Читаем без скачивания Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

Кто‑то остановился в дверях. Кертал приказал одному из помощников продолжить тренировку и направился ко входу. Там стоял высокий юноша лет восемнадцати‑двадцати. Шитый золотом потертый пояс сразу выдавал в нем представителя одного из великих домов элианской империи. Но старый мастер широко и добродушно улыбался, а не хмурился, как обычно бывало при виде очередного высокородного неумехи: с левого плеча молодого лорда свисал черный шнурок младшего горного мастера. Перед Керталом стоял свой, один из младших братьев. Происхождение не имело значения, черный шнурок за просто так не получишь, будь ты хоть герцогом.

– Приветствую тебя, старший брат! – по всем правилам поклонился юноша, сложив перед грудью руки лодочкой. – Брат Кенар порекомендовал обратиться к тебе.

– Здравствуй и ты, младший брат, – одобрительно кивнул старик. – Хочешь потренироваться?

– Да, на корабле не было места для тренировок, а мне не хочется терять сноровку.

– Кто учитель?

– Старший брат‑наставник Тарвон ар Тилак.

– Ба! – удивился старый мастер. – Мой собственный ученик! Тесен мир. Куда этого бродягу занесло‑то? Я лет двадцать о нем ничего не слышал.

– На Манхене, в Барталадарских горах живет, – улыбнулся юноша. – Когда отец узнал, что неподалеку горный мастер поселился, то всех троих сыновей за шкирку к нему отволок. Мастер Тарвон согласился нас взять, за что ему огромное спасибо. А потом, по примеру отца, все аристократы, живущие не дальше двухсот верст от его пещеры, детей своих на обучение отправили. У учителя сейчас больше полусотни учеников.

– Давно шнурок получил? – прищурился Кертал.

– Полгода назад… – смутился горец. – В юриэнской коллегии боевого братства.

– Зовут как?

– Лек Белый Волк, младший лорд великого дома ар Сантен.

– В метрополию зачем прибыл?

– А что дома делать‑то? – скривился юноша. – Овец пасти или рудником управлять? Не хочу. Скучно. Я лучше его величеству послужу. Не зря ведь горным мастером становился?

– Правильно! – Уголки губ старика поползли вверх, в глазах светилось явное одобрение. – Воину дома не место. Думаешь старшим становиться или младшим останешься?

– Думаю… – тяжело вздохнул Лек. – Вчера вот ученика себе взял. Посоветоваться с тобой хотел, старший брат. Боюсь, взвалил на себя ношу не по силам…

– А что так? – удивился Кертал.

– Ученик уж больно странный попался.

– Да? И чем же он странен?

– Да ты его, наверное, знаешь. Можно позвать?

– Ну, зови… Поглядим, что там у тебя за ученик.

– Санти, заходи, – обернулся к двери Лек.

Когда в зал вошел огненно‑рыжий конопатый мальчишка лет шестнадцати в новом полотняном костюме для тренировок, глаза старого мастера стали круглыми, как у совы, лицо вытянулось, с него в этот момент можно было ваять статую воплощенного изумления. Кертал обошел Лека пару раз, глядя так, будто сомневался, что стоящий перед ним находится в здравом рассудке. Потом снова взглянул на Санти и потряс головой, пытаясь, видимо, избавиться от наваждения.

– Да уж… – сказал старик через несколько минут, немного придя в себя. – Ты прав, ученик у тебя совершенно особый. И как только тебе в голову пришло взять это наглое существо в ученики? Не человек ведь, а ходячее непотребство.

– Так получилось… – развел руками смущенный Лек. – Слово Воина произнесено и заверено эльдаром, серый шнурок мальчишка получил. Буду воспитывать.

– Его воспитаешь!.. – Кертал с немалым сомнением покосился на Санти, ковыряющего носком только что купленного мокасина пол, скомороху было непривычно ходить в обуви, но с наставником не поспоришь. – Но все‑таки, как ты ухитрился так влипнуть, а, парень?

– Я на его движения смотрел, – пожал плечами молодой горец. – Да ты сам проверь, старший брат, – так только на второй–третий год обучения двигаются. Он за несколько лет черный шнурок получить сможет, если тренироваться как следует будет.

– Да? – приподнял кустистые брови старый мастер. – Надо посмотреть. Я к нему как‑то не приглядывался, репутация у парня отвратительная, от него все вокруг шарахаются. А ну‑ка, рыжий, иди сюда.

Санти неуверенно приблизился. Суровый старик пугал его до полусмерти, полупрозрачный белесый шнур на плече Элоиза Кертала сообщал, что его носитель – высший горный мастер‑наставник, воин такого класса, что победить его мог разве что сам император или кто‑нибудь из эльдаров. Несколько других шнуров говорили об участии в большинстве битв последних пятидесяти лет. Это были не просто шнуры, а высшие боевые награды элианской империи, каждая из которых сопровождалась пожалованием титула барона, а то и графа. Чтобы получить такую награду, необходимо было совершить, как минимум, подвиг, решивший судьбу сражения. Да и сотни шрамов на полуобнаженном теле говорили сами за себя. Мальчишка вздрогнул – он боялся боли. Старик бесцеремонно ощупал его, как щупают лошадь на рынке. Санти терпел, не решаясь протестовать.

– А ну‑ка сделай так, – негромко сказал Кертал, медленно поднимая правую ногу вертикально вверх.

Рыжий только плечами пожал. Чего тут сложного‑то?! Он легко повторил движение старого мастера – с раннего детства обладал редкой гибкостью и никогда не пренебрегал растяжкой, акробату иначе нельзя.

– Хорошо… – довольно покивал старик. – Очень даже хорошо. А теперь прокрути сотни две фляков. Закончишь серию двойным или тройным сальто. Поглядим, что ты за акробат.

– Простите, у меня двойное еще не получается… – покраснел Санти. – Только одинарное.

– Ладно, пусть будет одинарное.

Мальчишка вздохнул, поежился и прыгнул на руки, начав серию. Ему и пятьсот фляков нетрудно было сделать – дядька Балдур в свое время хорошо гонял, пока не растолстел. Закончив, Санти вернулся к входу, на обращая никакого внимания на продолжающих тренировку аристократов в левом углу огромного зала.

– Теперь понимаю, чем он тебе пришелся по вкусу, – пожевал губу старый мастер. – Несколько неэкономно движется, но материал очень даже неплохой. Отшлифовать несложно. Беда только, что дурак. Не понимает, что глупые розыгрыши обижают людей. Сколько раз его до полусмерти избивали, а он все равно за свое.

– Я, кажется, знаю, в чем дело… – задумчиво сказал Лек. – Он ведь скоморох от бога, на его представлениях люди с ума от смеха сходят. Но Санти при этом не различает, где сцена, а где жизнь. Вот и ведет себя в жизни так, как можно только на арене.

– А ведь что‑то в этом есть, – потер подбородок Кертал. – Вполне возможно. Тебе, впрочем, все равно придется выбивать почву из‑под его ног, чтобы понял хоть что‑нибудь. Покажи ему, что чувствуют люди, над которыми он шутил. Никуда тебе не деться: серый шнурок передан по всем правилам, я слышу его пение, а значит, что‑то делать с рыжим все равно придется.

– Придется… – тяжело вздохнул Лек. – Я воспользуюсь твоим советом, старший брат. На своей шкуре почувствует – может, поймет.

– Возможно, – покосился на Санти старый мастер. – А теперь займемся тобой. Вижу, используешь двумечный бой?

– Да, – кивнул юноша. – У меня с детства обе руки одинаково работали. Учитель это, конечно, заметил и стал тренировать по особой программе. Он ведь и сам двумечник.

– Знаю, мой ученик, как‑никак. Ладно, поехали.

Старик отошел к оружейной стойке у правой стены тренировочного зала и вынул два картага из потертых ножен. Клинки светились мягким светом, казалось, они пели неслышную песню. Каждый нормальный мужчина, увидев обнаженные призрачные мечи, замирал от восторга. Чудо, а не оружие. Лезвие картага рассекало напополам пушинку, его можно было согнуть в круг и не сломать при этом. Они легко перерубали плохо выкованные сабли кочевников, и те почитали горных мастеров за колдунов.

Тренировка остановилась, ученики сбились в кучу у стены, каждому хотелось посмотреть на схватку адептов двумечного боя. Редко когда можно было увидеть такое зрелище, обычно горные мастера не сражались при свидетелях. Многие юные аристократы смотрели на Лека с затаенным восторгом. Ведь перед пугающим их до онемения грозным старцем стоял такой же, как и они сами, молодой лорд, представитель великого дома. Пусть варвар, пусть горец с Манхена, но все‑таки аристократ.

Церемонный поклон, каждый из мастеров скрестил картаги перед лицом и отступил на шаг назад. А затем зрителям показалось, что по залу пронесся вихрь. Сражающиеся то и дело на мгновение исчезали, их движения оказались настолько быстры, что уследить за ними было невозможно. Многие только хлопали глазами, смотря на невероятное зрелище. Святые угодники! Ведь мастеру‑наставнику далеко за восемьдесят! Обычные люди в его возрасте едва ходить могут!.. Ученики, конечно, знали, что Кертал на многое способен, но одно дело – знать, а совсем другое – увидеть. Бой продолжался, мастера носились друг за другом по залу, взбегали на стены, сходились и расходились. Однако, по меркам обычных людей, они сражались совсем недолго – каких‑то две минуты. Зато по их собственным меркам – целых две минуты. Невероятный срок.