- Ты же начальник, - ответила Хелена.
- Но я у тебя в руках, - возразил Джексон. По ее телу пробежали мурашки.
- Что ж, тогда начнем, - сказала она. - Это Эллиот Вудфорд. Он был моряком, затем преподавал в школе, а после выхода на пенсию возглавил местный исторический музей. Он вдовец. И очень добрый человек. Женщины в городе его обожают, но он говорит, что никогда больше не женится. Его сердце умерло вместе с его женой.
- Звучит довольно грустно. Хелена покачала головой.
- Нет. Он счастлив, никогда не сидит без дела и утешается мыслью, что жена ждет его на небесах.
- Похоже, моя помощь ему не нужна.
- Думаю, да, но это вовсе не означает, что тебе не стоит знакомиться с ним. По-моему, вы очень друг другу понравитесь. У вас много общего.
- Потому что мы оба одиноки?
- Возможно, а еще потому, что вы знаете, чего хотите от жизни. Вы оба.., определились.
- А разве ты не знаешь, чего хочешь? Хелена смотрела на Джексона в течение нескольких секунд.
- Знаю. Я хочу жить здесь, кормить людей, писать поваренные книги и растить ребенка. А раз уж речь зашла об этом, я ведь тоже одинока.
- Это ненадолго, - заметил Джексон, взглянув на ее живот.
- Да уж.
- Может, ты захочешь найти человека, который помог бы тебе воспитать ребенка. Ты можешь передумать и найти себе мужчину.
- Я.., я не согласна. Нет, - торопливо возразила она.
Чувствуя себя неуютно под вопросительным взглядом Джексона, Хелена понадеялась, что ее слова окажутся правдой. Ведь пока он единственный из мужчин проявляет к ней хоть какой-то интерес.
Глава 4
"Как глупо было советовать Хелене, чтобы она нашла себе мужчину", размышлял Джексон, лежа на кровати и вспоминая события дня. Девушка заметно расстроилась по его вине. У него нет никакого права вмешиваться в ее личную жизнь.
Но Джексон прекрасно понимал причину своих слов. Хелена сидела рядом с ним, прекрасная как ангел. В ее голосе звучали восхищение и нежная привязанность к старику, о котором она рассказывала. От нее исходило ощущение чистоты. А Барретт непременно попытается ее завоевать.
Джексон знал это наверняка.
Даже если сейчас она предпочитает обходиться без мужчины, Барретт все равно заморочит ей голову. Он умеет быть очаровательным, когда захочет. Он, словно хамелеон, способен принимать любое обличье. Джексон убедился в этом на примере собственной жены. Ему казалось, что Барретт временами даже сам начинает верить в свою искренность.
Этот человек может преследовать Хелену с той же одержимостью, с какой Джексон пытается ее защитить. И это еще сильнее осложнит их с Хеленой деловое общение.
Джексону уже приходилось отдергивать руку, тянущуюся к ее шелковистым волосам. Он с трудом удерживался, чтобы не поддержать Хелену под локоток, когда она шла через комнату. Если ему придется проводить с ней больше времени, чтобы оградить от Барретта, каждый раз при виде Хелены у него будет возникать желание ее обнять.
Поэтому Джексон и сделал такое замечание. Он хотел напомнить себе, что им предстоит расстаться.
Но это не мешает ему мечтать о ее поцелуе.
Честно говоря, он ничем не лучше Барретта.
Это было первое, о чем подумал Джексон, очнувшись от звука дверного звонка. Он побрел на кухню и застал там Хелену, лихорадочно перемешивающую что-то на сковородке. Она буквально подпрыгивала от нетерпения, разрываясь между желанием открыть дверь и боязнью сжечь его завтрак. А женщинам в ее положении нервничать вредно.
- Не волнуйся, Хелена, я сам открою. Ее улыбка доставила Джексону больше удовольствия, чем любое из приготовленных ею блюд. Он проскользнул мимо нее в гостиную и, распахнув белую деревянную дверь, обнаружил на крыльце юного красавца с голубыми глазами, развевающимися на ветру золотистыми волосами и шикарной мускулатурой, приобрести которую можно лишь путем длительных тренировок в спортзале.
Парень одарил Джексона широкой, самоуверенной улыбкой.
- Хелена дома? Джексон выгнул бровь.
- Ты еще один из братьев Остин? Парень фыркнул.
- Еще чего. Я пришел повидаться с девушкой. Меня зовут Кит. Она меня знает.
Судя по его тону, Хелена должна была безумно обрадоваться его приходу. Джексон заметил, что в его душе нарастает какое-то очень неприятное чувство. Не желая задумываться о природе этого ощущения, он кивнул юноше и направился на кухню.
- К тебе пришел Кит, - сухо сказал он. - Хочешь, чтобы я его впустил?
- Кит? Не Кит Гарлан?
- Понятия не имею, золотце, - ответил Джексон, пытаясь сохранять спокойствие. - У него светлые волосы, голубые глаза и куча мускулов. Похоже, он думает, что ты от него без ума. Тебе это о чем-то говорит?
Хелена нахмурилась. Она вытерла руки о белый поварской фартук, расшитый маками и васильками.
Этот очень закрытый фартук по какой-то непонятной причине казался невероятно.., сексуальным. При виде его у Джексона возникало желание развязать тесемки, спустить вниз этот кусок хлопчатобумажной ткани и обнажить грудь Хелены. И неважно, что она была одета.
Джексону почему-то не хотелось, чтобы у Кита возникли такие же мысли.
- Скоро вернусь, - еле слышно прошептала Хелена. Она поставила на стол тарелку с оладьями, свежеотжатый апельсиновый сок, кофе и кленовый сироп. Ешь, пожалуйста, - с глубоким вздохом предложила она.
Затем разгладила фартук ладонями, и Джексон уставился на ее соблазнительную пышную грудь. Он и думать забыл о еде.
Хелена нахмурилась.
- Прости. Я не должна принимать гостей в твоем доме, - сказала она. Я сейчас же его прогоню.
Джексон разозлился на себя за то, что заставляет ее нервничать в такое время, когда ей необходимо сохранять спокойствие.
- Ты прекрасно справляешься с работой, Хелена, - ответил он. - Я ничего не имею против твоих гостей.
- Тогда садись, - предложила девушка. Но Джексон остался стоять. Он протянул руки и обнял ее, пьянея от ее тепла и ощущения близости. Исходящий от Хелены запах ванили, кленового сиропа и нежного женского тела вызывал у него желание улечься с ней в постель и наслаждаться ею несколько часов кряду. Джексон нащупал тесемки, осторожно потянул за них и отошел от девушки, держа в руках снятый с нее фартук. Хелена, конечно, соблазнительна до ужаса, но зато стоящий в гостиной самоуверенный пацан не сможет повторить то, что сделал сейчас Джексон.
- Не хочу, чтобы ты встречала гостей в рабочей одежде, - пояснил он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
Хелена глубоко вздохнула. По ее щекам разлился нежный румянец.
Джексон, овладев собой, уселся за стол.
