заставленную мебелью: диван, два стула, буфет и круглый стол с клетчатой скатертью. Две девочки сидели на диване и играли в куклы. Джастис догадалась, что это Сьюзен, ей было десять, и Элси, которой было восемь. Это Элcи болела на рождественских каникулах, и Джастис показалось, что она до сих пор довольна бледная. Пухлый малыш сидел на полу и не сводил с них глаз.
Джастис вдруг безумно захотелось поиграть с ними, хотя она никогда не умела играть в куклы. Но сначала ей нужно было переговорить с Дороти наедине. Ей не терпелось рассказать про Мистера Артура и его таинственную дочь.
Но было непросто уединиться в таком многолюдном доме.
– Пора накрывать к чаю, – сказала Дороти таким энергичным, деловым тоном, какой Джастис ещё никогда от неё не слышала.
– Джонни придёт с минуты на минуту, – сказала Сьюзен. Джастис знала, что Джонни её ровесник, ему двенадцать, и он второй по старшинству после Дороти. Она спросила, где он.
– По вечерам он работает на ферме, – сказала Дороти. – Помогает доить коров. Хочет быть фермером.
Джастис уселась на диване с младшими девочками. Элси показала ей свою куклу.
– Это Леди Пенелопа, – представила она. – Дотти придумывает про неё интересные истории.
– Вообще-то я слишком взрослая для кукол, – заявила вдруг Сьюзен. – Просто развлекаю Элси, она ведь болела.
– Почему же ты всё ещё спишь с плюшевым мишкой? – возразила Элси.
– Как и я, – согласилась Дороти, – хотя мне пятнадцать. А теперь марш мыть руки перед чаем.
Было странно видеть, что Дороти старшая сестра. Джастис была единственным ребёнком и даже представить себе не могла, каково это – присматривать за младшими братьями и сестрами и командовать ими. Девочки послушно встали и вышли через дверь на кухне во двор. Джастис догадалась, что ванная и туалет расположены на улице.
Дороти подняла малыша на руки.
– Это Томми, – сказала она. – Правда, он пухлый? Хочешь подержать?
– Нет, спасибо, – Джастис попятилась. – Вдруг уроню.
Дороти огорчилась, но в эту минуту дверь открылась, и вошли мужчина и мальчик – отец и брат Дороти. Отец Дороти, молочник, был высоким и румяным. Он был скуп на слова, но, когда смеялся, по всему дому разносилось громогласное «Ха, ха, ха», будто он самый настоящий Санта-Клаус. Джон тоже был высоким, тёмноволосым и веснушчатым. Он был ровесником Джастис, но казался старше.
– Дороти болтает о тебе без умолку, – сказал он.
– Вовсе нет, – Дороти покраснела до корней волос.
– Чай готов, – сказала Хетти, выходя из кухни. – Вымойте руки, мальчики.
Так вкусно Джастис не ела уже лет сто, не меньше, а может и никогда: ветчина, салат, вареные яйца, хлеб – ещё тёплый, только-только из печи, масло и сыр. Дети пили молоко, а взрослые чай из пузатого заварочного чайника в полосатой грелке. За столом говорили о ферме, о том, что Сьюзен получила приз за чтение, а у Томми растёт зуб. Было почти так же шумно, как в столовой Хайбери-хаус, но намного веселее. Джастис вспомнила, как они с папой сидели за столом вдвоём, иногда оба занятые чтением – папа просматривал судебные документы, Джастис читала книгу, подперев её стаканом. Было приятно, по-товарищески, но каково это – быть частью такой семьи, как у Дороти, где у каждого столько новостей и мнений? Джастис с удовольствием слушала; их мягкий акцент сильно отличался от отрывистого выговора учителей в школе. У Мистера Артура тоже приятный голос, подумала она. Хотя выговор у него необычный.
– Джастис сегодня ходила в Логово Контрабандистов, – сказала Дороти. Ей во что бы то ни стало хотелось включить свою подругу в разговор.
– Что ты там делала, Джастис? – спросила Хетти.
– Читала Мистеру Артуру, – ответила Джастис. – По программе «Сознательный гражданин», которую придумали в школе.
– Мистер Артур приятный человек, – сказала Хетти. – Живёт уединенно. Однажды я говорила с ним, когда он гулял с собакой-поводырём по берегу моря. Берилл Кент работает у него экономкой. Говорят, она содержит дом в идеальном порядке. Он такой большой и старый.
– А у Мистера Артура есть семья? – спросила Джастис. Она решила, что это прекрасная возможность хоть что-то выяснить о его таинственной дочери.
– Вряд ли, – сказала Хетти. – Мистер Артур сказал, что завещает Логово Контрабандистов Миссис Кент и его собаке. Он шутил, конечно, но всё это грустно.
– В Логове Контрабандистов водятся привидения, – сказала Сьюзен. – А по ночам в башне зажигаются огни.
– Откуда там вообще взялась башня? – спросила Джастис. – Она будто совершенно не к месту.
– Когда-то это был маяк, – сказала Хетти. – Берег обманчив, понимаешь? Много песчаных отмелей, где разбивались корабли. Да и уровень воды часто меняется. Маяк указывал путь к берегу, но никто больше не хотел там работать, и башню закрыли, насколько я знаю. Да и дом пустовал, пока не вернулся Мистер Артур.
– Дороти говорила, что моряков специально приманивали огнями, – сказала Джастис.
– Это было очень давно, – сказала Хетти. – Мародеры, так их называли. Они зажигали огни вдоль берега, там где песчаные отмели. Корабли разбивались, и мародеры расхищали всё, что оставалось на борту. Злодеи, вот они кто. Столько несчастных моряков загубили.
– Их вопли до сих пор слышны по ночам, – подытожила Сьюзен.
– Глупости, – сказал Джон. – Это море шумит.
– В том доме контрабандисты хранили награбленное, – сказал отец Дороти, Уильям; за весь вечер он заговорил, кажется, впервые. – Отсюда и название. Когда-то наша деревня была известна контрабандой. Говорят, что даже викарий был в этом замешан. Ходят слухи, что под домом прорыты тоннели, они ведут в деревню и даже дальше, до самого Хайбери-хаус. Говорят, старый лорд Хайбери был в сговоре с контрабандистами.
– До Хайбери-хаус? – сказала Дороти. – Но это же несколько миль.
– Не так уж и далеко, если напрямик, – сказал отец. – Вдоль берега будет меньше мили.
Джастис задумалась, представив дом и его башню с таинственными огнями. Она вспомнила, как ветер завывал с моря. И порадовалась, что сидит в тёплой комнате в компании добрых людей.
– Ещё сыру, Джастис? – спросила Хетти. – А на десерт у нас пирог с патокой.
Джастис пожалела, что не может остаться здесь навсегда.
Глава 10
Была почти половина восьмого, когда Джастис и Дороти вышли из дома. Им нужно было вернуться в школу к восьми, но уходить не хотелось, особенно после того как разожгли камин и родители Дороти сели слушать приёмник, а дети стали играть в карты за столом. Но Элси ложилась в семь – она быстро уставала после тяжёлой болезни, – а Сьюзен ещё не доделала домашнее задание. Джастис и Дороти уже надели пальто, но тут их задержала Хетти – она хотела дать им с собой пирога, а потом Элси позвала их из спальни, чтобы они поднялись к ней и пожелали спокойной ночи.
Элси сидела в двухместной кровати, которая занимала почти всю крошечную комнату под крышей. Где же спала Дороти, когда ночевала дома? – подумала Джастис. А Джон? На втором этаже были только две спальни, и она знала, что
