— Я пока не готов, — со вздохом сказал он, — Пусть пока хранится у тебя.
Я пожал плечами. Слова сейчас были лишними. Я купался в волнах благодарности, исходящих от моего друга. Да, теперь можно было говорить так. Не знаю, что значил этот куб на Струмэ, но сейчас это был осколок родины моего компаньона, вернувший человеку надежду. И я был рад, что помог ему в этом.
— До завтра, — сказал я, подхватил чемодан и отправился в свою каюту.
Таваль ничего не ответил. Он сидел в кресле и смотрел прямо перед собой. Что видели его затуманенные воспоминаниями глаза мне неизвестно, да и не моё это дело, честно говоря.
Добравшись до своего логова, я испытал массу тёплых чувств к техническим службам корпорации Интронидис. Эти добрые двуногие под завязку набили все пищевые шкафы моего жилища космическими рационами. Быстро распаковав один из них, я поставил в угол чемодан с кубом и завалился на кровать.
Желания спать у меня не было. Удивительно, но после происшествия с ралинготом я чувствовал прилив сил. Об усталости не было речи и даже голод приходил гораздо медленнее, чем обычно. Я готов был бегать и прыгать. Жаль, что нет возможности отправиться на охоту…
Но Таваль прав, нужно хорошенько отдохнуть. Если каждый этап инициации будет сопровождаться подобной встряской, то силы мне точно понадобятся.
Через час безуспешных попыток провалиться в сон, я рывком сел на кровати. Организм упорно твердил мне, что он полон энергии и сон ему не требуется. Чтобы как-то развеяться я отправился в ангар. Ремонт снаппа помогал мне отвлечься от лишних мыслей и провести время с пользой. Вообще двуногие тратили массу времени в пустоту. В гиперпространстве заняться было совершенно нечем, а ведь там проходит большая часть жизни многих разумных.
В ангаре меня ждал сюрприз, только не такой, о которых говорит иногда Таваль, а хороший. Я уже успел забыть, что мой напарник выторговал для нас у корпорации новые истребители. Наши старые корабли сиротливо жались у стен, а центральную часть помещения занимали три хищных иглы.
Угловатые силуэты кораблей красиво отсвечивали свежей чёрной краской. Во время памятного штурма пиратской базы мы столкнулись с подобным судном, но тогда оценить красоту иглы не было ни возможности, ни времени. А истребители, меж тем, были действительно красивы. Острые грани и перепады плоскостей на корпусе наводили на мысли об опасном животном. Замершую грацию космолетов не портило даже обилие внешних систем и оружия.
Оставив мысли о своём снаппе, я полез в ближайшую иглу. Знакомство с оборудованием не заняло много времени и я даже немного расстроился. Казалось, что внутри новый истребитель будет так же отличаться от старого, как снаружи, но это было не так. Хотя может оно и к лучшему — меньше времени понадобится на освоение. Жаль нет возможности полетать — я уже успел соскучиться по этим ощущениям.
Изучение новой техники заняло несколько часов и, когда я вернулся к себе в каюту, тело готово было отдохнуть.
Утро на космическом судне довольно условно — можно ориентироваться только по часам, а они показывали 9 по стандартному. Перекусив очередным пайком, я принялся слоняться по своему логову. Идти заранее в зал для медитаций я не хотел — неприятные воспоминания ещё не выветрились. Наконец мой взгляд зацепился за стоявший в углу чемодан. Делать было нечего и я решил поближе познакомиться с одной из святынь Струмэ. Глава корпорации говорил, что это артефакт изначальных, а значит, по аналогии с ралинготом, у меня есть все шансы изучить свойства этого куба.
Я затащил контейнер на кровать, уселся рядом и, щёлкнув замками, откинул крышку. Внутри, в мягком углублении, лежал стеклянный куб. Поверхность артефакта была матовой и сквозь неё было плохо видно, но мне показалось, что внутри пробегают разноцветные искры.
Я осторожно взял предмет в руки, и, к счастью, ничего не произошло. Повертев куб в руках я не обнаружил никаких отметин или других знаков. Возможно он, как все вещи моей расы, реагирует только на кровь.
Я провел частичную трансформу одной руки, отрастил когти и несколько раз выпустил и вытянул их. Оказалось, что максимальная длина когтей чуть меньше, чем в моей основной форме, что неудивительно. Мне вообще было непонятно куда втягивается десятисантиметровый коготь в руке шонга?
Проколов кожу на ладони, я мазнул рукой по поверхности артефакта и напрягся в ожидании результата, но ничего не произошло. Я выдохнул и хотел уже положить куб обратно в чемодан, но он намертво прилип к руке.
— Начинаю выход из режима консервации, — на этот раз голос был мужским, хоть какое-то разнообразие. Ещё пару минут я пытался расстаться с кубом, а потом обречно стал ждать следующее сообщение и вскоре оно прозвучало, — Выход завершён. Длань пожирателя готова к активации. Предупреждение. Временная оболочка будет уничтожена при запуске. Начать процедуру?
— Нет, — вскрикнул я и снова начал трясти рукой с прилипшей святыней.
— Принято, — ответил голос в моей голове, — Активирован переход в режим ожидания.
Куб Стратоса упал на кровать и я отодвинулся от него подальше. Если Таваль узнает, что я чуть не уничтожил его реликвию, то он точно попытается меня убить. С этими мыслями я взял одеяло и, с его помощью, засунул артефакт в чемодан и отнёс его в дальний угол каюты. Время уже приближалось к 10 часам и пришла пора отправляться на встречу с компаньоном.
Таваль был уже на месте. Предусмотрительный человек даже захватил с собой раскладной стул и сейчас восседал в центре помещения.
— Привет, — поздоровался я, — Ши, заблокируй двери и сообщай обо всех действиях нашего навигатора.
— Принято, — ответила система и двери с шипением закрылись за моей спиной.
— Что ты хотел обсудить? — спросил я у напарника, усаживаясь у стены прямо на песок.
— Наше сотрудничество с корпорацией Интронидис, мой любопытный друг, — ответил человек. Неожиданно в разговор вмешалась система корабля.
— Дукуэл лок Норби перевернулся на бок, — сообщила Шиноко и отключилась. Мы удивлённо посмотрели на динамик под потолком и Таваль продолжил:
— Наш партнёр сейчас попал в сложную ситуацию и я считаю, что можно этим воспользоваться.
— Дикуэл лок Норби встал и прошёл в душ, — снова влезла Шиноко.
— Хург, Жестянка! Да нам все равно, — разозлился человек.
— Капитан отдал приказ, самый старший пилот, — ответила система, — Я его выполняю.
— Шиноко, вношу корректировку, — произнёс я, с улыбкой глядя на красного от гнева компаньона, — Оповещай нас только если Дикуэл приблизится к залу медитаций.
— Принято.
— Когда ты уже сменишь название моей должности? — недовольно спросил Таваль.
— А что тебе не нравится? — наигранно удивился я, — По-моему звучит очень внушительно.
Человек выругался и швырнул в меня песком. Увернуться удалось с трудом.
— Ты готов слушать, шонг?
— Конечно, кэп.
— Так вот, у корпорации будут большие проблемы и у нас есть шанс сбежать. Империя не простит им прямой конфликт и никакие деньги Интронидис не помогут.
— Ты же сам говорил, что они будут нас искать до нашей старости или смерти, — возразил я.
— Если будет кому искать, — ответил напарник, — Мы сейчас в гипере. Достаточно будет пристрелить Дика и найти нас будет очень непросто. Мы и так очень много получили от этой сделки. Самое время уйти в тень.
— Но ведь это будет прямое нарушение наших договорённостей. Причём с нашей стороны, — сказал я, — Это почти предательство…
— Предательство — это когда ты добровольно заключил сделку, а если согласился, чтобы спасти свою шкуру, то это называется по-другому, мой верный слову друг, — ответил Таваль.
— И как же? — уточнил я.
— Смена приоритетов, — зло ответил человек.
— Как у тебя с Руйдом?
— Да. Как у меня с твоим бывшим боссом. Жизнь сложная штука, Гирт, — произнёс мой компаньон, — В ней нет чёрного и белого. Кругом лишь серая грязь и только мы решаем насколько сильно готовы в неё окунуться.
