без нас? – вдруг спросил Па.
– А, – отмахнулась Ли. – Ничего. Решили в прятки поиграть, да Бакс все испортил. Я спряталась, а он меня нашел первым – и как давай лаять! Так ничего и не получилось. Дурачок.
Про меня она ничего не сказала. Интересно, почему?
– Странный Бакс какой-то в последнее время, – произнесла Ма. – Мне кажется, он нервничает почему-то...
– Он лапу наколол, – вставил я. – Вот и волнуется...
– У него переходный возраст, – сказал Па. – Он ведь уже не такой молодой. У него вон уже вроде как седина на подбородке...
– Он еще совсем не старый, – вступилась за Бакса Ли. – Знаешь, как он бегает! А седина у собак с двух лет случается...
Па пожал плечами.
– Я думаю, ему надо устроить особую диету, – сказал он. – Для пожилых.
– Да не надо ему ничего, – возразил я. – Ему и так хорошо...
Этого еще не хватало! Будут кормить Бакса всяким овсом и морковкой сушеной. А он, между прочим, не лошадь. Это лошади овес едят, а Бакс мясо любит...
– В магазине слышал, – вдруг сказал Па, – вчера напали на одного мальчика. Это недалеко отсюда, два квартала. Прямо возле собственного дома... Его нашел электрик, он услышал крики. Но нападавшего не видел. Вызвали милицию, но собака не взяла след. Парень в больнице.
– Что с ним?
– Неизвестно. Но в сознание он пока не пришел.
Все перестали есть.
– Я это к чему говорю, – продолжил Па. – Милиция не исключает, что напал, возможно, какой-то сумасшедший, и я хочу, чтобы вы были осторожны. Вечером из усадьбы не выходить. Если выходите днем – обязательно с телефоном. И Бакса с собой берите. Будьте бдительны...
Интересно... Я подумал о том, что, если бы я вчера ночью пошел за Риммой, этот парень вполне мог бы и не валяться сейчас без сознания. Но я ведь не мог знать наверняка...
– Будьте бдительны, – пронюнила Ли. – Не разговаривайте с незнакомцами, сообщайте о них по указанному телефону, не садитесь к ним в машины...
– Над этим не надо смеяться. – Ма отложила вилку. – Это очень простые и эффективные правила.
– Па, а ты нам пистолеты лучше дай, – вдруг сказала Ли. – У тебя же их три штуки...
– И не вздумай! – возмутилась Ма. – Никаких пистолетов! Они из них друг друга в первый же день перестреляют!
– Бакс лучше всякого пистолета, – сказал Па. – И ума у него больше, чем у вас всех. Так что вы лучше с ним ходите гулять. Или все вместе по крайней мере.
– Я лучше уж с Баксом. – Ли подмигнула мне. – Хотя Бакс ленивый, он в машине любит кататься. Бакси, а ну-ка, изобрази пьяницу!
Бакс послушно перевалился на спину и задрыгал лапами. Все засмеялись. Нервозная атмосфера стала постепенно рассеиваться.
– Ладно, Бакс. – Ли выскочила из-за стола. – Пойдемте в город! Римма, пойдешь с нами?
Римма отрицательно покачала головой. Гулять она не хочет. Вот и хорошо.
Ли оделась потеплее, и мы стали спускаться к городу. Я знал, что хочет Ли – она наверняка желает кафе-мороженое посетить. Я не очень люблю мороженое, а Бакс вот любит.
Пригороды закончились. Мы вошли на ведущую к центру города улицу. Ли шагала весело и беззаботно, раскидывала иногда ногами кучи прелых листьев, срывала с веток редкие прошлогодние каштаны и швыряла их в меня и Бакса, а мы уворачивались. Но мне было невесело. Я видел, что в городе что-то не так. Я видел плохие знаки. Может, у меня паранойя [10]? Навязчивые бредовые идеи в самой обостренной степени? Может, я псих? Может. Но знаки беды ясно читались повсюду.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
