– Я готова. Что нужно делать?
– Следуй за мной.
Заинтригованная девушка пошла следом за Карповым. Пройдя метров двадцать, они остановились возле большого дерева гинко.
– Обними ствол. Вот так.
Дмитрий показал пример. Олани повторила за ним. Они оба крепко обняли ствол, прижавшись к нему телами с разных сторон. Карпов взял ладони девушки в свои руки и прикрыл глаза. Он потянул из гинко капельку густой и вязкой праны, которую перелил в тело помощницы.
Олани часто задышала и разжала ладони.
– Что-то мне нехорошо, – пошатнулась она.
– Можешь отойти от ствола.
Карпов принялся астральными вибрациями изучать тело спутницы. Олани штормило, как после стакана водки натощак.
– Что это было? – спросила она.
– Прана дерева. Я влил в тебя буквально капельку.
Девушка отступила на пару шагов и испуганно выпучила глаза.
– Ты… Ты хотел убить меня?
– Нет-нет, что ты. Такая капелька и со всеми предосторожностями не нанесёт особого вреда даже человеку. Плохо будет некоторое время, не более того. Тебе же, смотрю, очень даже хорошо.
– Я словно пьяная…
– Вижу.
– Но зачем? – Олани пребывала в полном недоумении. – Ты же говорил, что это вредно и опасно!
– Для людей. А ты хлорави. Я заметил, что твоя прана отчасти имеет сходство с растительной. Совсем отдалённое, но всё же оно есть. Нужно было проверить, не будет ли прана гинко ядовитой для хлорави. Не хотелось бы ненароком убить тысячу твоих однокашников.
– Ставить эксперименты на принцессе негуманно! – возмутилась Олани. – И вообще, на разумных гуманоидах эксперименты никто не ставит!
– Если под контролем опытного специалиста и без вреда для здоровья, то можно, – подмигнул Дмитрий. – А уж если кроме принцессы никого иного под рукой нет, то можно и на ней испытать.
– Что за дикое у вас общество?! Это возмутительно! А если бы я… – девушка чуть не споткнулась, но Карпов успел поймать её и придержать. Она уже менее задорно продолжила возмущаться: – Ты мог хотя бы предупредить меня…
– В следующий раз постараюсь предупредить, если не забуду.
– Хорошо…
Некоторое время Олани спокойно шла рядом с Димой, держась за его плечо. Но до её опьянённого мозга дошло, что он сказал. Она резко застыла на месте и гневно посмотрела на него.
– В следующий раз?! То есть ты собираешься продолжать ставить надо мной эксперименты?
– Если это понадобится для нашего выживания – да. Или у тебя внезапно нашёлся звездолёт с личным пилотом?
– Какие же вы люди невозможные, – тихо пробормотала Олани, поняв, что спорить и возмущаться бесполезно. – Для тебя вообще есть что-то святое? Обращаешься со мной, как с простолюдинкой.
– Ну-ну, знаешь ли, я у себя на родине был аристократом по праву рождения. Мог на равных говорить хоть с принцессой, хоть с Главой Дома – аналогом вашего князя. Так что это не обращение, как с простолюдинкой, а общение на равных. Чувствуешь разницу?
– Вот оно что… – ненадолго Олани погрузилась в размышления. – То-то мне что-то показалось странным. Обычно, когда кто-нибудь узнаёт, что я лепс-княгиня, сразу начинают лебезить, подхалимничать, набиваться в друзья. Противно! Я же вижу, что всё их поведение притворное. Словно вонючий жук, который ползает по рукаву, а ты его не можешь сбросить и раздавить.
– Ты сейчас описала обычное общество аристократов. Кругом одни вонючие и ядовитые жуки. Заденешь хоть одного – вони будет столько, что за сто лет не отмоешься. Поэтому я старался держаться подальше от столицы и поближе к народу.
– Мне приёмы тоже не нравятся, – пробормотала девушка.
Стоило Олани добрести до шезлонга, как она сразу приняла горизонтальное положение, а вскоре уснула с довольной улыбкой во весь рот.
«Занимательный эффект, – полюбовался спящей девушкой Карпов. – Я предполагал, что от растительной праны хлорави вреда здоровью не будет, но чтобы действие было схожим с алкогольным опьянением… Любопытная реакция».
Юной хлорави солнце неспособно причинить вреда. Человек мог бы получить солнечные ожоги, а на представителей зеленокожей расы ультрафиолетовые лучи оказывают положительное воздействие. Их кожа «от загара» приобретает более насыщенный зелёный цвет, и никаких негативных последствий.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Карпов оставил девушку фотосинтезировать, а сам отправился изводить самые крупные деревья на острове. Для его задумки требовалось много нестабильных накопителей праны.
Сами накопители он изготовил на принтере из сплава синтезированных с помощью трансмутатора мифрила и орихалка, руны нанёс сразу в процессе печати. Лишь для активации всех нестабильных накопителей ему нужно было потратить один накопитель маны.
В итоге пришлось высушить дюжину огромных гинко, запечатав их прану в трёх шариках размером с мячики для пинг-понга. Достаточно небольшого посыла маны, чтобы дестабилизировать их и вызвать взрывную реакцию высвобождения концентрированной жизненной силы.
Ритуал запечатывания праны деревьев не сильно отличался от такового с жертвоприношениями животных. Только знаки ритуала наносить нужно было на стволы деревьев.
К моменту окончания возни с накопителями Олани проснулась. Вид у неё был как с жуткого бодуна. Глаза покраснели и могли вогнать в ужас обывателя с Земли. Мало того, что они жёлто-красные, так ещё и с вертикальным зрачком. Волосы вздыблены, на лице отпечаток от доски лежака.
– Ох, мамочка, роди меня обратно… – простонала она, держась руками за голову. – Что же мне так плохо?
– Похмелье, милочка. Что называется, почувствуй себя взрослой.
– Убей меня-а-а… – простонала девушка.
– Давай обойдёмся без крайностей. Мне и так при виде твоего опухшего лица становится стыдно за «спаивание» малолеток. Лучше попей сока.
Шатаясь и шоркая ногами, словно свежеподнятая зомби, юная хлорави медленно прошла мимо Дмитрия в сторону бункера в поисках сока. Бездарный маг последовал за ней.
Пока Олани приходила в себя и проклинала взрослую жизнь, а в частности её вытекающие последствия в виде похмелья, Карпов за компьютером управлял миниатюрным порталом.
Используя наработки прежнего мира, точнее, привязку портала не к определённым координатам, а к объекту, он, найдя десантный шаттл пиратов, привязал положение микропортала к его поверхности.
Рядом с ним с грохотом поставила раскладной стул Олани. Она успела надеть свой потрёпанный чёрный комбинезон. Грузно сев, она с грохотом водрузила на стол пивную кружку, наполненную яблочным соком. Со стороны могло показаться, что там пиво, поскольку цвет жидкости был похожим. Довольно сюрреалистично смотрелась зелёная девочка, на вид лет четырнадцати, с похмельной рожей и пьющая «пиво». Вперив мутный взор в монитор, она спросила:
– Что делаешь?
– Жду.
– Чего ждём?
– Когда космические корсары осатанеют носиться по лесу, как угорелые, изредка отстреливаясь от драконов, и вернутся на фрегат.
– Ка-а-а… Понятненько… А что дальше?
– Дальше ты наденешь защитный комбинезон, который сейчас печатается на 3D-принтере, и приготовишься отправиться в гости.
– Угу… – взор девушки говорил лучше неё самой о крайней степени усталости. – Моё светлейшество изволит почивать. Лепс-княгиню не кантовать…
Залпом выпив все пол-литра сока, Олани с грохотом опустила кружку на столешницу и поплелась в свою спальню.
* * *
По рубке пиратского фрегата нервно расхаживал старпом. Замерев, он вызвал по связи командира абордажной бригады.
– Буч, что у вас? Вы уже сутки на этой гипером проклятой планете! Где результаты?
– Босс, ничего, – виноватым тоном хрипло ответил Буч.
– Ничего? – зло переспросил старпом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ну, типа того. После того, как мы обнаружили скафандры с остатками тел поисковиков, удалось найти огневые точки, с которых стрелял снайпер. Про гнилое дерево, рассыпавшееся в труху, я уже докладывал. На псиона и девчонку никаких намёков.
– Совсем никаких? – подвигал челюстью раздражённый старпом.
