– Хочешь знать мое мнение? – злобно спросил он. – Для нас с тобой наилучший выход, если Чарли останется с отцом. Будто ты не знаешь, что мы друг друга не переносим! Мне его любовь не нужна, но представь: мы поженимся, а самолюбивый, ревнивый подросток будет нам строить козни на каждом шагу. А наши собственные дети, если мы их заведем? Да я ни за что не решусь оставить их наедине с этим поганцем!
– Том, как ты смеешь! – побледневшая Вин пришла в ужас от его слов.
– Повторяю, для нас это наилучший выход. – Он старался не замечать ее подавленности. – Мальчишка слишком круто взял тебя в оборот, Вин.
– Хватит!
Конечно, весь вечер пошел насмарку. Раздраженный Том держался с обслугой ресторана заносчиво и недружелюбно, отчего и Вин чувствовала себя неудобно. К тому же она никак не могла забыть резких слов, брошенных в адрес Чарли, ее не покидала мысль, что Том абсолютно равнодушен к судьбе ее сына.
Чей-то вкрадчивый голос внутри нее принялся допрашивать: а тот ли это человек, с которым можно связать свою жизнь?
Он так безразличен к ее нуждам, заботам, страхам, они для него просто не существуют. Не говоря уж о его неприязни к Чарли… Она закрыла глаза, подумав, что в жизни ей только и приходится, что уступать, то одному, то другому мужчине.
К концу вечера Вин была так измотана, что все замечания Тома принимала как заслуженные обвинения в свой адрес.
Когда он притормозил возле дома, она немедленно схватились за дверцу.
– Не терпится свидеться, а? – ехидно поинтересовался Том. – Он хорош в постели, да, Вин?
Она чуть не задохнулась от негодования. Второй раз за сегодняшний вечер грубо вторгались в ее интимную жизнь.
– Извини, Том, если я испортила тебе вечер, – вымолвила она устало. Никакой вины перед ним она не чувствовала, но ее переполняло раздражение. Она не ожидала от Тома такого ребячества. И сколько эгоизма выплеснулось из него в этот вечер! Неужели таковы все мужчины – думают только о своем благополучии? И откуда этот эгоизм берется? Передается по наследству или воспитывается любящими матерями вроде нее, ни в чем не отказывающими своим милым чадам?
– Я пошутил, Вин. Конечно, твоей вины в этой ситуации нет, – заключил Том. Она вся напряглась, когда он потянулся к ней, и откинулась под натиском поцелуя.
Она пыталась внушить себе, что получает удовольствие, что в ее возрасте безрассудно ждать острых ощущений, пережитых в девичестве, когда все в ней трепетало, когда после поцелуев Джеймса по телу разливался огонь томительного предчувствия. Прошли годы с тех пор, как поцелуй Джеймса родил ответное желание и она со всей пылкостью юности поверила, что полюбила, полюбила навечно. Но это было давно. Поцелуй ее Джеймс сейчас, она, вероятно, ощущала бы то же самое, что и с Томом: чужое дыхание, приправленное запахом пищи, неловкость своего положения, стыдливость при виде соседа, приближающегося к машине, и даже резкое осознание того, что касания его рта только усугубляют ее чувство вины. Нет, поцелуи в машине – занятие не для нее.
Поразительнее всего, что Тома, казалось, ее сдержанность нисколько не обижала. Он ее просто-напросто не замечал.
– Так-то! – произнес он и осклабился. – Мы еще покажем твоему экс-мужу, где раки зимуют.
Сердце Вин отчаянно стучало. Покажем? Неужто Джеймс за ними подсматривает? Она взглянула на дом, но занавески в гостиной были плотно задернуты.
– Ты ему доложилась о наших делах? – полюбопытствовал Том.
– Чарли сказал, – ответила Вин, вылезая из машины.
Ее снова охватило сомнение: любит ли она Тома настолько, чтобы выйти за него замуж? И вообще – любит ли она его? Сейчас она к нему не испытывала никаких чувств, кроме раздражения.
Вин понуро вылезла из машины, критически отметив, что он отъехал, даже не подождав, пока она скроется в доме, уж не говоря о том, что мог бы и проводить до двери. Том всегда одинаков: грубоватый, настойчивый, неохотно тратящий время по пустякам. По пустякам…
Ей вспомнилось, как они занимались любовью. Отстрелялся – и сразу в душ, нет чтобы с ней поласкаться. А вот Джеймс долго не выпускал ее из объятий. Ласкал и осыпал поцелуями, вызывая новый прилив страсти.
Вин смутилась своих слишком откровенных мыслей, вызванных памятью. Открыла дверь и поспешила войти.
В доме было совершенно тихо. Нахмурившись, она взглянула на часы: начало первого.
Приоткрыла дверь в гостиную. На экране телевизора мелькало изображение, но звука не было. Сердце екнуло, когда она увидела Джеймса: он крепко спал, растянувшись на диванчике, явно для него маловатом. Когда проснется, не без сочувствия подумалось ей, у него будет ломить шею.
Спящий, он уже не казался ей врагом, а напоминал человека, которого она когда-то любила. На лоб упала прядь волос – точно как у Чарли. Она с трудом сдержала себя, чтобы эту прядь не поправить.
Стараясь не выдать себя ни единым звуком, она не отрывала от него глаз. С какой стати ее сюда занесло? Даже заглядывать в гостиную не собиралась – и вот зашла. Там, где рубашка выбилась из джинсовых брюк, виднелось загорелое крепкое тело. На этом боку у него шрам, но под одеждой не видно…
Она протянула к нему руку, но вовремя спохватилась. Пристыженно скользнула взглядом по его лицу и с облегчением убедилась, что Джеймс все еще спит.
Отступив на шаг, Вин сама себе подивилась: что же это с ней творится?
Неужели она и впрямь собиралась откинуть край рубашки и?..
Отступив еще на шаг, она почувствовала озноб – и неожиданно для себя резко вскрикнула: споткнулась о брошенные на полу тренировочные брюки Чарли и удержалась на ногах, только ухватившись за подлокотник диванчика, на котором почивал Джеймс.
Он проснулся незамедлительно и, нахмурившись, выпрямился на подушке дивана. Потом соскользнул на пол и, она опомниться не успела, обхватил руками ее колени.
Неожиданное прикосновение его теплых пальцев, знакомый, пьянящий запах – не об этом ли она вспоминала недавно? Вспоминала его объятия, поцелуи, ласки. Словно волшебством ее перенесло в прошлое: тело вновь стало молодым и жаждущим, пришедшим в возбуждение от его близости, от ожидания блаженства. Его спросонок хрипло прозвучавший голос – «С тобой все в порядке?» – вернул ее в унылые будни. Она решительно его отпихнула, дабы не запутаться в сетях прошлого.
– Сколько раз я говорила Чарли, чтобы он не разбрасывал вещи по всему дому!
– Извини, это мои тренировочные брюки. Я собирался передохнуть пару минут. – Он распрямил плечи, а она отступила еще на шаг. – Да что с тобой? – недоуменно спросил Джеймс, не сводя с нее глаз. – Огорчена, что сорвалась любовная ночка?
Вин резко повернулась и заспешила к двери, намереваясь заглянуть в комнату Чарли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
