Читаем без скачивания Цезарь и Клеопатра - Бернард Шоу

прямо замечательный! А в Риме есть твои статуи? Цезарь. Да. Немало. Клеопатра. Ты должен послать за одной и подарить мне. Руфий (возвращается в лоджию в страшном нетерпении). Ну, Цезарь, наговорился

ты? Как только ты вступишь на борт, задержки не будет. Галеры

наперегонки полетят к маяку. Цезарь (вытаскивая меч и пробуя лезвие). Хорошо ли он наточен, Британник?

Под Фарсалой он был туп, как втулка от бочки. Британ. Рассечет волос египетский. Я точил его сам. Клеопатра (в внезапном страхе бросается на шею Цезарю, обнимает его.) Нет,

нет! Неужели ты в самом деле идешь затем, чтобы тебя убили? Цезарь. Нет, Клеопатра, ни один человек не идет в бой затем, чтобы его

убили. Клеопатра. А их убивают. Муж сестры моей был убит в бою! Ты не должен

уходить. Пусть он идет. (Показывает на Руфия.)

Все смеются над ней.

Пожалуйста, пожалуйста, не уходи! Что же будет со мной, если ты больше

не вернешься? Цезарь (внушительно). Ты боишься? Клеопатра (съежившись). Нет. Цезарь (спокойно и властно). Иди на балкон, и ты увидишь, как мы возьмем

Фарос. Тебе следует приучаться смотреть на бой. Иди!

Она идет, поникшая, и смотрит с балкона.

Вот и хорошо. Ну, Руфий, марш! Клеопатра (хлопая в ладоши). А вот ты и не сможешь уйти, Цезарь! Цезарь. Что там еще? Клеопатра. Они осушают гавань, они сейчас вычерпают оттуда всю воду ведрами.

Сколько солдат! Вон там. (Показывает налево.) Руфий (поспешно выглядывает). Верно. Египетская армия! Усеяли всю Западную

гавань, как саранча. (Разозленный, подходит крупными шагами к Цезарю.)

Это все твое проклятое милосердие, Цезарь! Их привел Теодот. Цезарь (в восторге от собственной проницательности). Я так и полагал, Руфий.

Они пришли тушить огонь. Они будут возиться с библиотекой, а мы пока

захватим маяк. (Решительно идет через лоджию в сопровождении Британа.) Руфий (с отвращением). Опять лисьи хитрости. Эх! (Бросается за ними.)

Крики солдат внизу возвещают появление Цезаря.

Центурион (внизу). Все на борт! Расступись! Дай дорогу! Снова крики. Клеопатра (машет шарфом из арки лоджии). Прощай, милый Цезарь! Возвращайся

невредимый! Прощай!

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Набережная перед дворцом, обращенная на западную сторону

Восточной гавани Александрии; отсюда открывается вид на

остров Фарос, на одном конце которого, выступающем узкой

косой, стоит знаменитый маяк - громадная квадратная

башня из белого мрамора, сужающаяся кверху от этажа к

этажу и заканчивающаяся сигнальной вышкой. Остров с

материком соединен Гептастадием - это большая дамба

длиной в пять миль, она примыкает к гавани с южной

стороны.

Посреди набережной стоит на посту римский часовой. В

руке у него пилум, он с напряженным вниманием, прикрыв

левой рукой глаза, смотрит на маяк. Пилум - это толстый

деревянный кол в четыре с половиной фута длиной, с

железным наконечником длиною примерно в три фута.

Часовой так поглощен своими наблюдениями, что не

замечает, как с северной стороны набережной

приближаются четверо египтян-носильщиков, которые несут

тюки свернутых ковров. Впереди идут Фтататита и сицилиец

Аполлодор. Аполлодор - блестящий молодой человек лет

двадцати четырех, красивый, с непринужденными манерами;

он одет с вычурной изысканностью - в серо-голубую с

бледным пурпуром одежду с украшениями из бронзы,

оксидированного серебра, нефрита и агата. Вороненое

лезвие его меча, отделанного не хуже, чем средневековые

кресты, блестит в прорезях пурпурных кожаных ножен с

филигранным узором. Носильщики вслед за Фтататитой

проходят позади часового к ступеням дворца, где они

складывают свои тюки и присаживаются на корточки.

Аполлодор отстает от них и останавливаете,

заинтересованный поведением часового.

Аполлодор (окликая часового). Кто идет? Эй!

Часовой вздрагивает, круто поворачивается с пилумом

наперевес, теперь видно, что это маленький, жилистый

исполнительный молодой человек с несколько

старообразным лицом и волосами песочного цвета.

Часовой. Что такое? Стой! Ты кто такой? Аполлодор. Я Аполлодор, сицилиец. О чем это ты задумался? С тех пор как я

провел караван через караул у театра, я прошел мимо трех часовых, и все

они до того заняты маяком, что ни один из них не окликнул меня. Это

что, римская дисциплина? Часовой. Мы сторожим здесь не сушу, а море. Цезарь только что высадился на

Фаросе. (Смотрит на Фтататиту.) А это что такое? Что это еще за

египетская посудина? Фтататита. Усмири эту римскую собаку, Аполлодор. Скажи ему, чтобы он

придержал язык в присутствии Фтататиты, царской домоправительницы. Аполлодор. Друг мой, это знатная особа, которая пользуется покровительством

Цезаря. Часовой (на которого это не произвело никакого впечатления, указывая на

ковры). А это что за добро? Аполлодор. Ковры для покоев царицы. Я выбрал их из самых лучших ковров в

мире, а царица выберет лучшие из тех, что отобрал я. Часовой. Так ты, значит, торговец коврами? Аполлодор (задетый). Друг мой, я патриций. Часовой. Патриций! Хорош патриций, который держит лавку, вместо того чтобы

носить оружие. Аполлодор. Я не держу лавки. Я служитель в храме искусства. Я поклоняюсь

красоте. Мое призвание - находить прекрасные вещи для прекрасных цариц.

Мой девиз - искусство для искусства. Часовой. Это не пароль. Аполлодор. Это всемирный пароль. Часовой. Я ничего не знаю насчет всемирных паролей. Или говори мне

сегодняшний пароль, или проваливай назад в свою лавку.

Фтататита, возмущенная его враждебным тоном,

подкрадывается шагом пантеры и становится позади

часового.

Аполлодор. А если я не сделаю ни того, ни другого? Часовой. Проткну тебя пилумом. Аполлодор. Я готов, друг. (Обнажает свой меч и наступает на часового с

невозмутимым изяществом.) Фтататита (неожиданно хватает часового сзади за руки). Воткни меч в глотку

собаке, Аполлодор!

Рыцарственный Аполлодор, смеясь, качает головой; он

отходит от часового, опускает свой меч и идет к дворцу.

Часовой (тщетно пытаясь вырваться). Проклятье! Пусти меня. Гей! На помощь! Фтататита (поднимая его на воздух). Проткни этого римского гаденыша! Насади

его на свой меч!

Центурион с римскими солдатами выбегают с северной

стороны набережной. Они выручают товарища и отбрасывают

Фтататиту так, что она катится кубарем по земле налево

от часового.

Центурион (невзрачный человек лет пятидесяти; краткая и отрывистая речь и

движения; в руках жезл из виноградной лозы). Что такое, что здесь

творится? Фтататита (Аполлодору). Почему ты не проткнул его? У тебя было время. Аполлодор. Центурион, я здесь по повелению царицы, ибо... Центурион (прерывая его). Царицы? Да, да. ( Часовому.) Пропусти его. И

пропускай всех этих рыночных торговцев с товарами к царице. Но

берегись, если ты выпустишь из дворца хотя бы одного из тех, кого ты не

пропускал туда, хотя бы самое царицу. Часовой. Вот эта вредная старуха - она сильней троих мужчин - подговаривала

купца заколоть меня. Аполлодор. Центурион, я не купец. Я патриций и служитель искусства. Центурион. Эта женщина твоя жена? Аполлодор (в ужасе). Нет, нет! (Спохватившись, учтиво.) Конечно, нельзя

отрицать, что по-своему эта дама весьма замечательна, но (внушительно)

она не жена мне. Фтататита (центуриону). Римлянин, я - Фтататита, домоправительница царицы. Центурион. Руки прочь от наших мужчин, красотка, или я сброшу тебя в гавань,

хотя бы ты была сильней десяти мужчин. (Солдатам.) Марш на посты!

(Уходит с солдатами.) Фтататита (провожая его злобным взглядом). Мы еще увидим, кого больше любит

Изида - служанку свою Фтататиту или эту римскую собаку! Часовой (Аполлодору, показывая пилумом на дворец). Проходи. Да держись

подальше. (Обращаясь к Фтататите.) Подойди хоть на шаг ко мне, древняя

крокодилица, и я тебе всажу вот эту штуку (потрясает пилумом) прямо в

глотку. Клеопатра (из дворца). Фтататита! Фтататита! Фтататита (смотрит с возмущением наверх). Отойди от окна, отойди от окна,

здесь мужчины! Клеопатра. Я иду вниз. Фтататита (растерянно). Нет, нет! Что ты выдумала! О боги, боги! Аполлодор,

прикажи твоим людям взять тюки. И следуйте за мной во дворец, скорей! Аполлодор. Повинуйтесь домоправительнице царицы. Фтататита (нетерпеливо носильщикам, которые нагибаются поднять тюки).

Скорей, скорей, а то она сама придет сюда.

Клеопатра выходит из дворца и бежит по набережной к

Фтататите.

О, лучше бы мне не родиться! Клеопатра (оживленно). Фтататита, ты знаешь, что я придумала? Мне нужно

лодку, сейчас же. Фтататита. Лодку? Нет, и думать нечего. Аполлодор, поговори с царицей. Аполлодор (галантно). Прекрасная царица! Я - Аполлодор, сицилиец, твой

слуга. Я принес тебе с базара на выбор три прекраснейших в мире