Пол вернулся. Лицо, видимое сквозь шлем, имело раздосадованное выражение. Из чего Джо сделал вывод, что оказался прав — иначе напарничек не упустил бы случая поприкалываться, и поделиться увиденным. А так: «Пришёл. Увидел. И ушёл».
Джо чуть наклонил голову на бок: как Пол. Осклабился:
— Зато для Матери всё заснял в лучшем виде!
Пол в ответ на эту подколку только посмотрел на Джо.
Ещё десять пролётов-этажей выходов не имелось. Затем обнаружились двери, а за ними — ещё коридоры: с теплицами по бокам. Их было отлично видно сквозь стеклянные стены.
— А нехило тут сельское хозяйство было налажено!
— Согласен. А ну-ка, выходим. И отбираем образцы. Вдруг Мать скажет, что мы нашли что-то — ну очень суперурожайное и вкусное! Запасём семян. И продадим нашим… Селекционерам!
Однако образцов отобрать не удалось. В теплицах-оранжереях остались только стеклянные трубы с дырами — для явно гидропонного выращивания чего-то. И на полу валялись сгнившие остатки чего-то вроде синтетических нитей — для подвязывания к потолку этого самого. Только вот что-то «это самое» давно рассыпалось в труху…
— Похоже, мы немножко опоздали.
— Да. Думаю, этак на десяток-другой тысяч лет.
— Откуда знаешь? Матери же нет!
— Это верно. Просто предположил. На основе личного опыта. Потому что нити ещё не совсем сгнили, и зарядка в реакторе ещё есть.
Напарник на это отреагировал вполне традиционно: фыркнул.
Ещё через двадцать уровней-пролётов пришли к концу лестницы.
Пришлось выбираться в очередной коридор. Короткий. С дверью в торце.
— Смотри-ка. Похоже, мы на месте!
— Угу. Давно пора. А то я уж думал, сейчас пройдём чёртов ретранслятор насквозь, и выйдем к другому наружному люку.
А тут — дверь не очень большая, зато явно очень прочная.
— Как думаешь, Джо. Почему здесь действительно всё — как для людей?
— Думаю, это потому, что они просто использовал чей-то уже готовый корабль. От какой-нибудь развитой, но погубившей себя цивилизации. Приспособив посудину для своих целей, и просто покрыв сверху этим супер-покрытием. Тем самым, непроницаемым для всех излучений.
— А ты не думаешь, что они… он… Мог и сам поспособствовать тому, чтоб корабль… Или корабли — их же шесть! — освободились?
— Нет. Думаю я, что остальные пять кораблей тоже — просто достались ему как бы… В наследство. А убивать низших существ, или стравливать их, чтоб они поубивали друг друга сами, для него…
Неспортивно. Ниже его достоинства.
Мы же не науськиваем муравьёв из разных муравейников друг на друга? Они с этим и сами успешно справляются.
И вот он взял всё это наследие, подлатал, перетащил, и оборудовал ими эту свою систему. С бубликом. А ещё я думаю… — Джо вздохнул.
— Ну, договаривай уже!
— По поводу этой самой планеты-бублика. И её солнца.
Ну вот грызёт меня мысль, что всё это — как сыр в мышеловке!
Ведь ни одна раса, людей, или гуманоидов, находящаяся на техническом уровне как у нас, или чуть ниже, ни за что не пройдёт мимо такой странной штуковины!
— Ты имеешь в виду — не пролетит?
— Ну да. Не придирайся к словам. Суть же уловил?
— Да уж. — Пол передёрнул плечами, — Это точно. Не пролетит.
Вот мы и крысы. Надо было взять с собой Шушару! Хоть не так обидно было бы…
Джо, при напоминании об их безбилетной пассажирке, сейчас жившей не в грязном трюме, а в комфортабельной клетке, стоящей рядом с клеткой с волнистыми попугайчиками, криво усмехнулся. Но промолчал. Имел потому что опыт общения с Шушарой, которую пришлось «принять на борт». А точнее — в скафандр. (См. рассказ «Пираты» в сборнике «С шилом в заднице!..»)
Они остановились перед дверью, и Джо не спешил нажимать квадратную кнопку. Пол вздохнул:
— А что, если он всё же — человек? И сейчас сидит там? И ждёт нас?
— Ну, давай поспорим. На бутерброд с икрой против зубочистки. Если он, или вообще хоть кто-то живой — там, бутерброд — твой!
— Ах ты, какой хитрый! Знаешь, что у меня осталось всего три натуральных, из дерева, зубочистки, и хочешь бессовестно отобрать?!
— Икры в банке тоже осталось — на дне. Последняя. Ну? По рукам?
— Нет. — Пол хмыкнул, — Я и сам не верю… Что он — там. Открывай давай!
Джо ткнул кнопку. Дверь открылась.
Действительно, рубка.
Круглое светлое пространство, шагов пятидесяти в диаметре. Со сравнительно низким подволком. И пультами: с дисплеями над ними. По всему периметру. Ближе к центру — ещё пульт. На возвышении.
Джо, подойдя, выпустил из лючка на предплечьи их запасного микропа. Тот, семеня шестью изящными ножками-манипуляторами, уполз за панель пульта. Донёсся треск, и засверкали вспышки электродуги — малыш срезал винты крепления задней панели. Вскоре на виртуальном мониторе, который Джо откинул на другом предплечьи, возникла картинка. Укрупнённо виднелось то, что могло быть главной платой. С разложившимися в пыль, и растрескавшимися штуками, которые могли бы быть микросхемами.
— Так. Понятно. Ничего мы уже отсюда, из его памяти, не выудим. А это — что? — Пол, оторвавшись от картинки на дисплее, показал на большой белый круг, на пару дюймов возвышавшийся над полом, и имевшийся перед пультом, в центре зала.
— Нет!!! Не заходи! — Джо, увидев, что напарник хочет наступить в круг, заорал благим матом. Пол, занеся было ногу, поторопился убрать её за пределы круга.
— Ты чего разорался?! Тебя, наверное, и Мать слышала!
— Ну, это вряд ли. — Джо понимал, что сейчас буквально задохнулся от страха за напарника, — Хорошо, что ты не успел зайти!
— А то — что?
— А то исчез бы ты сейчас из этого места, и материализовался где-нибудь за пределами нашей вселенной! Там, где и живёт этот гад! Потому что белый блин, или что это там — явно чужеродная этому кораблю штука. То есть — это делали уж точно не люди!
— Думаешь, это…
— Да. Думаю, это — устройство ноль-переноса. Ну, или говоря проще — Звёздные Врата. Как их показывают в фильмах, и которые до сих пор не удалось построить самым продвинутым и умным учёным Земли. Только там они, как правило, помпезно-экзотические, для вящей красоты, и стоящие вертикально. А тут — просто — рабочие.
— И — что? Ты даже не хочешь их… Попробовать в действии?!
— Во-первых, мы не знаем, сможет ли тот, кто залезет в них — вернуться обратно. Ведь там наверняка есть система для задания координат места переноса. А Матери с нами нет. Подсказать некому. А во-вторых, нет гарантии, что там, куда ты попадёшь, будут пригодные для жизни человека, пусть и находящегося в скафандре, условия. Вдруг
