Читаем без скачивания Девушки для диктатуры сионизма - Михаил Маковецкий

— Мама, — перебил её Рубинчик, — встречу с академиком Сербским Миша организовать может, но делать этого не будет. Академик давно умер.

— Так я могу надеяться? — с намёком спросила мама. Рубинчик уже оплатил врачебное заключение «Врождённое слабоумие в форме выраженной дебильности. За свои действия отвечать не может, но может себя обслуживать», но маме об этом не рассказывал. Когда она об этом узнала, она была чрезвычайно возмущенна.

— Пускай слабоумие, но почему врождённое? Опять он всё хочет свалить на меня, — со слезами на глазах жаловалась она директору института.

Врачебная комиссия, после длительных совещаний, выставила ему диагноз: «Болезнь Тея-Сакса. Слабоумие в форме выраженной дебильности». Далее по тексту.

Болезнь Тея-Сакса — исключительно редкая наследственная патология, которая описана только у европейских евреев и некоторых народов Крайнего Севера. В те годы в институте судебно-психиатрической экспертизы имени Сербского подобрался необыкновенно сильный состав клиницистов.

Всесторонне изучив обстоятельства дела, суд пришёл к заключению, что:

А) Действия Рубинчика Марка Абрамовича, 1948 года рождения, которые он произвёл в качестве бухгалтера фильма «Дружба, переросшая в Братство», не содержат в себе состава преступления.

Б) Действия Рубинчика Марка Абрамовича, 1948 года рождения, связанные с наличием двух паспортов, несут в себе признаки мошенничества. В качестве вещественного доказательства к делу был приложен паспорт, выданный паспортным столом Светлогорского отделения милиции Эвенкийского национального округа на имя Рубинчика Марка Абрамовича, 1948 года рождения, эвенка по национальности. На фотографии в паспорте Марк Абрамович был изображен в национальном эвенкийском головном уборе и на фоне оленьей упряжки. Снимок производился в московском зоопарке в июне месяце. Эвенкийский головной убор шили на заказ из меха шиншиллы в закрытом ателье на улице Грановского. Подсудимый совершил преступление в результате психического расстройства (болезнь Тея-Сакса, Слабоумие в форме выраженной дебильности), которым он страдал на момент совершения преступления.

В связи с чем суд постановил направить Рубинчика Марка Абрамовича,1948 года рождения, на принудительное лечение в психиатрическую больницу общего типа по месту жительства.

Вместе с тем суд также постановил, что наличие психических расстройств у подсудимого не может являться причиной для неуплаты им алиментов своим супругам. В результате чего по решению суда было удержано 50 % доходов за период в шесть месяцев в счёт Рубинчиковых жён. Тем более что сделать это было не трудно. В течение указанного промежутка времени Марк не удосуживался получать свою зарплату в сумме 146 рублей в месяц. В течение полугода, пока снимался фильм, Рубинчик так же позволил себе уклониться и от уплаты алиментов.

Кроме того, суд счёл необходимым вынести частное определение в адрес киностудии детских и юношеских имени Горького. В частном определении суда указывалось, что художественные достоинства фильма «Дружба, переросшая в Братство» не могут быть объектом судебного разбирательства. Но вместе с тем, отсутствие у китайских детей в вышеупомянутом фильме признаков жёлтой расы не может не вызывать законных нареканий. В связи с чем суд рекомендовал администрации киностудии детских и юношеских фильмов имени Горького усилить работу по интернациональному воспитанию творческого коллектива вышеупомянутой киностудии.

Отдельное постановление суда назначало опекуна Рубинчику Марку Абрамовичу, 1948 года рождения, исполняющему обязанности бухгалтера на киностудии детских и юношеских имени Горького, в связи с наличием у него психического заболевания и его не способностью отвечать за свои действия. Опекуном была определена Ковальчук-Рубинчик Софья Ароновна, 1932 года рождения.

Своего лечащего врача в психиатрической больнице имени Кащенко Рубинчик обучил таким премудростям игры в преферанс, что через два месяца после начала принудительной госпитализации он был выписан под наблюдение врача психоневрологического диспансера по месту жительства как не представляющий социальной опасности.

Я встретил Рубинчика через много лет, когда приезжал в Москву в гости к своей сестре. Куренной атаман, под руководством мамы и опекуна, занимался отправкой своих многочисленных жён и детей в Израиль.

— Вы понимаете, Михаил, — говорил мне заметно прибавивший в весе Марк Абрамович, — тех жён, на которых я женился по первому паспорту, где графу национальность украшала запись «еврей», мне удалось отправить в Израиль относительно безболезненно. Но отправить туда же тех моих жён, которые вышли за меня замуж как за эвенка, оказалось почти невозможно. Трудности, которые я преодолел, беспрецедентны в истории сионизма. Но ничего, последняя супруга через полгода отправляется в Израиль, на историческую Родину своего супруга-эвенка. А там и я с Наташей начну собираться в дорогу.

Наташа, атлетического сложения немолодая мулатка, которую Рубинчик привёз в Москву с Ярославского вокзала, утвердительно кивнула головой, покачивая при этом похожего Марка Абрамовича грудного ребёнка. Ребёнок сопел во сне на мулатском языке.

— И Вам не жалко покидать такую замечательную многонациональную страну, каковой является Российская Федерация? — спросил я, — Мне кажется, в Израиле Вас будет беспокоить ностальгия.

— Посмотрите на эти руки, Михаил, — возбудился Рубинчик, суя мне под нос свои ничем не примечательные ладони, — Посмотрите на эти руки! Эти руки никогда не поднимали ничего тяжелее рюмки водки. Человек с такими руками не может врать.

— Может, — возразил я. Марк Абрамович не стал со мной спорить и продолжил:

— Моя мама считает, что в своих любовных пристрастиях я излишне многонационален. Но, будучи человеком тонкой душевной организации, она винит в этом только себя.

Прибыв на свою историческую родину, Марк Абрамович продолжил плодотворно трудиться на ниве кинематографа. Он организовал киностудию по производству порнографических фильмов ориентированных на арабского зрителя. Дело в том, что в любой арабской стране с мастерами кинематографа, работающими в жанре жесткой порнографии, жестоко борются. Структуры, призванные заботиться об общественной нравственности, при поимке такого мастера кино, быстро и неизбежно проведут с ним процедуры, после которых интерес к порнографии пропадет у любого. В Израиле же производство фильмов острой эротической направленности не является правонарушением, если в них не участвуют дети. Предприимчивый и всесторонне одаренный Марк Абрамович брал за основу высоко моральные, но популярные египетские фильмы, и перерабатывал их таким образом, что от высокой морали там не оставалось и следа. Все бы было хорошо, но многоженец-интернационалист физически не мог не нарушать действующее законодательство. Что и привело его вновь в лоно судебно-психиатрической экспертизы, в этот раз израильской. Увидев меня, он был тронут. Потом мы вместе вспоминали его покойную маму. Марк утверждал, что был к ней не справедлив, при этом на его глазах блестели слезы. Израильские психиатры сошли не коллегиальным отменять диагноз, выставленным в таком авторитетном учреждении, как институт судебной психиатрии имени Сербского, тем более что Рубинчика обвиняли в какой-то ерунде, за которую все равно в тюрьму бы не сажают. То, что этот яркий кинематографист тесно связан с миром продажной любви, сомнений у меня нет. И сейчас мы это проверим.

Рабинович набрал номер телефона и задал вопрос:

— Как прошла полярная ночь у иерусалимских оленеводов, Марк Абрамович?

— А, это вы, Мишенька, — ответили в трубке, — рад вас слышать. Как ваше психическое здоровье?

— Спасибо, на прежнем уровне, — отрапортовал Рабинович, — я, собственно, беспокою вас по делу.

— На старости лет решили исполнить главную роль в арабском порнографическом фильме, Мишенька? — раздалось из трубки.

— Спасибо, меня пока устраивают порно спектакли, в которых я систематически участвую вместе со своей женой-украинкой, — уклонился от заманчивого предложения Рабинович, — дело в другом. Где-то месяц-полтора в Израиль была достелена девушка двадцати лет, которую зовут Наташа Пятоева. Видимо, она находиться в одном из публичных домов. Один мой хороший знакомый очень хочет знать, где она находиться.

— Найдем, Мишенька, найдем, — обнадежил голос в трубке, — кстати, а как у вашего знакомого с презренным металлом. Ему, по всей видимости, придется расплатиться с теперешними хозяевами девушки.

— Если презренным металлом вы, Марк Абрамович, называете свинец, то с нынешними хозяевами девушки мой знакомый расплатиться в полной мере. Можете быть спокойны.

— Хоть и признан официально ненормальным, но не дурак, понял, — раздалось в трубке, — Я перезвоню вам завтра, Мишенька.