Читаем без скачивания Мрак и рассвет - Джордж Энгланд

На 18-й улице Штерн с трудом спустился в метро по заросшей папоротником лестнице. Воздух здесь пропах плесенью, на бывших путях были огромные лужи. Местами рельсы исчезли, кое-где от них остались лишь небольшие ржавые куски железа. С покореженной рамы на Штерна смотрела огромная жаба.

Человеческой пыли, подобной виденной им наверху, здесь не было. За многие годы от людей не осталось ничего. Инженер вздрогнул, это мрачное место угнетало его больше, нежели все, виденное до сих пор.

— И они тщеславно гордились творениями, которые должны были пережить века, — прошептал Аллан Штерн, охваченный страхом. — Все эти финансисты, священники, коммерсанты, которые кичились своими заведениями, своим городом, своей страной. А сейчас…

Наконец, потрясенный увиденным, он отправился в разрушенные магазины на поиски того, что могло бы им пригодиться. Сейчас, когда волнение его немного улеглось, Штерн впервые почувствовал страх одиночества.

— Никого нет! Кроме Беатрис, не с кем поговорить! — закричал Штерн во всю силу своих легких. (Звук собственного голоса показался ему странным на этой мертвой лесной улице). — Все исчезло! Господи, что бы я делал, если бы у меня не было ее? Смог бы тогда и не сойти с ума?

Эта мысль его ужаснула. Инженер попытался прогнать ее, принявшись за работу. С неистовостью он стал искать нужные им вещи. Это занятие мало-помалу избавило Аллана от подсознательного страха за девушку и за себя, страха, что смерть одного из них станет трагедией для другого.

На Бродвее Штерн отыскал множество полезных вещей и собрал их в полу своей медвежьей шубы. Это были всевозможные предметы, которые могли бы им пригодиться в дальнейшем. Штерн нашел глиняную трубку (все деревянное уже давно рассыпалось в прах) и стеклянную банку с табаком. Это было поистине необыкновенное сокровище. Ему попались также банки с консервами, хорошее вино, кофе, соль. Среди развалин маленького французского магазинчика серебряной посуды он отыскал чашки, тарелки, блюда и лампу в хорошем состоянии. Как ни странно, в ней плескалось еще немного керосина. Герметично закрытая жидкость не испарилась.

Наконец, когда длинные тени деревьев дали знать о наступлении вечера, тяжело нагруженный находками инженер отправился по чуть заметной тропинке к убежищу в небоскребе Метрополитен.

«Как она, наверно, удивится, — думал он, терпеливо поднимая по ступенькам свою ношу. — Что скажет, когда увидит все эти сокровища?»

Он ускорил шаг, но, добравшись только до третьего этажа, услышал крик и выстрелы. Встревоженный, инженер остановился.

— Беатрис! — закричал он. — Беатрис?

Прогремел выстрел.

— Ответьте! Что происходит?

Быстро сбросив свою ношу, охваченный страхом, Штерн ринулся вверх по полуразвалившейся лестнице. Через несколько мгновений он ворвался в их убежище, все время выкрикивая имя девушки.

Никакого ответа!

Побледнев, Штерн замер посреди комнаты.

Девушка исчезла!

Восемь веков

С гулко бьющимся сердцем, охваченный отчаянием, которое не испытывал еще ни разу за тридцать лет своей жизни, инженер стоял, не зная, что предпринять.

Однако вскоре он вышел из оцепенения, и его громкий крик разнесся под сводами пустынного здания. Внезапно позади себя Аллан услышал негромкий смех. Он обернулся, дрожа и вытянув вперед руки. Тяжело дышащая и смеющаяся девушка, еще более красивая, чем обычно, спускалась с верхнего этажа. Тигровая шкура только подчеркивала ее красоту.

— Как? Вы испугались? — спросила она, становясь серьезной при взгляде на его бледное лицо. — Но что могло со мной здесь случиться?

Вместо ответа Штерн схватил девушку в свои объятия, шепча ее имя. Та поспешила высвободиться.

— Нет! Не нужно! Я не хотела вас тревожить. Я даже не слышала, как вы пришли!

— Но эти выстрелы… я вас звал… Вы не ответили, тогда…

— Я вас не слышала, — повторила она. — Но это ведь не страшно.

— Что произошло? — спросил инженер, входя в комнату. — Расскажите мне побыстрее.

— По правде говоря, это сплошной абсурд.

— Что же?

— Ну ладно, — ответила она, снова смеясь. — Я готовила еду, когда ястреб или что-то на него похожее влетело в окно. Он полетал вокруг меня и набросился на наш последний кусок говядины! И хотел с ним удрать!

Штерн облегченно вздохнул:

— Это все? А выстрелы? А ваше отсутствие?

— Я его ударила. Он увернулся. Я встала возле окна, через которое он, без сомнения, намеревался вылететь. Решив ему помешать, я схватила револьвер и выстрелила.

— А потом?

— Он испугался и вылетел в коридор. Я помчался за ним. Ястреб вылетел на лестничную клетку. Я гналась за ним два этажа, но птице удалось ускользнуть в какую-то брешь в стене. И теперь у нас нет ни кусочка мяса! — грустно закончила девушка свой рассказ.

— Неважно, там внизу достаточно еды. Скажите, вы его ранили?

— Боюсь, что нет, — ответила она. — Но одно или два пера остались на лестнице.

— Браво! — весело сказал инженер. (Радость, что он нашел ее живой и невредимой, погасила все его страхи.) — Я прошу вас больше не подвергать подобному испытанию мою нервную систему, хорошо? А сейчас наберитесь терпения и подождите меня здесь, не вступая в борьбу с дикими животными, пока я не спущусь вниз и не принесу свои последние находки. Ваша храбрость мне по душе, но я не хочу, чтобы вы пускались в погоню неизвестно за кем в этом разваливающемся здании. Только Господь Бог знает, в какую яму вы можете здесь провалиться и какое несчастье еще может произойти. До скорой встречи.

Невозможно описать и десятую часть той работы, что проделали Беатрис и Штерн за последние четыре дня. Простой перечень того, что они отыскали, превратил бы эту главу в настоящий каталог. Оставим это в стороне. День за днем, когда один, когда с помощью Беатрис, инженер, подобно титану, трудился на развалинах Нью-Йорка.

Хотя огромная часть богатств города безвозвратно погибла, а ценность оставшихся значительно упала, в Нью-Йорке было еще много полезных им вещей. Аллан и Беатрис приносили свои находки в убежище по лестнице, которую Штерн постарался укрепить с помощью необработанных бревен.

Сейчас у него был топор, найденный им среди остатков магазина «Курье и Броун», заточенный о плоский камень на берегу ручья и насаженный на отличное крепкое топорище. Этот инструмент придал Штерну еще больше уверенности. В его глазах он обладал большей ценностью, чем тысячи тонн золота.

Тот же магазин «снабдил» его ведром и несколькими эмалированными блюдами, тремя ножами, множеством гвоздей и другими инструментами. Штерн отыскал также охотничье ружье и карабин, которые после тщательной очистки и смазки выглядели, как новые. Что же касается боеприпасов, то инженер не сомневался, что найдет их в неограниченном количестве.