- Смотри, лейтенант, здесь в тылу наших войск, в пяти километрах, подбитый «ИС-восемьдесят пять» стоит. Брошенный. Берёшь тягач, трактор «Сталинец», и эвакуируешь его, пока другие не успели. Башни там нет, снесло, модернизируем его в эвакуационную машину. Нашу сожгли неделю назад, ты уже знать должен.
- Есть. Один еду?
- Хватит тебе мехвода со «Сталинца». Да, танку разбили ленивец. Гусеницу сбитую тоже заберите. Закинете внутрь корпуса.
- Есть.
Дальше мне выдали сухпай на сутки, на меня и бойца, и найдя водителя трактора, проследил как тот заправил машину, и мы покатили в сторону тех координат, где этот танк стоит. Сам трактор открытый, навес против дождя, кабины нет, продувает, поэтому я в полушубке овчинном был и ватных штанах. Мне их с валенками ещё позавчера выдали. Пока неплохо. Шарф тот подаренный при мне. Он во время схватки внутри машины не пострадал. Кстати, тракторист рассказал, как он «ИС» Маринина на ремонтную базу буксировал, там его на железнодорожный состав и в тыл, на переплавку. После подрыва остатка фугасов, только туда. Катили и катили, дорога четыре часа заняла. Встали только раз, до ветру сходить. Я решил, прибудем, и прежде чем начать работать, пообедаем. А тут съехали с дороги, и загребая глубокие наносы снега, подкатили к корпусу, вокруг никого, хозяев этой машины тоже не видно, ночью снег свежий выпал, ни следа вокруг. Мы чужое крадём, если что, поэтому стоит поторопится. Однако, когда я спрыгнул с гусеницы трактора, из-за корпуса танка выпало белое облако, которое оказалось немецким солдатом в белом камуфляже, и наставило на меня оружие, с криком:
- Стой! Руки вверх!
Надо сказать, всё это стало полной неожиданностью. На снегу я действительно не видел свежих следов. Сам в солнцезащитных очках был, они отлично защищали от слепящего белоснежного снега, что выпал ночью. Ещё не хватало ослепнуть от него. Чёрт, даже пара от дыхания не было. Понятно, что немцы к корпусу вышли ночью, вовремя или до снегопада, и тут затаились. И это не окруженцы, бывает и такое. Нет, это разведка. Возможно диверсанты, но сомневаюсь. На виду показалось трое, один в маскхалате, двое без, в шинелях, накинутых на плечи. Видимо отдыхали, сняли их, и спешно собрались. Они нас и держали на прицеле. Скорее разведка, более того, думаю, что это артиллерийские корректировщики. Вот это вполне в тему.
- Боец не дёргайся и подними руки, - показывая примером, что нужно делать, приказал я.
Глава 5.
«Военная наука должна изучаться на войне. Каждый театр войны есть новый».
Боец в возрасте был, лет пятидесяти пяти, усатый, два года служит. Тот уже спрыгнул с трактора, и в отличии от меня был безоружен. Винтовка у кресла в креплении осталась. У меня на боку полушубка кобура с пистолетом. Хм, я даже автомат не взял, хотя предлагали. Тот медленно поднял руки, настороженно глядя на немцев. А вот я думаю нас допросят и убьют. А по-другому не будет, мы языки. К своим вести, так у них своё задание, так что придётся их валить. Я же старался понять сколько всего противника, потому как тот правый борт «ИСа», откуда они вышли, мне был недоступен, мёртвая зона. Да вряд ли больше трёх. Хм, точно не диверсанты, обращались к нам на немецком, русского не знали, кроме десятка расхожих слов. Когда двое подошли ко мне, сразу разоружив, один стал расстёгивать ремни, похоже полушубок ему мой приглянулся, да с утра заметно подморозило, как я начал действовать. Сделал большие глаза глядя им за спины, и детский трюк сработал, оба резко обернулись, вот и выстрелил им в затылки из «Нагана», и прыгая в сторону, очередь из «МП» прошла над головой, выстрелил в того, что один в маскхалате был. Прямо в глаз попал. Не сложно, дистанция десяти метров не превышала. А умею я стрелять, долго учился. Теперь в прыжке или перекатом, всегда попадаю в цель.
- Рядовой, встать. Вооружись, и карауль этих, а я гляну что там за танком.
- Есть.
Тот вскочил со снега, куда упал при первых выстрелах, закрывая голову, и забрав винтовку, щёлкнув затвором, прикрывал меня, пока я в присядку, добирался до борта танка и со стороны кормы обошёл, но немцев больше не было. Тут стояла белая палатка, через откинутый полог видел вещи внутри, ранцы, неразбериха от быстрых сборов, но главное, два отличных зимних спальника. Дефицит. Почему два понятно, один всегда должен на охране быть, занимает свободный при смене караула. Подойдя, я убрал в хранилище палатку со всем её содержимым. Ещё и валенками снег разметал, чтобы убрать квадрат, оставшийся от палатки. Дальше подозвав бойца, сообщил, что немцев только трое было, и занялся мародёркой. Бойцу сказал, что собираю трофеи. Прав тот на них не имел, не участвовал, но я подарил трофейные часы, у него не было. Мол, за помощь. Так что до исподнего немцев раздели, автомат «МП-44», два карабина и «Парабеллум», у унтера почему-то карабин был, а не автомат, и оттащили тела в сторону, чтобы не мешали. Три тюка с формой и оружием убрали к трактору, а документы немцев в мою планшетку. Ну и осмотревшись, занялись обедом. А что, понервничали, но мы сюда для дела прибыли, быстро закончим, быстро уедем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Нужно поторопится, - сказал я. - В штабе слышал походная баня к нам приедет. Хочу успеть.
- О, тогда поторопимся, - сказал тот, наворачивая рисовую кашу с мясом, эти консервы поставки по ленд-лизу. Мы подогрели банки на походной горелке, и вот так поели. Даже чаю попили, у меня в термосе был.
Дальше мы кинули троса и сдёрнули танк с места, водила выбил скорость у «ИСа», теперь можно буксировать, иногда с этим проблемы бывают, клинит. Пришлось бы вторую гусеницу снимать, наш трактор бы не утянут с заклинившей ходовой, слабый тот, а тут сама будет крутится. После этого выдернули вмёрзшую в лёд разбитую гусеницу, я бил кувалдой, а тот держал штырь, и мы выбивали пальцы, потом стопками сложили звенья, по два звена, внутрь танка. Час работы, и корпус «ИСа» готов к буксировке. В корпус убрали и трофеи, после чего покатили обратно к дороге по пробитой ранее колее. Тяжело шли, в некоторых местах рывками приходилось сдёргивать корпус, но выкатились на дорогу и покатили дальше. Кстати, у меня в руках был трофейный «МП», сидел рядом с водилой и баюкал его. На руках рукавицы, зимние меховые, иначе те быстро бы поморозились. Оружие конечно интересное, но мне без надобности, своих запасов хватает. Вернулись, когда темнеть начало, благо нас никто не остановил, крича, что это их танк, корпус сдал командиру ремвзвода, завтра им займутся, а трофеи отнесли в штаб полка, он рядом был, ну и меня посадили писать рапорт, как и что было. Документы немцев тоже сдал. Трофеи подсчитали и учли.
- Не можешь ты без приключений, Маринин, - покачал головой особист. - Но молодец. Надеюсь понимаешь, что они бы вас в живых не оставили?
- Не дурак.
- Это артиллерийская разведка была, судя по документам. Из того дивизиона, одну батарею которой ты уничтожил.
- Нет, корректировщики.
- Без рации? Сам знаешь, положено по инструкции сдавать, даже если битая.
- Так это мой трофей! - возмутился я.
- Лейтенант! - повысил голос особист.
- Ладно, сейчас принесу.
Покинув штаб, отбежал за дальние здания, а мы стояли на ферме, тут бараки полуразваленные были, бои за ферму серьёзные шли, но целые здания были, в одном штаб, в других жили, заколотив выбитые окна и поставив буржуйки. Вот так найдя неприметное место, достал палатку, надел прибор ночного виденья, а то не видно ничего, и нырнул внутрь. Спальники скатал и убрал отдельно, рацию вытащил, складную антенну к ней, и запасные батареи, потом палатку с вещами прибрал обратно, там три ранца было, потом гляну что внутри, и отнёс добычу в штаб. С особистом лучше дружить, жизнь легче пойдёт. Сдал, под роспись, ну и сообщил:
- Товарищ капитан, я там пока за рацией лазил, в стороне на поле приметил людей. Странно двигаются, перебежками, как будто не хотят, чтобы их видели.
