Лицо лже-Рихарда вновь перекосилось от ненависти, и Мила вся сжалась.
– Счастливая семья. – Смит встал, пересел в кресло.
– Что? – не поняла Мила.
– Центр «Счастливая семья». Помнишь его? – Смит закинул ногу на ногу, достал из кармана рубашки пачку сигарет, закурил.
– Ты ведь не куришь, – пробормотала Мила.
– Это твой Рихард не курил, – отозвался Смит. – Мой биосивер вот здесь. – Он постучал себя пальцем по лбу. – А о твоем мне мало что известно, кроме того, что он существует.
Первый шок Милы прошел, и она начала соображать лучше.
– Это началось после того, как ты ударился головой?
– Сообразительная. – Смит затушил сигарету о подлокотник кресла и сплюнул на пол.
Он посидел еще несколько секунд, словно размышляя, не лучше ли будет ее все-таки прикончить. Потом поднялся, погрозил пальцем, приложил его к губам, призывая к молчанию, и вдруг резким движением провел по горлу. Вышел он также быстро, как и вошел.
Мила некоторое время сидела на полу в обнимку с пуфиком. Ей все еще не верилось, что это не сон.
– Экс-Ти, запереть двери! – вскрикнула она, выйдя из оцепенения.
Бессмысленное действо, ведь Смит ушел. Он хотел уйти, уехать, исчезнуть из ее жизни, а она каким-то образом ему мешала.
– Проклятье! – прошептала Мила. – Как я вляпалась в это дерьмо?
Рухнула идиллия, как карточный домик. Такая красивая любовь просто не могла быть настоящей, такое понимание, предвосхищение желаний – просто считывание мыслей. Дорогое удовольствие, предоставленное даром… За какие спрашивается заслуги? Ох, нет, надо после обо всем этом подумать. Сейчас она просто посидит здесь и порыдает. А если этот дурацкий биосивер снова заработает и Смиту придется возвратиться? Тогда он непременно ее прикончит.
Мила откинула пуфик, осторожно ощупала голову. Затем поднялась с пола, направилась к зеркалу.
– Экс-Ти! Звукоизоляцию на максимум! – на ходу сказала она. – Чтоб ты сдох, Смит! Чтоб тебя!.. Чтоб!..
Можно было пройтись и на свой счет: «Дура! Идиотка! Понесло тебя личную жизнь устраивать!» Но поругать себя она еще успеет, а за пережитый испуг причиталось этому Смиту. Да кто он вообще такой?! И куда более неприятный вопрос: «Почему он такой?» О вариантах ответа не хотелось даже думать.
Мила остановилась возле зеркала и, подобрав волосы, долго изучала свою голову и бормотала: «Не делала я ничего такого, не может этого быть». Звонок прервал это занятие, и ледяная волна ужаса вновь пробежала по телу.
– Выключить свет, – прошептала она. – Сделать входную дверь прозрачной.
Представшая картина не предвещала ничего хорошего. Смит еле стоял на подгибающихся, дрожащих ногах, упершись лбом в дверь и, не переставая, трезвонил.
– Отключить звукоизоляцию, – приказала Мила. – Я все тебе выскажу, засранец, через закрытую дверь.
Уверенным шагом приблизившись к разделявшей их преграде, Мила ощутила, что сама готова убить самозванца, и, расправившись с ним, отправиться крушить здание центра «Счастливая семья».
– Чего тебе?!
– Н-не д-думал, что так выйдет. Задыхаюсь…
– Какого черта ты вернулся?
– Я не смог уйти.
– Что ты мелешь? Ты собирался меня убить пять минут назад!
– Не знаю, что произошло… Короткое замыкание… Что-то там не так, в голове. Я хотел просто припугнуть тебя и уехать, но… М-м-м… Не могу дышать…
– Даже если у тебя случится сердечный приступ, я не открою, – предупредила Мила. – Мне психопаты в доме не нужны.
Мужчина бледнел на глазах. Что-то в нем напомнило того прежнего Рихарда, которого она когда-то встретила на лестнице «Счастливой семьи».
«Такое ведь не сыграешь», – подумала Мила. Действительно, зачем бы ему возвращаться? Поколебавшись немного, она снизошла до жалости к страдальцу, который вдруг лишился чувств. Мила с недоверием посмотрела на распростертое тело.
– Экс-Ти, просканируй посетителя, – сказала она.
– Необходима срочная медицинская помощь, – мгновенно отрапортовала машина. – Вызвать бригаду медиков?
– Нет! Стоп! Отменить! Я сама окажу ему помощь.
Мила с опаской приоткрыла дверь. Смит лежал неподвижно, и казалось, не дышал.
– Горе-маньяк, – прошипела она раздосадовано. Мила нагнулась и, схватив Смита за рубашку, с трудом заволокла его в дом.
Что же теперь? Не долго думая, она принесла несколько простыней и связала бывшего любовника. Удостоверившись, что вырваться Смиту будет непросто, Мила сходила за аптечкой, достала нашатырь и сунула ему под нос.
Мужчина дернулся всем телом, открыл глаза, обвел помещение безумным взглядом и уставился на нее.
– Полицию вызвала? – хрипло осведомился он.
– Нет.
– Почему?
– Ты дорог мне, как память. – Мила улыбнулась.
– И что? Сделаешь из меня мумию?
– Размышляю над этим. – Она смаковала каждое слово, стараясь показать, что теперь настала ее очередь «восседать сверху» и уповая на то, что храбрость – это всего лишь умение бояться так, чтобы этого никто не заметил.
– Мне надо в туалет…
– Твои проблемы.
– Твой ковер, – Смит пожал плечами, насколько позволяли путы.
Мила не подала вида, что ее что-то беспокоит. На самом деле, она не знала, как поступить и не понимала, почему не вызвала полицию.
– Так мы ни к чему не придем. Ответь мне на один вопрос… Ты преступник?
Смит ухмыльнулся.
– Стало быть, ты связала меня для того, чтобы поглумиться? Меня этим не проймешь. Я ко всякому привык.
– Отвечай на мой вопрос! Ты преступник?
Он отрицательно мотнул головой:
– Нет, я не преступник. Я хочу уйти от тебя, но что-то не пускает. Ноги подкашиваются.
Мила недоверчиво фыркнула.
– Экс-Ти, датчики нервных импульсов, – сказала она.
– Какого же черта спрашиваешь, если мой ответ тебя не интересует, – проворчал Смит.
– И вывести диаграмму на экран. Ты уж не обессудь, Айвен Смит, – или как там тебя? Оборудование у меня устаревшее, но работает исправно.
Мила закрепила датчики.
Смит покачал головой:
– Докатились. Теперь у них камера для допросов в каждом доме.
Мила удивленно подняла брови.
– Ты говоришь странные вещи, но, потратив немного сил и времени, мы во всем разберемся. Вот теперь побеседуем.
Смит больше не пугал ее. Она удобно устроилась на диване, приготовившись извлечь всю правду из человека, замотанного в простыни. Итак, первый вопрос.
– Кто такой Айвен Смит, и откуда он взялся?
– Это два вопроса. Айвен Смит – это я, и мне нужно в туалет.
– Я давно собиралась избавиться от этого ковра, он мне поднадоел. – Мила положила ногу на ногу и скрестила на груди руки.
– Не знал, что ты профессиональный палач, – заметил Айвен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
