в целом: их немного, организация у них по типу научно-исследовательского института, с обширной учебной и экспериментальной частью. Вообще — люди как люди, только колдуны. И сволочи есть, и вроде как не очень. Единственное, что хорошего выяснили: колдуны с Лело, именно как объединение, вряд ли «воюют»: вытащенные из магички данные о порядках и нравах этого не предполагают в принципе, довольно закрытое интровертное общество, ищущее ответы на свои вопросы «внутри». Что не отменяет того, что многие колдуны от «общей линии» отклонялись, что было в рамках их социума нормально.
Но при всём при этом, у нас не выходит локализовать, кто из Лело «продался-под контролем» (а такие ТОЧНО есть, колдуны в своих диверсиях использовали данные динамически-изменяемые), где колдуны в самом пространстве (с последним, невзирая на мистический бред, выходило, что, может быть, колдунов тут нет вообще — появляются только в момент совершения диверсий и всякого такого) — не ясно. Ясно, что «законтроленых» на станции нет, почти наверняка: метод колдуньи семейную пару оставил достаточно «разумными», чтобы бортовой комп ничего не смог сделать, но достаточно сильно смещал приоритеты и оценочную шкалу, чтобы при общении это заметить.
В общем, прошла неделя. Мы отдыхали, знакомились с жизнью Лело, даже бродили по станции, общались со всяким народом. После одного весёлого инцидента, когда Колючка случайно два раза уронила одного напыщенного засранца с лестницы (а я не успел, обидно!), ряд «неодобрительно» относящихся к нам Лело ограничили своё неодобрение гримасами. И убегали «по делам» при виде нас, а не высказывали всякие придурошные сентенции вслух. А то, даже если лестницы в округе нет, так до неё и добраться можно довольно быстро, или замену организовать… В общем, с радикалами-семейниками у нас вышло довольно спокойно, в том смысле, что мы изначально позиционировались как силовики, соответственно, метод решения проблем у нас был соответствующий, вполне понимаемо-приемлемый. Теоретически могли быть поединки, но только со мной, как с Лело. А на это неодобряльщики не решались, да и не так много вроде бы их было.
Так вот, все эти копошения привели к тому, что на станции стали готовиться к проведению плебисцитов. Наклепали форсированными темпами специальные датчики, понаставили их в роботов, дронов, просто стационарно — и, кстати, не зря — несколько непонятно чего, но мистического обнаружилось. К счастью все эти проявления были привязаны или к колдуну, или к каким-то материальным предметам, а не мистической хренотени. То есть: станцию более-менее обезопасили, Лело были или на ней, или на связи, ну и объявили о выборах. Кандидатур было немного, по ряду причин, как традиционного, так и текущего форс-мажорного толка. Трерил, кстати, подумав, от этой чести отказался, то есть не выставлял кандидатуру. И, парадоксально буднично, меньше, чем за пять минут, главой семьи стал глава безопасности Гламерст Лело. Что, в текущих реалиях, понимаемо.
Дядька завёл речугу (в стиле мы им всем «уууух!»), Отряд и Трерил сидели в гостиной наших покоев, наблюдая за голотрансляцией этой речуги, как вдруг — вспышка, по голо. А после неё — слегка подкопчённый, но живой Гламерст, в сомкнувшемся доспехе, боевые роботы, киборги, силовики с кем-то воюют. Веселуха та ещё, как поняли мы за секунду до того, как голотрансляция прервалась.
— Связи… нет, — через секунду бросил Трерил.
— Понятно, что нет, — хмыкнул я, кидая в общий чат команду сбора и готовности, проверяя оружие. — Атакующие — Лело, причём, скорее всего, находящиеся не под контролем — это заметили бы. И, если прокрутишь часть данных, увидишь что некоторые боевые роботы отключались без повреждений.
— Перехват контроля, обычными техническими методами.
— Он самый, дядюшка. Ладно, мы готовы. Пойдём защищать главу семьи.
— Я с вам…
— Нет, Трерил. Твоё участие — твое дело, да и правильно, наверное. Но не «с нами» — уж прости, просто будешь мешать. Погнали. Отряд!
— Удачи! Братоубийственная война, — хмуро пробормотал он нам вслед, занимаясь экипировкой.
В общем — да, не самая приятная ситуация, но, как было понятно, без активных, многочисленных и высокопоставленных сторонников, колдуны просто не смогли бы творить творимое в пространстве Лело…
…Опасность!…
— Стоять! — скинул текстом я, одновременно вглядываясь в подсвеченные нейроассистентом схемы. — Обойдём. И поставим метки.
— И ведь без мистики! — возмущённо буркнула Колючка.
— Люди, — философски протянул Андрей.
А мы просто стали прорубаться сквозь перегородки, вырезав надписи «Опасность! Заминировано!» вокруг участка коридора. Место и вправду было заминировано, причём основательно. И явно сориентировано на нас: выбить или лишить части боевого потенциала, пока бунтовщики будут творить всякое бунтовщичество. Кстати, связь стала появляться: научные отдел был явно не «с ними», а с «нами», плюс в направлении помещений главы семьи рванули не только мы, чуть ли не с другого конца станции, но и довольно много озверевших Лело, которым крайне не понравилось пренебрежение их волей на плебисцитах. И на данный момент шла довольно активная резня-бой, между захватчиками и пребывающими нормальными. Дроны были блокированы с обеих сторон, ну а агитки бунтовщиков «мы пренебрегаем вашим мнением, правом решать за себя, исключительно во имя вашего блага, для предотвращение опасности от внешних агрессивных сил!» вызывали даже не смех, а желание целительно экстерминировать уродов. Нет бы орали — мы властолюбивые ублюдки, которым плевать на всё кроме себя, сдавайтесь или умрёте! — это неприятно, но правдиво. Но попытка объяснить свои поганые действия «благом семьи» — реально оскорбляли Лело, да и меня. Эти уроды считали окружающих идиотами, способными поверить в подобный бред!
Добрались до «линии боя». Нормальные Лело рвались через окопавшихся бунтовщиков, которые блокировали часть покоев главы семейства. Зрелище не самое приятное: бунтовщики подогнали станковое оружие, так что потери среди наших были видны ещё на подходе.
— Экстерминируем, — принял я решение. — Диски, плазменные клинки, стрельба — по возможности.
Казалось бы — не самый разумный подход, проще перестрелка… но нет. Перестрелка не проще. Коридоры блокированы и забиты станками с щитами, на нас — лёгкая броня, в тяжёлой просто бы не добрались. А наша задача — не просто помочь, а именно вытащить Гламерста: связи ни черта нет, но первая атака его явно не уничтожила. А судя по косвенным данным, в покоях главы активно идёт бой. В то, что бунтовщики, убив избранного главу, устыдились и занялись коллективным суицидом — не верю ни разу. А значит, глава жив и отбивается. Но текущими темпами нормальные Лело просто завязли на подготовленных позициях, несут потери. Сметут бунтовщиков, но
