— Здравствуйте, проходите.
Впускаю в квартиру женщину с двумя сумками в руках. Высокая, стройная блондинка с каре и в очках, в бежевом брючном костюме. Деловито входит в дом и сразу же направляется на кухню. Очевидно, что она была здесь не раз.
— Я помощница Карима Исхановича по хозяйству, меня зовут Регина, — еще раз представляется, протягивает холеную руку с кольцами, — он попросил принести вам продукты. По бытовым вопросам вы можете обращаться ко мне. Телефон — на холодильнике.
Наблюдаю, как она методично выкладывает продукты из больших квадратных сумок на молнии. Несколько контейнеров, упаковок, хлеб, сыры, нарезки, овощи, чего тут только нет. Забивает весь холодильник доверху, начиная мне объяснять, что к чему.
Внимательно слушаю, благодарная этой женщине за то, что она меня отвлекает. А еще за то, что она ведет себя вежливо и по-деловому, ничуть не вторгаясь в личное пространство и не отвешивая неуместных комментариев. Она просто делает свое дело, для которого ее наняли.
— Подождете минут пятнадцать? Я накрою на стол, — говорит под конец своего монолога.
— Накроете? Да не надо, я сама…
— Карим Исханович дал четкие указания, чтобы я занималась кухней, — твердо говорит Регина, и я киваю, решив пойти в ванную и умыться.
Значит, Карим Исханович дал четкие указания? Кажется, Абашеву нравится приказывать и держать под контролем все аспекты своей жизни. Он не упустит и крупицы этого контроля. Раздражение нарастает во мне, смешиваясь внутри вместе с нервозностью в жуткий коктейль. Руки даже дрожат, до такой степени я перенервничала и устала.
Вожусь в ванной даже больше пятнадцати минут, поэтому, когда вхожу в кухню, Регине приходится заново подогреть мне жаркое с картошкой. Я вроде бы не хотела есть, но, как только чувствую аромат пищи, желудок реагирует соответствующе.
— Спасибо большое, — улыбаюсь Регине, присаживаясь на самый краешек стула.
Мне будто кажется, что если я буду осторожничать, то получится пройти по краю жизни Абашева и он меня не заденет. Но так только кажется. Уверена, что этот мерзавец проедется по мне бульдозером, истерзав тело, разворотив нутро, не оставляя за собой ничего, кроме пустой оболочки без чувств и эмоций.
Глава 12
Глава 12
Регина уходит, снова остаюсь в одиночестве. Мое состояние ухудшается с каждой секундой. Рой мыслей. Паника. Страх за жизнь и здоровье брата выжигают в сердце дыру.
Что если Карим обманет, не поможет брату⁈ Я не могу ему доверять!
Конечно же, есть и переживания по поводу нашего «договора».
Сердце разрывается от страха перед предстоящей ночью. Пытаюсь напомнить себе, что
я сильная девочка. Со всем могу справиться. Давно привыкла решать свои проблемы самостоятельно, и не только свои. Но почему же тогда так отчаянно хочется позволить себе слабость забиться под одеяло и зареветь в голос.
Такой меня обнаружит в своей холостяцкой квартире Абашев? Жалкой, испуганной…
Нет! Не дождется!
Звук поворачивающегося в замочной скважине ключа царапает нервы. Я успела принять душ, надела новый комплект белья, платье. Сидела в гостиной, пялясь в телевизор, который показывал какой-то трогательный сериал. Мне бы куда больше по настроению подошел фильм ужасов, но даже щелкать каналы не было сил.
Вымытые и высушенные волосы я оставила пышной копной рассыпанными по плечам.
В горле пересохло.
Поднимаюсь с дивана, встречаю Абашева, вытянувшись по струнке как на детской линейке.
— Добрый вечер, — произношу вежливо.
— Здравствуй, Софья, — его голос звучит низко. Мои рецепторы трепещут, реагируя на каждый отголосок.
Не представляю что делать дальше. Подойти? Чтобы потрепал как верную собачку по загривку, мрачно иронизирую мысленно.
Слегка кружится голова. То ли от паники, то ли от аромата, наполнившего легкие. Уникальный, ни на что не похожий. Сочетание аромата кожи и терпкого грейпфрута. Одним своим присутствием Абашев словно сдернул с меня столь трепетно выстроенную защиту, оставив мои нервы оголенными и беззащитными.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Заставляю себя выдержать его взгляд, не отвести глаза. Рассматриваю его красивые черты: тяжелый подбородок, подчеркнутый тенью однодневной щетины, четкие скулы, упрямые густые брови. Старый шрам над левой бровью придает Абашеву еще более опасный и диковатый вид.
— Итак, ты здесь.
— Это сюрприз? — не могу не поддеть горько.
— Я не был уверен, — спокойно отвечает Карим.
Кажется он не настроен на пикировку. Чтож, это понятно. Он и так победил в нашем противостоянии.
— У меня не было выбора, вам это прекрасно известно.
— Я больше не хочу слышать выканье, Софья, — перебивает резко. — Напоминаю условия. Брак будет официальным. Тебе придется снова общаться с моими родственниками. Играть роль счастливой невесты. Притворяться, что влюблена. Впрочем, я не собираюсь делать тебя несчастной. Все будет зависеть от твоего подхода и отношения. Пока, как я вижу, ты наслаждаешься ролью жертвы. Жалеешь себя.
— Я не просила психологический разбор своего состояния, — бормочу себе под нос. — Пойду накрою на стол. Регина очень много привезла продуктов.
Но Абашев в два шага оказывается возле меня. Останавливает за руку.
— Ты голодна?
— Нет!
— Я тоже. Был ужин с партнерами.
— Я… тогда пойду… Поставлю чайник.
— Тебе не кажется, что бежать некуда? — спрашивает с легкой насмешкой. Протягивает руку, проводит кончиками пальцев по моей щеке. Вздрагиваю всем телом.
— Я не насильник, Софья. Ты можешь отказаться. Була прямо сейчас отвезет тебя обратно, — Абашеву явно не понравилась моя реакция. Он разозлился.
— Нет! Я же сказала…
— Сказала что?
Пауза. Самая невыносимая из возможных. Пытка продолжается. Он хочет озвучить все до конца. До полного моего унижения.
— Я… На все согласна, — выдавливаю шепотом.
— На что именно? — продолжает настаивать. — Хочу, чтобы ты уточнила
О да, не приходится сомневаться — ему нужно максимально полностью растоптать мои чувства! Чтобы не осталось и ошметков гордости. Как же сильно желание стереть ухмылку с ненавистной физиономии!
Отворачиваюсь, но жесткие пальцы стискивают мой подбородок, вздернув голову вверх, принуждая смотреть в глаза.
— У меня не так много времени, Софья. Брак и наследник нужны для партнерства. В которое меня только женатым возьмут. Глупое условие, но я смирился. Так что, раз у меня вышло, ты тоже сможешь. Плохая новость в том, что ждать, пока ты договоришься со своими убеждениями и совестью, я не намерен. Не могу себе этого позволить. Хотя и у тебя нет времени, не так ли? Ты же хочешь, чтобы Артем вышел как можно скорее на свободу.
— Я уже сказала, что сделаю… что ты захочешь, — облизываю пересохшие губы. Отстраняюсь от его руки, делаю шаг назад. — Только помоги моей семье. Моему брату. Була сказал, что папу отправят в клинику…
— Уже отправили.
— Спасибо.
Виснет пауза. Карим смотрит на меня выжидательно.
Нужно признаться, что я невинна. Что не умею ничего. Совершенно неискушенная.
Он один был для меня мужчиной, желанным, предметом грез. пока не разбил сердце, уничтожив моего брата. Все мои мечты и чувства разбились вдребезги в тот день…
— Я не хочу чувствовать себя насильником, Софья, — жестко произносит Абашев, впиваясь в мое лицо яростным взглядом. Под натиском холодных, абсолютно черных глаз окончательно капитулирую.
— Все решено, Карим.
— Что именно? — нагло выгибает бровь. — Хочу, чтобы ты произнесла это вслух.
— Я стану твоей невестой, — стараюсь сделать голос твердым. Тщетно. — Женой. Инкубатором. Тебе это нужно?
Несусь с отвесной скалы в самую тёмную бездну. Падаю и разбиваюсь. Господи, пусть все это окажется ужасным кошмаром. Эти слова, его холодность. Но увы, это реальность, вколачивающая в мое сердце ржавый кинжал.
