— Подобные вопросы я способна решать самостоятельно, — отрезала она.
— Ладно, — вздохнул я. — Он в состоянии наркотического опьянения. От него сейчас ничего не добьешься, кроме очень красочной, но совершенно бессмысленной болтовни.
— Как это случилось?
— Колдун по прозвищу Маска одурманил его, когда Люк находился у него в плену.
— Где это произошло? Я ничего не слышала о Маске.
— Место называется Цитадель Четырех Миров, — сказал я.
— Давненько я ничего не слышала о Страже, — проворчала Фиона. — Раньше им владел колдун по имени Шару Гаррул.
— Он стал вешалкой.
— Что?
— Это долгая история. Сейчас главный в Страже — Маска.
Фиона уставилась на меня. Похоже, до нее только сейчас начало доходить, что она совершенно не в курсе последних событий. Мне показалось, что тетушка продумывает следующие вопросы, и решил переломить ситуацию в свою пользу, пока она не собралась с мыслями.
— Ну, как там Блейз? — спросил я.
— Ему лучше. Я сама лечу его, и дело идет на поправку.
Я собирался спросить, где он сейчас, на что она наверняка отказалась бы отвечать, после чего мы бы оба улыбнулись. Нет адреса Блейза, не будет и адреса Люка; мы храним свои секреты и остаемся друзьями.
— Эй! — крикнул Мандор, и мы одновременно повернулись в его сторону.
Черный столб торнадо уменьшился почти в два раза и продолжал съеживаться на наших глазах. Он опадал внутрь себя, сжимался, сжимался и наконец пропал из виду.
Я не мог подавить улыбки, но Фиона, кажется, ничего не заметила. Она смотрела на Мандора.
— Вы полагаете, это произошло в результате ваших действий?
— Я ничего не могу утверждать, но такое вполне вероятно.
— Что произошло?
— Похоже, тому, кто проводил этот эксперимент, не понравилось мое вмешательство.
— Вы всерьез полагаете, что за всем этим стоит разум?
— Конечно.
— Кто-то, из Двора Хаоса?
— Скорее кто-нибудь с вашей стороны.
— Пожалуй… — согласилась Фиона. — У вас есть предположения относительно личности этого человека?
Мандор улыбнулся.
— Я понимаю, — поспешно произнесла тетушка. — Я не собираюсь вмешиваться в ваши дела. Но угроза касается всех…
— Все правильно, — кивнул Мандор. — Поэтому я и предлагаю провести расследование. Я в данный момент ничем не связан. А дело может оказаться интересным.
— Наверное, будет неловко интересоваться результатами вашего поиска, — сказала Фиона, — не зная, чьи интересы могут при этом пострадать.
— Я ценю вашу щепетильность, — ответил Мандор, — но, насколько мне известно, условия договора остаются в силе и никто во Дворе Хаоса не строит козней против Амбера. Если хотите, мы можем приступить к расследованию вместе, хотя бы на отдельных этапах.
— Что ж, время у меня есть, — сказала она.
— А у меня нет, — поспешно вставил я. — Много срочных дел.
Мандор кинул на меня пристальный взгляд.
— Что касается моего предложения…
— Не могу, — ответил я.
— Хорошо. Значит, наш разговор остался незавершенным. Я свяжусь с тобой позже.
— Договорились.
Фиона также взглянула на меня.
— Держи меня в курсе выздоровления Люка и его планов, — потребовала она.
— Конечно.
— Тогда всего доброго.
Мандор помахал мне рукой, я ответил ему тем же и отошел в сторону.
На каменистом склоне, где никто не мог меня видеть, я остановился и вытащил Козырь Амбера. Потом сосредоточил внимание и, как только нащупал путь, перенесся. Хорошо, если главный зал окажется пустым, хотя на данном этапе большой роли это не играло.
Я едва не налетел на Ясру, через вытянутую левую руку которой был перекинут плащ. Я нырнул в дверь слева и очутился в пустом коридоре, а затем добрался до черной лестницы. Несколько раз я слышал голоса и сворачивал с пути, чтобы не натолкнуться на говоривших. В результате мне удалось незамеченным добраться до своих покоев.
Похоже, за полторы вечности мне удалось лишь разок урвать пятнадцатиминутный сон, после чего колдовские способности Люка, для которых не существовало никаких расстояний, вытащили меня при помощи порожденного галлюцинацией Козыря в бар Зазеркалья. Когда это было? Скорее всего вчера, в день, полный событий…
Я запер дверь на засов и рухнул в кровать, не снимая даже сапог. Дел было по горло, но я чувствовал себя совершенно обессиленным. Безопаснее Амбера я пока места не знал, потому и вернулся к себе, хотя один раз Люк меня и отсюда выдернул.
После всей чепухи, которая произошла со мной за последнее время, человеку с развитым подсознанием снились бы полные озарений сны; он проснулся бы просветленный и знающий что делать во всех деталях. Со мной ничего подобного не произошло. Один раз я очнулся в легком ужасе от того, что не знаю, где нахожусь. Открыв глаза, я успокоился и уснул снова. Позже… как мне показалось, намного позже, я вернулся… по частям, как плавучий мусор, который выносится на берег одной волной, потом другой, пока наконец весь не оказывается на суше. Только теперь я почувствовал, как болят ноги.
Я сел и с трудом стащил сапоги, испытав при этом одно из шести величайших наслаждений в своей жизни. Затем я поспешно стянул носки и швырнул их в угол комнаты. Ну почему из всех специалистов в моей отрасли ноги болят только у меня? Я налил воды в таз и некоторое время размачивал ноги, твердо решив следующие несколько часов походить босиком.
Наконец я поднялся, умылся, натянул свои любимые «левисы» и фиолетовую фланелевую рубашку. К черту все мечи, плащи и кинжалы. Я открыл ставни и выглянул из окошка. Темно. Сплошные тучи, звезд не видно и не понять, снаружи ранний вечер, ночь или вовсе рассвет.
В коридорах никого, кругом тишина. Я прошел к боковой лестнице и оказался на кухне. Здесь тоже пусто, в камине тлели поленья. Заводиться с обедом я не хотел — разве что подогреть котелок и заварить чай, а заодно отыскать в буфете хлеб и фрукты. Заодно я заглянул в холодильник, где обнаружился графин с грейпфрутовым соком.
Грея ноги и поедая батон, я вдруг почувствовал беспокойство. За чаем я окончательно сообразил, в чем причина: надо было срочно что-то делать, а я никак не мог сообразить, что именно. Передышка показалась такой непривычной, что я как-то не мог сразу собраться.
В общем, я в принудительном порядке включил мозги. И под конец трапезы составил небольшой план. Первым делом я отправился в тронный зал, где освободил Ясру от всяческих плащей и шляп, после чего взвалил ее на плечо. Когда я тащил окаменевшее тело по коридору, приоткрылась дверь, из-за которой выглянул мутноглазый Дроппа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
