Читаем без скачивания Метро 2033: Обмануть судьбу - Анна Калинкина

Зина, с любопытством стрельнув глазами, неторопливо поплелась куда-то в следующую подсобку. Комендант жестом пригласил всех садиться.

– Следуем на Кузьминки с целью разведать обстановку, – браво отрапортовал Крот, пытаясь внушить доверие собеседнику. Кажется, ему это не очень хорошо удалось. Но он был рад, что вопрос о принадлежности сталкеров к тому или иному государству больше не поднимался. Начальник станции вряд ли был бы в восторге, узнав, что один из гостей – представитель той самой зажравшейся Ганзы.

– Какая там может быть обстановка? Те же мутанты. Будто нам своих разведчиков мало, – вздохнул комендант с некоторым, впрочем, облегчением изучая их пропуска, – вроде настоящие. На его лице читалась целая гамма чувств. С одной стороны, вдруг пришельцы могут какую-нибудь пользу станции принести? Да и портить отношения с большим метро не стоило. С другой – кто его знает, зачем они явились? Лучше пусть идут себе дальше. Ему явно не хотелось, чтобы гости совали нос в его дела.

Зина в сопровождении девушки помоложе, одетой в джинсы, потертый черный свитер и шлепанцы, принесла несколько разномастных чашек, над которыми вился пар, подала и лепешки на выщербленной тарелке. Поставив угощение на стол, женщины еще помедлили, разглядывая гостей, – особенно их, по-видимому, заинтересовала рыженькая. А та сидела, потупившись, опустив глаза, – словно школьница, прогулявшая уроки, в кабинете директора. Волосы она кое-как упрятала под бейсболку, воротник мужской рубашки защитного цвета подняла, сгорбилась и вообще старалась по возможности спрятаться за спиной Следопыта – но все же заметно было, что это девчонка. Худые запястья трогательно торчали из слишком широких рукавов. Крот разглядывал ее руки, все в царапинах, длинные тонкие пальцы с заусенцами. Она вдруг вскинула голову и уставилась прямо на него вопрошающими карими глазами – он смутился и отвел взгляд. Зина, осуждающе покачав головой, впилась глазами в Айрона – казалось, ее завораживала висевшая в ухе серьга, собранные в хвост волосы, видневшаяся на плече татуировка. Тот хмыкнул чуть слышно. Комендант нетерпеливо оглянулся на женщин, и тех тут же словно ветром сдуло.

Чай был жидким и на вкус не очень, зато горячим, и Крот, обжигаясь, нетерпеливо прихлебывал, с наслаждением чувствуя, как растекается по телу тепло. Он только теперь почувствовал, что здесь, на станции, как-то промозгло и сыро даже в эту теплую летнюю ночь. А комендант тем временем вещал:

– На Кузьминках свое начальство, с ним и будете договариваться. Тут ведь у нас как, – усмехнулся он, – три станции отрезанными оказались от большого метро. И мы, конечно, сначала объединяться хотели, и вроде даже договорились, да не сошлись в мелочах. Вот то же название – каждый свое предлагал. Кузьминские хотели, чтоб по их станции назвали альянс, те, что с Рязанского проспекта, стояли за Рязанскую федерацию – звучит-то, конечно, неплохо, да только и мы хотели, чтоб наша станция в названии была упомянута. Так ни к чему и не пришли толком – теперь вроде считаемся Рязанской общиной. Да нам и ни к чему мудрить – это в большом метро борьба между державами за ресурсы, а нас завоевывать никто не захочет – себе дороже станет. Впрочем, коли кто к нам сунется, дать достойный отпор мы сумеем, – в голосе коменданта звякнул металл, он не глядел ни на кого, но Крот расценил это как предупреждение.

– А мутантам тем более без разницы, есть у нас название или нету, – продолжал комендант. – Значит, так. Оружие вам вернем, когда будете уходить со станции. Если что, можно пообедать на пищеблоке – не шикарно, конечно, но голодными не останетесь.

Айрон усмехнулся. Комендант смущенно пробормотал что-то о трудностях с продуктами. Айрон взял чуть пригорелую лепешку, отломил – на вкус она напоминала опилки, но он героически принялся жевать. Следопыт, откинувшись в кресле, так и ел глазами коменданта, однако ни слова не произнес.

– А как тут у вас в туннелях? Не опасно? – поинтересовался Крот.

– Не особо, – пожал плечами комендант. – Иногда приползают какие-нибудь слепыши, а так ничего.

– Слепыши? – изумился Айрон.

Из последующих объяснений коменданта они поняли, что так здесь называли гигантских то ли червей, то ли змей, которые встречались иногда и в большом метро.

– Я вам сопровождающего дам – чтоб вам было спокойнее и чтоб меньше вопросов к вам было на Кузьминках, – обещал комендант.

Сталкеры вышли из подсобки и пошли через станцию, вновь чувствуя на себе любопытные взгляды местных. Заметно было, что станция залегает неглубоко. Молодежь выглядела хилой, бледной. У одного – язвы на лице, другой щеголял блестящей лысиной. Оглянувшись, Крот заметил, что Следопыта с ними нет. Рыженькая плелась вслед за Литвиным.

– Где наш Чингачгук Большой Змей? – возмущенно спросил Айрон, настроение которого после не слишком приветливого приема не сильно улучшилось. С другой стороны, он явно испытывал облегчение – к незнакомцам могли здесь отнестись и гораздо хуже. – Где этот вождь краснокожих?

Рыженькая изумленно покосилась на Айрона, и Крота это рассмешило. «Хватит, – одернул он себя, – ты тоже многого не знаешь. Приятно тебе будет, если кто-нибудь над тобой будет смеяться?» Так ему обычно говорила мать – и Крот испытал щемящую грусть, как всегда при воспоминании о ней. Со дня Катастрофы он ничего о ней не знал – и предполагал самое худшее. Наверное, она, как и многие другие, погибла наверху. А он по чистой случайности был отправлен в этот день к деду – сел на Выхино, думая, что выйдет из метро через полчаса, и не зная, что в следующий раз оказаться на поверхности ему доведется очень и очень нескоро, а своих родных он не увидит уже никогда. Мать проводила его до турникетов. Он был рослым и выглядел старше своего возраста, поэтому его и пропускали спокойно одного. Крот знал – билеты на электричку, которая останавливалась рядом со станцией Выхино, девчонкам не продают без паспорта. И все же однажды они со старшей сестрой ухитрились, обманув и мать, и бдительных тетенек-билетерш, вырваться погулять в центр на целый день.

Крот вздохнул при мысли о том, что могло случиться – да наверняка и случилось – с матерью и сестрой. Потом оглянулся – их догонял очень недовольный Следопыт. Он кинул недобрый взгляд на рыженькую – и Крот догадался, что комендант наверняка задержал его, чтобы поговорить о девчонке, и что разговор вряд ли был приятным. Хотя, казалось бы, какое начальнику станции дело до незнакомых людей, граждан, можно сказать, другого государства – и все же Крот часто сталкивался с проявлениями заботы о слабых там, где вовсе не ожидал. С одной стороны, Катастрофа вроде бы всех поставила в такие условия, когда выживает сильнейший, а слабому остается приспособиться или пропасть. Да вот только и до, и после Катастрофы встречались как те, кто не считал нужным уступить женщине место или еду, так и те, кто считал само собой разумеющимся опекать беспомощных.

В пищеблоке им разложили по щербатым тарелкам какое– то бурое пюре, не слишком аппетитного вида и запаха. Впрочем, и взяли недорого – по три патрона с человека.

– Что это? – поинтересовался Айрон.

– Грибы, – невозмутимо ответила орудовавшая ложкой в огромном котелке девушка, облаченная, как и Зина, в халат и повязанная косынкой, – не нравится – не ешьте. На вас, центровых, не угодишь.

При этом она с явным подозрением покосилась на кольцо в ухе Айрона и видневшуюся на шее татуировку.

– Ладно, – буркнул Айрон, – вижу, лучше со своими припасами в гости ходить.

Стряпуха промолчала, но на лице у нее было ясно написано, что она думает о незваных гостях, пусть даже и из большого метро.

– Блин, народ, после всего пережитого не грех и выпить, – обернулся Айрон к остальным. – Да и поспать бы не мешало – меня уже срубает, честно говоря.

– Не трави душу, потерпим уж до Кузьминок, – буркнул Следопыт.

– Чем-то мы ей не показались, – вздохнул Айрон, когда полуголодные сталкеры распрощались с неприветливой стряпухой, – а жаль. Всегда предпочитал дружить с работниками пищеблока.

– Понятно, чем, – не смолчал Следопыт, – ты весь картинками разрисован, на блатного смахиваешь. Вот она и напряглась.

Айрон хмыкнул, но ничего не ответил.

– Они тут, наверное, вообще пришельцев из большого метро не особо жалуют, – сделал вывод Литвин. – Живут голодно, а про нас думают, что мы там жируем – полигоны строим для забавы.

На блокпосту у входа в туннель, ведущий к Кузьминкам, их уже ждал сопровождающий – невысокий мужик, зябко кутавшийся в ватник. Тут выяснилось, что Следопыт опять отстал.

– Где наш вождь и учитель? Где наш Монтигомо Ястребиный Коготь? – с надрывом вопросил Айрон. Литвин хмыкнул, но без осуждения. Крот тем временем продолжал разглядывать рыженькую. Он не мог отделаться от мысли, что уже видел ее когда-то. Девушка заметила, вспыхнула, отвернулась. Кого же она ему напоминает? Худенькая, с белой кожей и рыжими волосами, конопушки на щеках – приметная, он бы не забыл такую. А глаза карие – теплого такого цвета. Красавицей не назовешь, но глаз не отвести. Посмотрит – и на душе веселей становится. Словно солнышко взошло. Да, солнышко. Крот вздохнул.