— Не только. Ее необходимо обнаружить, после чего уничтожить скопления этой техники. Задача должна быть выполнена любой ценой. Ты меня понял? Любой! Мы не можем допустить окружения наших войск! И не можем их отвести, отдав с таким трудом завоеванный плацдарм! Авиаразведка прочесала весь этот район, но никакой бронетехники не нашла. Так что вся надежда на твой взвод.
Так, вот для чего сидит тут молчаливый особист! Намек на то, что в случае невыполнения задания мне проще самому застрелиться?
— Товарищ полковник! Да мне всей моей группой столько взрывчатки не унести, чтобы эти танки взорвать! А вы мне на шею еще Ботаника са́дите! Охраняй его!
— Кого-кого?!
— Ну, этого, Александра вашего! Прилипло уже к нему это прозвище. Нужно же его как-то называть? По имени долго. Расспрашивать его запретили.
— Не зарывайся, старшина! Ты, конечно, у нас разведчик заслуженный. Но мы, при нужде, и тебе замену найдем. Только верю я, что сможешь ты с этим справиться. И, пусть так и будет Ботаник, его тоже с собой поведешь. Помощь от него в уничтожении техники будет большая. Ученые обещали. Да и ротный твой говорит, что у Александра кое-какая подготовка твоими стараниями уже появилась. Ну, и могу тебе обещать в качестве пряника: выполнишь задание — так и будешь своим взводом командовать дальше, только уже в качестве офицера. Договорились?
— Да какой из меня офицер? Мне и старшиной неплохо живется.
— Я так понял, что мы с тобой договорились?! Командир твой говорит, что ты на всякие выдумки мастер. Давай, старшина, думай над заданием! Соображай, чего и сколько нужно с собой взять. Майор Залозный необходимое обеспечит. Дату, до которой это нужно будет сделать, узнаешь позже. Сегодня у нас пятнадцатое июня. Сроку тебе на разработку рейда — до девятнадцатого.
— Товарищ полковник! Там же, у новой техники, охраны будет немеряно. Снять ее всю втихую не получится. А только шум пойдет, нашу группу сразу раскатают в тонкий блин!
— А твоя голова на что? Для того тебе и даю время, чтобы все просчитать, обдумать варианты и доложить. Выполняй! Девятнадцатого доложишь.
Охренеть! И найти, и уничтожить! Да, еще и любой ценой! При всем желании нам столько взрывчатки не унести! Пластид в этом времени еще не изобрели! Я, вообще-то, знаю его составляющие, но кустарно его не изготовить, а что до фабричного производства, мне времени не хватит. Это же нужно кому-то в правительство информацию подбросить. Пока сообразят, что к чему, пока согласуют, пока развернут производство… Да, и кто будет меня слушать?! Спросят, откуда я это знаю, не замышлял ли я теракт совершить?! Опять пища для размышлений особистам?! Что мне, ножовкой танки пилить, или у «фрицев» одолжить тротил?! Так сказать, взять «на поиграть»?! Ага! Как в анекдоте: «Разогнал танки? Молодец! Положи гранату на место!» Да-а-а! Задачка — еще та! Вопросов больше, чем ответов.
Выпустил пар?! Начинай соображать, как с наименьшими потерями выполнить задание! Не стреляться же, в самом деле?! Да-а-а! Спать сегодня, похоже, уже не получится. Не заснуть, просто. Какая-то мысль свербит в голове, а внятно ее сформулировать я пока не могу. Что-то я заметил у ротного в доме, что может мне пригодиться. О! Сообразил! Ну-ка, назад, пока майор спать не лег.
— Разрешите, товарищ майор?!
— Заходи. Забыл чего?
— Товарищ майор, увидел я у Вас тут штуку одну хорошую. Разрешите мне ее забрать?
— Какую еще штуку?
— Да, вот этот шланг.
— Зачем он тебе?
— Порезать и снайперам на прицелы его поставить. Тогда они смогут в прицел почти против солнца смотреть, а бликов не будет. — Это я прицел ПСО-1 вспомнил. — Так, что насчет шланга? Можно?
— Ага! Размечтался! А «Виллис» пущай без воды ездит? Я и так этот шланг еле у тыловиков выбил. Как ты эту хрень собирался на прицел натягивать?
— Да очень просто. На корпус со стороны, обращенной к противнику.
— А чем тебя голенище от старого сапога не устраивает? Свернул в трубку, да закрепил. Возьми у старшины. Скажешь, что я разрешил.
— Хорошо, товарищ майор. Подумаю, как это сделать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Понятно теперь, чьими стараниями меня в эту задницу запихали. Интересно, а сам ротный понял, что он вместе со мной туда же залез? Тут, ведь, как пойдет: или грудь в крестах, или … Если у меня все выйдет, как задумало командование, то ротному наверняка что-то светит. А ну, как пойдет не так? Тогда, в свете полученной от начальника разведки информации, майор может и штрафбатом не отделаться…
Хороший все же шланг у майора, жесткий, толстостенный. Захочешь согнуть, да не получится. Для задуманного — был бы самый раз. Даже если по диаметру слегка маловат, можно было вдоль разрезать, за счет жесткости бы держался. Но раз уж такой облом, придется трубку из сапога делать. Отмерить, да прошить вдоль, чтобы не разворачивалась. А сверху обернуть тканью от маскхалатов.
…Сколько ни смотрю на карту, что-то ничего не придумывается. Не покидает ощущение «неправильности» происходящего. Не хватает каких-то неуловимых деталей. Не договаривает что-то начальник разведки. Ладно, в сторону эти мысли, времени на размышления маловато дали.
Значит так, где бы нам поудобнее линию фронта перейти? Да еще такой толпой?.. А почему-бы не здесь, в районе Кицевки? Место, вроде неплохое. Лес близко. Так! Сколько до самой дальней точки, до Валков, топать? По прямой получается больше ста километров. По пути как раз получается Мерефу и Люботин отработать… Правда, Люботин в стороне остается, это еще порядка двадцати километров. Да по прямой не пойдешь, стало быть, можно смело до дальней точки все сто пятьдесят — сто шестьдесят брать. Да обратно, с обозленными фрицами на загривке, почти столько же. Получается, только протопать около пятисот километров придется. Хорошо! Про обратную дорогу пока говорить рано, туда еще не дошли. Тьфу-тьфу-тьфу! Одно радует — практически весь путь можно лесами одолеть. Эх! Информации бы побольше! Да, где ее взять?
Как это где взять? А Ботаник? Это по делу его «пытать» запретили. А за жизнь поговорить? Точно, вот тебе и информация! С драной овцы — хоть шерсти клок! Вот, вечерком я и отозвал Александра в сторону.
— Слушай, Саша! Расспрашивать тебя по делу мне запретили. Вот, только за жизнь с тобой поговорить я просто обязан. Ты, вроде как, с нами уже пообтерся. Не чужой. Приняли тебя разведчики. Даже прозвище прилепили. Только мы о тебе, как о человеке, ничего и не знаем. А во вражеском тылу нам нужно знать, кто ты есть, как человек, что от тебя можно ожидать, а чего даже и требовать не следует. Поэтому, хотя бы общую информацию о тебе нам знать нужно…
Ты смотри, он и правда ботаник, в смысле биолог, ученый из Куйбышева. Говорит, их институт на оборону работает. Не понял, бактериологическим оружием здесь, что ли попахивает? Тогда при чем тут танки? Или я, может, что-то не понимаю! Был бы он химиком, я б тогда мог предположить, что он какой-то состав изобрел, который эти танки просто растворит, хотя я о таком никогда не слыхал. Но при чем тут биолог? Что, как в фантастическом фильме, который когда-то смотрел, где бактерии всю нефть «съедали», а тут бензин будут? Так тут не фантастический, а реальный мир…
Глава 12. Новые заботы
…Пробуждение было каким-то резким, как будто по сигналу тревоги. Прислушался. Все как обычно, вроде никаких поводов для беспокойства. И тут, как иногда бывает, вспомнил, что сегодня снилось. А приснился бездарный штурм Грозного под новый 1995 год.
Все началось утром 31 декабря 1994 года. По приказу какого-то умника российскую технику раскрасили белыми крестами (полосы вдоль и поперек), якобы для нашей авиации, чтобы не перепутали с «духами». Хотя той авиации в небе видно не было, сплошная облачность. Как будто специально выкрасили, чтобы «душарам» целиться было легче. Как обычно, сплошной бардак. Закрытых каналов связи не было и в помине, да и о соответствующей аппаратуре непосредственно в войсках никто даже и не подумал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
