будем собирать информацию обо всех людях, которых мы знаем в связи с этим делом. И я опять встречусь с членами клуба.
Словом, расследование продолжается. А на ловца и зверь бежит, потому что практически сразу после моего расставания с Алексеем позвонила Серафима Павловна и просила меня срочно приехать. Кто бы сомневался! Все как всегда!
Серафима дома была не одна, у нее сидела Сусанна. Хотя сказать сидела не совсем точно, потому что она ходила из угла в угол и время от времени взмахивала руками. Но, увидев меня, несколько успокоилась и пошла навстречу.
– Вы о Михалевской знаете?
– Конечно.
– Но это просто уму непостижимо!
Серафима зарыдала, но Сусанна на нее прикрикнула.
– Тихо! Хватит!
– Ведь только вчера эта женщина была с нами в студии!
– И она на нас, между прочим, кричала.
– Да! Кричала! И я ее за это ненавидела! И желала ей всего самого плохого! Но сегодня… Нет, я больше так не могу! И ведь нас опять пригласят на это шоу. Я уже хожу туда, как на работу! Что мы там скажем? Что?
– Вы скажете, что вы тут не причем.
– Ага! Четвертая смерть среди писательниц, про которых мы написали статью, и мы не причем?
Серафима опять запричитала.
– И зачем только я нас свет родилась, такая неудачница! Все люди – как люди! И если их по телевизору показывают, то в хорошем свете, а не как меня. Бедная я, бедная!
На что Сусанна тоже не выдержала.
– У меня в жизни, между прочим, тоже были тяжелые моменты. Но такое недоразумение со мной случается впервые! И, к тому же, известность о нем на всю страну! Да, можно сказать, на весь мир! Такую славу мне не надо!
Я кое-как попыталась их успокоить. Но дам несло!
– Неужели все это из-за заговора? Или все-таки совпадения? И что мне теперь до конца своих дней мучиться?
– Читать и сочинять детектив, конечно, интересно, но когда он вторгается в твою судьбу… Такого и врагу не пожелаешь!
Я решила дать им выговориться, а самой захотелось съесть печенюшку. Очень уж они у Серафимы вкусные! И тут у нее зазвонил телефон, а Сусанна, наконец, решила налить себе чай. Затем хозяйка дома сообщила нам новость.
– Сейчас Таня с Костей придут.
– Зачем?
– Обсудить создавшееся положение. И что мы будем сегодня говорить в студии. У нас теперь только одна тема для разговоров.
Я не выдержала.
– Что хотите, то и говорите, но только, пожалуйста, не упоминайте про ваш мистический заговор!
– А если это все из-за него?
– Вы же все-таки в школе учились! Ну, как вы можете верить во все эти суеверия?
И тут раздался звонок в дверь, и Серафима пошла открывать.
Но на пороге стояли не Таня и Костя, а Георгий Ваганович и Александра Васильевна. Серафима просто потеряла дар речи. А Георгий Ваганович аккуратно отстранил ее и зашел в квартиру. За ним вошла и Александра Васильевна.
– Совещаетесь?
– А как вы нас вычислили?
– Элементарно, Ватсон! Но, может быть, нам все-таки объединить усилия?
– В чем?
– В борьбе с этим наваждением.
И тут Сусанна вышла вперед.
– Хорошо. Я на все согласна. Давайте объединяться! Какие у вас предложения?
– Начнем с того, что мы знаем все.
– Что все?
Георгий Ваганович обернулся к Александре Васильевне.
– Отдайте им!
Та достала из сумочки какую-то брошюрку. Серафима закрыла лицо руками.
– Я думала, что я ее потеряла.
– Как видите, нет. Вы ее уронили, а я подобрал.
Сусанна переводили взгляд с одного на другого.
– Что это?
Серафима прижала руки к груди.
– Это сборник заговоров. Я оттуда читала тот, который…
Георгий Ваганович усмехнулся.
– Значит, я правильно понял, что вы что-то там наколдовали на этих четырех писательниц?
Мне все это уже напоминало сумасшедший дом. Надо было как-то со всем этим кончать.
– Допустим, это так, что вы предлагаете?
– Ничего! С этим невозможно бороться, а надо принять как данность. И самое хорошее во всем этом только то, что их было четверо. Или вы сделали заговор на большее количество людей?
– Нет, только на четырех.
– Вот именно это мы и хотели уточнить! Тогда, значит, нам нужно пережить лишь сегодняшнюю запись передачи, и все, мы свободны!
И тут Серафима зарыдала, а Сусанна буквально прорычала в лицо Георгию Вагановичу.
– Это вы с Александрой Васильевной будете свободны, но никак не мы! Мы будем за это отвечать, если не сейчас, то потом!
– Когда это потом?
– Потом…
– А… Понятно. И мы с Александрой Васильевной пришли сюда затем, чтобы вас попросить не упоминать об этом заговоре в студии. Это, во-первых.
– Ну, мы это уже и сами поняли. Иначе такой шум поднимется…
– Вот именно. А мои родственники и друзья будут считать, что в клубе, в котором я состоял, были одни невменяемы личности, а значит и я не лучше.
– Ну, это вы слишком! А во-вторых?
– А, во-вторых, нам надо всем вместе выработать какую-то тактику. Или мы будем молчать, или все отрицать. Вы помните, что было вчера на шоу? Нас чуть не разорвали на куски эти сумасшедшие поклонники писательниц! Вы хотите повторения?
– Может, нам вообще никуда не ходить? Например, я скажу, что плохо себя чувствую.
– Ну, уж нет! Если мы ни в чем не виноваты, нам прятаться незачем! Или вы все-таки виноваты?
Серафима и Сусанна переглянулись, и я подумала, что они опять сейчас начнут свою песню про то, какие они нечастные. Поэтому я пригласила Георгия Вагановича и Александру Васильевну к столу, и Серафиме Павловне пришлось отвлечься от своих печальных мыслей и вернуться к роли гостеприимной хозяйки. А тут опять раздался звонок в дверь, и это были Таня с Костей, которые принесли торт и передали его Серафиме. Я же обратилась к Константину с вопросами.
– А вы знаете Алексея?
– Какого?
– Он с вами в спортивный клуб ходит.
– Туда много кто ходит.
– Ну, такой красавчик! На известного артиста чем-то похожий.
– А, я понял, про кого вы говорите. Машина у него классная! И вообще он весь такой деловой! Не то, что я. Умеет жить! Но есть у нас с ним и что-то общее.
– И что?
– Он, как и я, дронами увлекается.
– Чем, извините, увлекается? Я не поняла.
– Дронами. Это устройства, которые делают снимки с высоты птичьего полета.
– А… Видела я такие снимки. Очень красиво!
– Вот мы раз с ним на эту тему парой слов и перекинулись. Он в ней хорошо соображает.
– Понятно. Но за последнее время выяснилось, что, оказывается, Алексей был знаком со
