— Здесь опасно?
— Нет. Я выбрал это место потому, что здесь спокойно.
— И живописно… Так что происходит?
— Долгие годы со мной вообще ничего не происходило. Я был обычным студентом, а потом разработчиком техники особого рода. Тихая, мирная жизнь — и вдруг словно сам ад вырвался на волю. Хотя в основном я все понимаю и контролирую большую часть происходящего. Но эта часть довольно сложна и недостойна твоего внимания.
Он оперся о перила.
— А другая часть?
— До сего времени мои враги были из окрестностей Амбера. Затем, совершенно неожиданно, когда почти все было улажено, кто-то пустил по моему следу Огненного Ангела. Мне только что удалось его уничтожить. Не могу понять, кто его на меня натравил и почему — и уж к этому Амбер точно никакого отношения не имеет.
Мандор прищелкнул языком, отошел в сторону, потом обернулся.
— Разумеется, ты прав, — сказал он. — Я не знал, что дело дошло до такого, иначе переговорил бы с тобой раньше. Давай, однако, разберем главные моменты, прежде чем я выскажу тебе кое-какие соображения. Я хочу выслушать историю целиком.
— Зачем?
— Затем, что иногда ты бываешь поразительно наивен, братец, и можешь ошибиться в отношении того, что по-настоящему важно.
— Я умру с голоду, прежде чем закончу, — заметил я.
Плутовато улыбнувшись, мой сводный брат Мандор поднял руки.
Юрт и Деспил приходились мне сводными братьями; моя мать Дара родила их от князя Савалла, одного из Владык Края. Мандор же был сыном Савалла от предыдущего брака. Мандор старше меня, наверное, поэтому он напоминает мне моих родственников из Амбера. Я всегда чувствую себя не в своей тарелке в присутствии детей Дары и Савалла, а так как Мандор тоже не входил в их замкнутый круг, у нас с ним было много общего. В конце концов мы пережили все разногласия и сблизились, как мне временами казалось, теснее, чем единокровные братья. За эти годы он научил меня многому, и мы с ним великолепно проводили время.
Воздух рядом с нами заколебался, и, когда Мандор опустил руки, там уже стоял покрытый белой скатертью стол, а спустя мгновение появились и два стула. Стол был сервирован бесчисленными блюдами, изысканной фарфоровой посудой, хрусталем и серебряными приборами; было даже сверкающее ведерко со льдом, в котором темнела рифленая бутылка.
— Впечатляет, — признался я.
— Последние годы я уделил немало времени гурманистической магии, — сказал Мандор. — Прошу садиться.
Нам было очень удобно на мосту между двумя темными мирами. Я восхищенно причмокнул, а спустя некоторое время приступил к последовательному изложению событий, которые привели меня сюда, в царство звездного света и безмолвия.
Мандор выслушал мое повествование, не перебивая, затем спросил:
— Не желаешь ли повторить десерт?
— Да, с удовольствием.
Подняв голову, я заметил, что он улыбается.
— Что смешного?
— Ты, — ответил он. — Помнишь, когда ты отбывал, я говорил — нужно быть чрезвычайно разборчивым с теми, кому доверяешь.
— Ну и что? Я никому о себе не рассказывал. Если ты собираешься читать мне лекции о том, что нельзя дружить с Люком, не узнав его, то я это уже слышал.
— А что с Джулией?
— Ты о чем? Она так и не узнала…
— Именно. А ведь ей ты, похоже, как раз довериться мог. Но вместо этого настроил ее против себя.
— Ну ладно, может быть, в этом случае я тоже ошибся в суждении.
— Ты создал замечательную машину, но тебе не пришло в голову, что она может стать мощным оружием. Рэндом, кстати, мгновенно все понял. И Люк тоже. Возможно, тебя спасло от катастрофы только то, что она стала разумной и не пожелала подчиняться.
— Ты прав. Меня больше волновали технические проблемы. Я не продумал всех последствий.
Мандор вздохнул:
— Что мне с тобой делать, Мерлин? Ты рискуешь — и даже не понимаешь, что рискуешь.
— Я не доверился Винте, — возразил я.
— Полагаю, ты мог бы получить от нее больше информации, — парировал Мандор, — если бы не так торопился спасти Люка, который к тому времени был уже в безопасности. Похоже, к концу вашего разговора она разоткровенничалась.
— Наверное, мне следовало позвать тебя.
— Сделай это, если встретишься с ней еще раз. Я ею займусь.
Я вытаращил глаза. Похоже, он говорил всерьез.
— Ты знаешь, кто она?
— Я ее разгадаю, — сказал Мандор, покручивая в пальцах бокал с ярким оранжевым напитком. — Но у меня есть к тебе предложение — простое до элегантности. Я приобрел новый домик — очень уединенный, в тиши, со всеми удобствами. Почему бы тебе не вернуться со мной во Дворы, вместо того чтобы мотаться от одной опасности к другой? Заляжешь на пару лет, насладишься спокойной жизнью, прочитаешь все книги, которые откладывал до лучших дней. Там ты будешь в полной безопасности, гарантирую. А когда спадет накал, снова займешься своим делом.
— Нет, — отрезал я и сделал маленький глоток сказочного напитка. — Лучше расскажи о том, что ты прежде упомянул и чего я не знаю.
— Если ты примешь мое приглашение, этот вопрос не столь важен.
— Все равно. Даже если я его приму, я хочу все знать.
— От любопытства кошка сдохла
— Ты же выслушал мою историю. Теперь я послушаю твою.
Мандор пожал плечами, откинулся на спинку стула и посмотрел на звезды.
— Свайвилл умирает, — сказал он.
— Он уже несколько лет только этим и занят.
— Верно, но ему стало значительно хуже. Полагают, что это связано со смертным проклятием Эрика Амберского. Как бы то ни было, долго он не протянет.
— Начинаю понимать…
— Да, борьба за право наследования разгорается Люди гибнут как мухи — отравления, дуэли, убийства, странные катастрофы, сомнительные самоубийства. Многие отбыли в неизвестном направлении. Во всяком случае, так о них говорят.
— Не понимаю, какое это имеет отношение ко мне.
— Придет время, и оно не будет иметь к тебе отношения.
— То есть?
— Ты знаешь, что после твоего отъезда Савалл тебя формально усыновил?
— Что?!
— Да-да. Мотивов его я не знаю, однако теперь ты являешься законным наследником. Ты следуешь за мной, опережая Юрта и Деспила.
— Все равно это чертовски далеко от начала списка.
— Верно, — медленно проговорил Мандор. — Большинство заинтересованных лиц идет выше…
— Ты сказал «большинство»?
— Всегда есть исключения, — ответил он. — Ты должен понять, что в смутные времена хорошо собирать старые долги: лишняя смерть не привлечет такого внимания, как в мирный и спокойный период. Даже в относительно высоких сферах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
