возьми!!! Получается, мы своим спуском на планету и контактом с аборигенами спровоцировали апокалипсис, а потом — всех спасли просто… Вовремя убравшись восвояси?!
— Именно. — голос Матери как обычно был мягок и нейтрален, — И если бы я у вас не была так предусмотрительна, и не направила в корму наши самые чувствительные камеры и антенны, как обычно нырнувшие в подпространство после самой «Каракатицы», мы бы просто проморгали момент, когда всё начало возвращаться к норме. А оно начало за восемь миллисекунд до первого «прыжка». И мы бы так и считали, что навсегда погубили такую… Нетривиальную систему. С нетривиальной планетой. С нетривиальной жизнью. И возвращаться к такой погибшей планете совершенно бессмысленно!
— Вот уж нет. В-смысле, жизнь-то — самая что ни на есть — тривиальная!
— Это ты так считаешь. — Джо, думая, что странные особенности гиперпрыжков, охватывающие внутреннее и наружное пространство их корабля по-разному, на этот раз сработали за них, вздохнул, — А вот Создатель всего этого безобразия как раз может считать, что — нет.
И вот теперь перед нами задачка посложней. Не спускаясь самим на поверхность, обнаружить, чего же такого он тут изобрёл, или создал, что предпочитает действительно уничтожить, чем показать кому бы то ни было!
И вряд ли это будет легко. И просто.
— Ну почему? Ведь Мать сказала, что пока вокруг бублика круги наматывали наши зонды, он — ну, ретранслятор, или ретрансляторы! — их не обнаруживали! Гад и микропа нашего наверняка не засёк! Вот! Кстати! Заберём оттуда нашего верного малыша!
— Обязательно. Тридцать пять кредиток, а всё равно: как родной! Мы с ним свыклись. Но… Мать. Мне вот какая мысль пришла в голову. Раз уж этот гад вычислил с помощью …рен-его-знает-каких-таких-сенсоров, что мы прибыли и исследуем, не мог ли этот «апокалипсис» с местным солнцем быть…
Просто компьютерной симуляцией? Или — каким-то неизвестным типом гипноза? То есть — нам показали постановочное «шоу»?
— Вероятность этого стремится к нулю. Поскольку человеческие глаза и даже некоторые мои сенсоры обмануть так можно. А вот беспристрастные видеокамеры и детекторы жёсткого излучения — нет.
— Так ведь и аборигены зашевелились, если вспомнишь!
Джо на этот «аргумент» снова глянул на напарника. Тяжко вздохнул. Поджал губы. Но Пол всё равно «оскорбился»:
— Нечего на меня так смотреть! Твои гипотезы и идейки тоже не всегда блещут неоспоримостью!
Джо теперь покачал головой:
— Я мог бы напомнить. Про то, что они всё равно попадают в цель в два раза чаще твоих. Статистику ведёт Мать. А вопрос у меня сейчас неоригинальный: Мать. Возможна ли компьютерная, или ещё какая, симуляция, абсолютно неотличимая от реальности?
— Да. Особенно, если технология наведения такой симуляции сильно обгоняет возможности земной техники. И в этом смысле я сейчас бессильна. То есть — я не в состоянии определить, с чем мы столкнулись: то ли — с банальной реальностью, то ли, вот именно, с такой совершенной, и абсолютно необнаружимой симуляцией. Что для нас, если честно, не принципиально.
Поскольку действуем-то мы — точнее, я! — исходя именно из принятия всего увиденного и происходящего — за чистую монету! И что касается спасения ваших жизней, я, как робот с Первым Законом робототехники, просто не имею права поступать по-другому!
— Спасибо в который раз, Мать. — Джо говорил вполне искренне, — Продолжай действовать в том же ключе. Пусть этот балбес и утверждает, что вся эта фигня может быть нереальной, мне всё-таки нравится жить! Как говорится — лучше сто раз подстраховаться, чем один раз — недостраховаться!
Пол пожал плечами:
— Мне тоже жить нравится. А особенно обидно было бы сейчас, когда наш быт и вообще — существование, дополнены маленькими приятными бонусами, вроде натурального мяса, и скафандров высшей защиты последней модификации, сдуру погибнуть!
— И это говорит тот, кто позволил надрать себе задницу «банальному» раку!
— Ну… Согласен. Это было опрометчиво с моей стороны. Но я же — выжил!
На это Джо даже не стал возражать. Да и смысл? Они с Полом не один год странствуют вместе. И даже прошли через испытание под названием «брак», когда каждый выбрал себе даму по «ключевым» показателям, и даже нарожал с ней детей… (См. рассказ «Властительница вожделений»)
Закончившееся полным фиаско. Поскольку одно дело — женщина, вечно что-то требующая (Внимания, новой мебели, другой стиральной машинки, и домашнего робота-уборщика, или даже бьющейся (!) посуды.) И другое — напарник. Имеющий такие же как у тебя, интересы, и готовый в любой момент прийти на помощь. Несмотря на все твои ехидные подколки и иронию понимающий, что ну вот не можете вы друг без друга. И приключений.
Новых.
Так что понимают они друг друга без слов.
Поэтому Джо спросил:
— Мать. Если предположить, что у этого гада всё же существуют расставленные по всей этой системе сторожевые системы, сенсоры, ретрансляторы, и роботы для обнаружения кого-либо вроде нас… Где бы вот ты их разместила? Рационально. Чтоб полностью контролировать или перекрывать систему, или хотя бы — планету?
— Нечего тут думать. Вот они, эти места, — на центральном экране возникли участки космического пространства, ничем, на взгляд Джо, не отличающиеся от остальных. Мать сжалилась, — Ладно. Вот схема.
Теперь на экране имелась действительно схема — где в центре условным шариком обозначалось солнце с крохотным бубликом, вращавшимся вокруг него, и условно красные точки: места расстановки гипотетических следящих устройств. Нетрудно было заметить, что они расположены на одинаковом расстоянии друг от друга, и образуют пространственную фигуру в виде тетраэдра с солнцем в центре.
— То есть — получается, что всего шести агрегатов было бы достаточно для гарантированного отслеживания всей этой системы?
— Вполне. Если предположить, что их сенсоры мощнее и совершеннее моих. И обычных земных.
— Понятно. — Джо дёрнул щекой, — А мы сейчас — в «зоне» их действия?
— Нет. — Мать вывела на экран ещё одну схему, на которой теперь уже совсем крохотное солнце маячило в центре, а вокруг него на расстоянии буквально условных сантиметров торчали красные точки, — Вот мы. Всего в трёхстах тысячах световых секунд.
На схеме, в самом углу, возникла крошечная мигающая точка: «Чёрная каракатица». Пол явно оказался рассержен:
— Но мы так никогда назад, на планету, не попадём! Да и зонды долетят только через… Сколько?!
— Двести восемьдесят три дня.
— А-а-а-а! Свинство! Тогда почему мы в первый раз так смело подлетели к планете?!
— В «первый раз» у нас и подозрения не возникало, что здесь может быть что-то не так. Напоминаю: мы — ну, вернее, я! — и подумать не могли, что возможно наличие сенсоров и устройств, необнаружимых нашими приборами!
— Ну
