и туфли, про соседских девчонок, про новый фильм «Девушка без адреса», про то, есть ли у меня невеста, и про то, умею ли я целоваться. Неисправимая. Что в старости, что в детстве. Одно на уме! И еще, она спросила, конечно, откуда я в машине взялся. А что ей ответить? Правду? Лучшая защита — нападение и правильные вопросы:
— А ты в ней, откуда взялась? Насколько я знаю, права с 18 лет выдают! Ты водить-то умеешь? И вообще, тебе уроки делать не надо? — не выдержал я. Как я этот вопрос про уроки ненавидел, когда сам в школе учился!
— Сам дурак! — Лизка обиделась, фыркнула, надула губки и ушла в дом. А я остался во дворе.
Вот как она так умеет, а? Вывести человека из внутреннего равновесия. Ну ладно, она машину без спроса взяла. Но, может, если бы я в ней так неожиданно не появился, она бы тогда и в аварию не попала? Или попала бы, потому что водить не умеет? — Не умеет, я-то знаю! Так и не научилась. Вот и не знаешь, то ли не виноват, то ли, правда, виноват! И все-таки, почему я не в свое время вернулся, а сюда, да еще в машину из самолета! Это тоже правильный вопрос. Но вопрос без ответа.
Вскоре открылась калитка, и во дворе появился светловолосый паренек, чуть старше и чуть ниже меня, и просто протянул мне руку для знакомства:
— Владимир. А ты Денис? — Дед Вова! Офигеть! Ну, похож. Только маленький.
— А откуда ты про меня знаешь?
— Михаил Саввич рассказал.
Интересно, и что же он рассказал? И что могу рассказать я? И вообще. «Теперь мы разведчики»11. Но, слава богу, дед Вова никогда не был многословен, ни, когда был мне дедом, ни в молодости. Он не стал задавать вопросов, не стал мне ничего объяснять, а просто пошел к гаражу. Ключи у него, оказывается, были. А он еще даже не прадеда Миши зять! И, в свете предыдущих событий, когда моя мама не за папой замужем оказалась, я уже ни в чем не уверен!
Тут вообще, если не быть эгоистом, то лучше бы деду Вове на Лизке и не жениться — может, дольше проживет. Он еще не знает, что ему придется тащить на себе все — уборку квартиры, готовку, детей, дачу и кафедру. А Лизка будет только стирать в стиральной машине и командовать. И попрекать тем, что его на улице подобрали и осчастливили. (При этом я сам присутствовал, когда вместе с ними на море был. Даже по губам получил за то, что за дедушку вступился. Это мама еще не знает. Она бы тогда никогда больше меня с бабушкой на море не отпустила). И, может быть, у него было бы больше шансов дольше прожить после третьей операции, если бы бабушка за ним ухаживала, а не истерики ему закатывала (а это я случайно подслушал, когда папа маме тихонько жаловался. Он пришел деду Вове уколы делать, и эту истерику услышал. Глупенькие, думали я не знаю, как бабушка истерики умеет закатывать.)
Но тогда не родится мой папа? И не рожусь я? Этот дурацкий временной парадокс! Не зря про него во всех фантастических историях про путешественников времени упоминают. А тут жизнь!
Я почувствовал, что у меня опять начинает болеть голова. Поэтому я поскорее заглянул в гараж, чтобы отвлечься. Там стояла уже знакомая мне 21-я «Волга». Ну, целая фактически. Она ж железная!
Откуда-то снизу дед Вова попросил инструмент. Так это он ее починяет? Ух ты! И мне интересно! Впрочем, с ним, с дедом, всегда не скучно. Может быть, здесь научусь хоть что-то руками делать?
Мы так увлеклись, что я не заметил, как пришел с работы прадедушка Миша. Он заглянул в ворота, увидел нас, перемазанных, и обрадовался:
— Уже познакомились?
Мы подняли головы, и одинаковым движением вытерли носы, добавив разводов на лице.
— Умываться и ужинать! — скомандовал прадед. Настоящий военный.
17
За ужином я снова узнал, что дед Вова — сын очень хорошего друга прадедушки Миши, фактически лучшего, тоже летчика, который погиб на войне. И знают они друг друга давно.
Слава богу, спиртного за ужином не было. Потому что прабабушка Маня хлопнула потянувшегося было в буфет за графином прадеда Мишу по затылку: «Еще чего, детей спаивать! А у одного еще и сотрясение мозга!» И он послушался. Но права же, правда!
А еще дед Вова такой молодой, а уже в технике — асс! Я даже не выдержал, еще, когда в гараже вместе машину делали, спросил, откуда он так хорошо в ней разбирается? И он мне рассказал (как всегда, в двух словах), что его с детства техника интересует. Еще когда война была, они рядом с аэродромом жили, и как только наши пригоняли трофейный немецкий самолет, они с пацанами, вооружившись отвертками, бросались на него, и свинчивали, все что успевали свинтить. Как рано они взрослели-то все, кто застал войну!
После ужина мы пошли в гараж уже втроем — я, дед Вова и прадед Миша. И прадед Миша заново представил нас друг другу:
— Ну, парни, знакомьтесь — Денис, первый путешественник во времени. Владимир, изобретатель машины времени!
Челюсть у меня мысленно отвисла, но, почему-то я не был удивлен. Дед Вова — всегда умка!
И ничего он не молчаливый. Как только узнал, что я оттуда (из будущего), засыпал меня вопросами. Но не о своем будущем, а о технике, конечно. Опять же, мой телефон помог (где ж его здесь зарядить? — Ничего — молодой дед Вова что-нибудь придумает!)
— А мы тут скоро спутник запустим12! — чтобы я не зазнавался достижениями техники будущего, похвастался он.
— В точку! Еще и в космос скоро полетим!13 — поддержал его я.
Засыпая на своей узенькой кровати, переполненный эмоциями, я констатировал, что прадед Миша, которого я в настоящем почти не застал — мой старый знакомый. Хоть и молодой. И в 1989 году, я с ним, можно сказать, только познакомился, а в 1957 он меня вроде уже почти как знал. Вот прикольно-то! И хоть и достала вся эта путаница во времени и, конечно же, я очень хочу домой, но уже даже как-то интересно.
18
На этот раз я проснулся с петухами. Вчера я петуха не слышал. Реально, петух! В городе. Во дворе. Наверное, голова стала приходить в себя, или я со
