Читаем без скачивания Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

Наступила тишина. Горожане поспешно устремились прочь с площади. Мало кто из них до сих пор слышал голос самого императора. Больше никто, даже самые фанатичные монахи, и не помышлял об убийстве орка. Его величество оскорблений не прощал. Попасть под руку «проклятому Единым колдуну», как исподтишка называли правителя Элианской империи «святые» отцы? Лучше даже не думать об этом, жизнь как‑то дороже амбиций и предрассудков.

На смену горожанам прибыли отряды воинов в синих плащах наместничьей стражи и в серых с серебром – императорской. Их возглавлял невысокий старик с полупрозрачным шнуром мастера‑наставника боевого братства на плече. Быстро разобравшись в чем дело, начальник стражи направился к довольно ухмыляющемуся Керталу.

– Ну, и зачем ты поднял такой переполох? – негромко спросил он.

– Не нервничай, Ланиг, – отмахнулся старый мастер. – Ты слышал слова императора.

– Слышал, но не понял. Для чего его величеству орк? Не понимаю.

– Похоже, началось, дружище. То, чего мы так долго ждали.

– Объясни.

– В течение двух дней встретились скоморох, горец и орк. За аристократом, думаю, дело не станет, их вон сколько вокруг. Я не удивлюсь, если сей энергичный юноша, я имею в виду горца, вскоре ко мне и эльфа притащит. Ты понимаешь, что это может значить?

– Копыто дорхота! – мертвенно побледнел начальник стражи. – Только этого нам для полного счастья и не хватало! Мало мне герцога с его грязными играми.

– Значит, мало, – вздохнул Кертал. – Я буду внимательно следить за этой троицей. А если троица паче чаяния превратится в пятерку, то следить придется куда тщательнее, чтобы не упустить момента инициации.

– Вот когда превратится, тогда и поговорим более предметно, – поморщился Ланиг. – Скажи лучше, что с герцогом делать станем? Он ведь, если узнает, что в Тарсидаре орк поселился, такое поднимет…

– Да пусть воет! Приказ императора – и этим все сказано. Хуже другое. К нашему городу лучшие маги империи постепенно стягиваются. Что им здесь, медом намазано? Не нравится мне это. У каждого, как будто, свои причины посетить Тарсидар. Но общая картина…

– Да, – мрачно сказал начальник стражи. – Заговором попахивает. Но чего могут добиваться заговорщики?

– Не знаю, к сожалению… – развел руками Кертал. – Если бы знал, легко вычислил бы кому это нужно. Пока советую предупредить Диппата, пусть третий приказ[5] тоже пошевелится, совсем они паутиной заросли.

– Толку‑то? Мне иногда кажется, что там засел кто‑то из врагов. Доказательств не имею, все на уровне предчувствий, но…

– Именно, что «но»… – проворчал старый мастер. – Если ты прав, наши дела плохи. Проклятье, срочно необходима связь с кем‑нибудь из эльдаров! Где их всех дорхот носит? Я попытался передать императору сводку во время обряда, но не уверен, что он услышал.

– Не то что‑то его величество в последнее время делает, – вздохнул Ланиг. – Возникает ощущение, что ему плевать на империю. Страна на глазах разлагается, а он ничего не предпринимает.

– Поди разберись в его мотивах, – пожал плечами Кертал. – Колдун, он колдун и есть…

3. Аристократ

Храт сидел в углу комнаты наставника и любовно поглаживал свой серый шнурок, приятно колющий пальцы слабенькими искорками странной магии. Он до сих пор не мог поверить, что невероятная мечта сбылась в день прибытия в империю. Так ведь не бывает! А вот случилось. Дико повезло, что на дороге встретился этот мастер. Наверное, их свела вместе судьба. Орк поблагодарил про себя Создавшего Мир и Мать‑Тьму, затем довольно оскалился, представив, как вернется домой с белым шнурком старшего мастера. Какими восторженными глазами будут смотреть на него младшие братья и племянники. Храт еще не отдавал себе отчета, что навсегда связал свою жизнь с Элианской империей.

Все вокруг казалось светлым и радостным, впереди ждала жизнь настоящего воина. Правда, при воспоминании о вчерашней тренировке он вздрогнул. За урук‑хай, получившего серый шнурок, взялись сразу два мастера‑наставника и уж постарались на славу. Храт и представить себе раньше не мог, что способен так изгибаться. Старики прозванивали каждую его мышцу, каждый сустав, каждое сухожилие. На все были даны нагрузки далеко за пределами возможного, орк едва не выл от боли, но терпел – сам захотел, так молчи теперь, подхвостье гмырха. И делай! Он с легким недоумением косился на второго ученика, мелкого рыжего парня, стонущего и ноющего. Да разве можно себя так вести? Это же позор! Впрочем, люди – кто их разберет? Зато старые мастера с наставником восхитили Храта. Какое невероятное мастерство! Какие потрясающие воины! Ничего, когда‑нибудь и он сам станет не хуже. Когда‑нибудь. Труда, конечно, придется приложить немало, но это как раз не страшно, справится.

Пока орк размышлял, проснулся наставник и принялся будить Санти: пора было отправляться на утреннюю тренировку. Скоморох что‑то невнятно мычал и отбивался. Храт осклабился и показал на кувшин с водой. Лек весело заломил бровь, прыснул и кивнул. Орк взял кувшин, подкрался и вылил на рыжего добрую кварту холодной воды. Тот с воплем подпрыгнул с топчана и повел вокруг ошалевшими глазами.

– Ну как, Санти? – поинтересовался Лек. – Нравится, когда над тобой шутят?

– Да разве это шутка?! – возмутился рыжий. – Это издевательство! У‑у‑у, образина краснорожая!

– Другие тоже так говорили, а ты смеялся. Вот теперь и попробуй на своей шкуре, каково оно.

– Я… – открыл было рот Санти… и закрыл.

Храт ничего не понял в их разговоре, но наставник, похоже, даже этот эпизод использовал для воспитания рыжего. Надо же. Тот в это время попробовал встать и с воплем упал – мышцы ног скрутило судорогой.

– Ясно, – кивнул Лек. – Легкое перенапряжение.

– Легкое?! – возмущенно завопил рыжий. – Это – легкое?! Да я ходить не могу!

– Конечно, легкое, – ехидно ухмыльнулся горец. – Сейчас сделаю массаж, и побежишь.

– Нет! – взвизгнул Санти. – Не надо!

– Надо, красавчик, надо. Храт, держи его.

Орк, только казавшийся медлительным, легко скрутил верткого скомороха. Он с интересом наблюдал за действиями наставника, придерживая одной рукой извивающегося рыжего.

Лек достал из котомки большую банку с какой‑то мазью, окунул в нее руки и начал энергично растирать стонущего ученика. Потом принялся разминать его мышцы и сухожилия. Вот тут‑то Санти и взвыл по‑настоящему, он плакал и вырывался, умолял удавить его прямо сейчас, только не мучить. Храт старался запоминать приемы массажа – крайне полезная вещь! – но далеко не все запомнил, пальцы Лека двигались слишком быстро, перебирая каждую косточку и каждую мышцу рыжего. Вскоре орать тот прекратил, только изредка постанывал. А когда Лек закончил, довольно бодро вскочил, удивляясь про себя, что почти не чувствует боли. Храт озадаченно сложил губы трубочкой – видел, как массировали после долгих походов новичков. Совсем иначе! Обходились одними ногами.

– Как сам? – повернулся к нему Лек. – Мышцы болят?

– Болят, – честно признался Храт. – Но ходить могу.

– Значит, недогрузили немного, – озабоченно покивал горец. – Ничего, сегодня мы это исправим.

Недогрузили?! Это вчера‑то? У орка полезли глаза на лоб от такого известия, и он не сразу обратил внимание, что наставник с рыжим довольно скалятся. Шутят они так, что ли? Хвост дохлого габта[6] этих людей разберет! Все с тем же недоумением Храт спустился вниз, где ожидал накрытый папашей Дорфитом стол. Еще одно непонятно. Почему этого почтенного старого воина называют папашей все кому не лень? В Мроке иногда называли какого‑нибудь пожилого орка отцом, демонстрируя тому свое уважение, но это позволялось далеко не каждому.

Голодная молодежь быстро смела все со стола. Трактирщик с интересом поглядывал на них, подавая все новые блюда. С такими едоками и разориться недолго, на троих он как‑то не рассчитывал, молодой мастер подозрительно быстро нашел себе учеников. Но клятва есть клятва, поэтому еще вчера вечером папаша Дорфит только тихо вздыхал. Однако поздно ночью произошло непредвиденное – в дверь трактира постучал курьер с императорским долговым обязательством и требованием предоставлять молодым воинам все необходимое. Да не просто курьер, а эльдар в сером с серебром плаще со скрытым туманом лицом.

Папаша Дорфит был потрясен, никогда до сих пор не приходилось видеть документов, подписанных лично его величеством Мараном V. Да, он, как и каждый трактирщик элианской империи, ежемесячно относил счета за еду для бедных в канцелярию наместника, но ни разу не имел дела ни с кем выше помощника казначея. А тут вдруг – эльдар, легендарный рыцарь престола. Интересно, чем заинтересовали императора три юнца, один из которых – вообще орк? Надо же, всех троих взяла на полное довольствие императорская казна. Но им самим говорить об этом эльдар запретил. Почему? Трактирщик долго ломал себе голову, но так ничего и не понял.