Читаем без скачивания Белка в колесе фортуны - Юлия Климова

Конечно, Федор мог отказаться, но все же не стал. Жениться рано или поздно придется. Ему уже тридцать шесть лет – не пора ли подумать о детях? Пора. Очень даже пора. А женщины, которой хотелось бы сделать предложение, рядом нет. Ольга? Ольга…

Архипов тогда нахмурился, закурил, что случалось с ним крайне редко, подошел к окну и четко сказал: «Я согласен». Он не будет рисковать своим бизнесом – неизвестно, что у этой, пока еще незнакомой Кати в голове. Пустит все по ветру и собирай потом свое дело по крохам. А так… кто знает, может, она хорошая женщина, которая не прочь выйти замуж, создать крепкую семью, нарожать детей и поддерживать своего мужа и в болезни, и в здравии, и в богатстве, и в бедности. Женились же раньше без любви и уважали друг друга до гробовой доски, а сейчас что?.. Ольга…

Он всегда пользовался успехом у дам и нисколько не сомневался, что и на Катю произведет нужное впечатление, но она, точно маленький зверек, забилась в норку и… Нет, не так. Она точно разъяренная тигрица бросилась защищать свою свободу. Она устояла и перед холодным образом властного мужчины, и перед горячим взглядом самодовольного соблазнителя, и перед огромным богатством, которое сразу же после брака обрушилось бы на нее водопадом. Легкие пути, видимо, не для нее…

Она была интересна, и этого оказалось достаточно, чтобы притащиться на остров, выслушав напоследок рекомендации и шуточки Карла.

– Так что у вас есть? – Катя скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на Архипова.

Собственно, она находилась в положении просящей, но признаваться в этом не собиралась.

– Кушать хочется? – с пониманием спросил Федор, оглядывая явно похудевшую наследницу.

«Нет, – мысленно ответила Катя, – кушать уже не хочется, но, честно говоря, очень хочется ЖРАТЬ!»

Это озвучивать она не стала.

Вчера, оставив своего врага около черты, Катя заторопилась «к себе домой». Свернула к ручью, «обрадовала» желудок еще одним литром воды и… встретилась взглядом с обезьяной. Та сидела на земле в нескольких метрах от пальмы и, теребя время от времени длинными пальцами зеленую кожуру, ничуть не стесняясь, уплетала банан. Рядом, под разлапистыми листьями папоротника лежал еще один банан – целехонький. Этой картины было достаточно, чтобы тут же сойти с ума или захлебнуться собственными слюнями, но Катя была не из разряда слабаков и уж тем более не из числа нервных барышень – судьба обезьяны была решена.

Катя глубоко вдохнула и сделала первый осторожный шаг в сторону волосатой обжоры. Один удар по ее маленькой голове и полный порядок – обезьяна жива, но в обмороке – будет знать, как корчить морды, а бананы достанутся победителю. Но ловкая обитательница тропического леса оказалась достойной противницей, во всяком случае, сдаваться без боя она не собиралась. Издав сначала «У-й-я!», а затем «У-й-я-й-я!», она запрыгала на месте, устрашающе гримасничая. Катя, придя к выводу, что с недругом надо разговаривать на его собственном языке, опустилась на четвереньки и тоже завизжала.

Обезьяна позорно бежала, бросив недоеденный банан на землю.

Получив в свое полное распоряжение полтора банана, Катя чуть не заплакала от счастья. Погрозив кулаком в сторону владений Архипова, она молниеносно съела свою добычу вместе с кожурой.

Полтора банана, полтора банана – как же это много и как же это мало!

Время до вечера пролетело довольно быстро – Катя настолько окунулась в свои думы, настолько пропиталась гневом по отношению к Карлу Августу и Архипову, что не заметила, как стало темнеть – точно кто-то невидимый убрал резкость дня и приглушил яркость красок.

Засыпая, она дала себе обещание не общаться с «этим наглым дядюшкиным лазутчиком и невостребованным женихом», но утро внесло свои коррективы.

Есть хотелось очень, плюс к этому на душу навалилась вселенская тоска, к которой в свою очередь прибавилось самое обыкновенное желание с кем-нибудь поговорить. Да, именно на это делал ставку Карл Антонович, и именно в этом Катя себе не желала признаваться. «Понаехали тут всякие, – буркнула она, с жалостью глядя на свою искусанную руку. – А остров, между прочим, не резиновый!»

Она привела себя в порядок – почистила зубы щеткой и взъерошила волосы, изобразив художественный беспорядок. Затем, мысленно готовя речь, отправилась к Архипову. Фраза, написанная на его футболке, обещала приятный завтрак, сытый обед и разнообразный ужин. А собственно, почему он должен есть все, что привез, один? Это несправедливо!

– Время завтрака, – коротко ответила Катя.

Просить она не будет – сам пусть вынимает из закромов и мясо, и рыбу, и картошку, и овощи, и фрукты.

– Как насчет риса, спагетти, воблы, чипсов, мягкого белого хлеба с вареньем, сухофруктов, орехов… – принялся перечислять Архипов.

– Давайте все, что есть, и сразу, – перебила Катя, чувствуя, как усиливается слюноотделение, а в животе начинает растекаться приятное тепло предвкушения.

– Цена любого из названных продуктов – десять поцелуев, – спокойно ответил Федор.

– Что?..

– Десять поцелуев, и пачка макарон твоя.

Катя растерялась. Нет, не онемела, не разозлилась, а именно растерялась. Это как же так… Он это серьезно?

– Вы это серьезно? – поинтересовалась она резко осипшим голосом.

– А тебя что-то смущает?

Да! Ее смущает очень многое! Не думает же он, что она и вправду станет его целовать за макароны, чипсы или любой другой сухой паек?! Или все же думает… А может, он уверен в этом?

Катя закусила губу и заглянула в топкие глаза болотного цвета.

– Ни за что, – четко ответила она и вздернула подбородок еще выше.

– Как хочешь, – пожал плечами Архипов и направился в сторону своего «дома», прикрытого тенью деревьев.

Катя вытянула шею и увидела фирменную туристическую палатку ярко-синего цвета. Небольшая, но высокая, отделанная желтыми полосками, она казалась величественным замком, обещающим уют и комфорт. Но больше всего убивало то, что передняя и правая боковые стенки представляли собой сплошную москитную сетку, которая обеспечивала прохладой и не пускала внутрь гадких кровососов. Это был удар!

– Жалкий Свинопас, – процедила Катя, вспоминая цену на пачку макарон.

– Кстати, – крикнул Архипов, останавливаясь. – Если захочешь поспать в моем шалаше – приходи, это бесплатно.

– Размечтался, – так же тихо добавила она и улыбнулась.

О, Федор Дмитриевич, прячьте теперь свои запасы очень хорошо, а то вдруг кто-нибудь придет ночью и стащит их…

Новая запись в дневнике:

«Вы были правы, Карл Антонович, когда отправляли меня на этот остров – здесь я научусь очень многому…»

Катя сидела на горячем песке и чертила веткой план местности. Деревья, палатка, берег, валун, пальма… Где он может прятать продукты? Где? Если он привез что-нибудь скоропортящееся, то, скорее всего, это лежит в укромном местечке в тени леса, если речь идет только о крупах, макаронах и сухарях, то удобнее свалить это прямо в палатке… Второй вариант огорчал.

– Вряд ли он притащил сюда масло и колбасу, – вздохнула Катя, поднимая глаза на ровную гладь моря. – Наверняка все как у космонавтов – в тюбиках и брикетах, расфасованное и запаянное. Но проверить все же надо…

Поднявшись, Катя направилась к чемодану, посмотрела с тоской на пустые кастрюли и достала из внутреннего кармана фонарик.

– Спасибо, Карл Антонович, век вашей доброты не забуду, – усмехнулась она.

Идти в лес ночью – страшно, но иного выхода не было. Вдруг повезет, вдруг сумка с продуктами лежит рядом с палаткой?

– Ничего, ничего… Змеям и скорпионам тоже спать надо, так что, скорее всего, я с ними не встречусь, – утешила себя Катя.

Почему-то Архипова она не боялась, вернее, была уверена, что он уж точно будет дрыхнуть без задних ног и по этой причине совершенно не опасен. В своих мыслях она представляла его громко храпящим, отрезанным от внешнего мира широкими «молниями» палатки. Да и если он даже проснется, то полчаса будет соображать, как его зовут и где он находится – конечно, все будет именно так, и она успеет сбежать, прихватив с собой килограммов пять картошки.

До вечера она себя развлекала охотой на рыб (ну-ка стой, стой бессовестная, куда поплыла!), поиском вчерашней обезьяны, в панике оставившей ей недоеденный банан, и благоустройством своего жилища. Она подумала о полочке, на которой будут храниться макароны, варенье и чипсы. А с наступлением темноты Катя стала нервно нарезать круги на берегу. Сколько ждать? С какой стороны лучше подкрасться? Не взять ли с собой чемодан, чтобы уж одним махом вынести все?..

Последующего гнева Архипова она тоже не боялась – пусть докажет, что это ее рук дело, может, это обезьяны слопали его запасы – спать надо меньше и думать головой, куда прятать ценный провиант!