— Я пришла попросить тебя по-хорошему, по-дружески: оставь Эду в покое, — сказала она прямо, без всяких предисловий.
Элена на нее не обиделась, только пожала плечами:
— Да я его и не беспокоила.
Алма вынуждена была учесть это замечание.
— Возможно, я выгляжу нелепо в твоих глазах, — сказала она, — веду себя как мать подростка, связавшегося со взрослой женщиной. Но мне больше не к кому обратиться за помощью, кроме тебя. Эду нужно думать о карьере! Он мечтал поехать на стажировку за границу, а теперь его голова забита исключительно тобой.
— Ты или нарочно преувеличиваешь, или у тебя неверная информация, — прервала ее Элена, и без того зная все, что могла сказать ей Алма. — Между нами ничего не было. Мы встречались пару раз, только и всего. Эду, видимо, на что-то надеется, но я не собираюсь доводить наши отношения до постели. Ты ведь этого боишься, я правильно поняла?
— Абсолютно правильно, — не стала возражать Алма. — Мне известно, что инициатива исходит от него, а не от тебя. Но ты сама позволяешь ему надеяться на большее. Разве я не права? Если бы ты повела себя с ним пожестче, он бы не стал лезть на рожон, отступился бы. А так, я вижу, все это стремительно перерастет в катастрофу.
— Похоже, ты считаешь меня совратительницей малолетних! — не спустила ей последней фразы Элена, однако и Алма с достоинством приняла удар:
— Будем откровенны, Элена! Мы обе знаем, что женщина твоего возраста способна не только вскружить голову двадцатилетнему юноше, но и безнадежно испортить ему жизнь.
— Эду не такой бесхребетный, каким ты его представляешь, — невольно перешла к обороне Элена. — Он точно знает, чего хочет.
— Но этого как раз и нельзя допустить! — подхватила Алма. — Он увлекся тобой по молодости лет, но не станешь же ты из-за этого губить его! Элена, я очень надеюсь на твое благоразумие, на твое милосердие. Помоги мне. Помоги Эду, наконец!
Сама того не ведая, Алма задела болевую точку Элены, упомянув о благоразумии. Все последние дни Элена только и делала, что старалась быть благоразумной. Но когда это слово прозвучало со стороны, да еще и в сочетании с другим, обидным, — «погубить»!.. Тут уж Элена вскипела, в ней взыграло самолюбие. Что эта Алма себе позволяет! Вздумала поучать Элену, втолковывать ей азы морали и нравственности?..
— Ты просишь меня о помощи, — сдержанно произнесла Элена, не давая своему гневу вырваться наружу. — Ну что ж, я могу, например, не открывать Эду дверь, если он придет, могу не брать телефонную трубку, зная, что это он звонит, могу переходить на другую сторону улицы, увидев его издалека…
— Спасибо, именно это я и надеялась от тебя услышать, — сказала Алма, не почувствовав подвоха, а Элена между тем продолжила:
— Могу, но не хочу этого делать. Не хочу скрываться от Эду. Мне комфортно в его обществе. А свои эмоции я умею контролировать, не беспокойся.
— Значит, на твою помощь не приходится рассчитывать, — заключила Алма, печально покачав головой.
— Я сделаю все, что смогу и что сочту нужным сделать, — несколько туманно пообещала ей Элена.
Алма встала со стула, направилась к двери и — остановилась, чтобы использовать последний шанс.
— Элена, ты же мать, представь, что на месте Эду был бы твой сын, — произнесла она с болью. — Неужели бы ты пожелала ему такой участи?
— Нет, — честно ответила Элена. — Но я при всем желании не смогу относиться к Эду так же, как к своему сыну. Это для тебя он — ребенок, которого ты вырастила, а для меня — просто молодой мужчина.
Алма хотела что-то возразить, но тут в кабинет вошла взволнованная Ивети и сообщила, что ей с трудом удалось задержать в приемной Эду.
— Я сказала ему, что у тебя здесь пациентка и ты освободишься минут через пятнадцать. Но он проявляет нетерпение.
— Не удивлюсь, если он ворвется сюда через минуту, — высказала опасение Элена и обратилась к Алме: — Побудь пока в боковой комнате. Я быстро с ним поговорю, и пусть он отправляется восвояси!
Алма восприняла ее предложение без восторга.
— Вообще-то я не сделала ничего предосудительного, чтобы прятаться от Эду. Когда-нибудь он мне еще скажет спасибо за эти хлопоты. Но если есть возможность избежать неприятной сцены, то я, пожалуй, соглашусь.
Ивети проводила ее в боковую комнату и позвала Эду:
— Зайди, но только на минутку. Там пациентка лежит с маской на лице.
Эду вошел в кабинет и сразу же выпалил:
— Чую запах духов моей тетушки! А пациентки не вижу.
— Она там, за дверью, — пояснила Элена. — Говори, зачем я тебе так срочно понадобилась, и уходи. Не отвлекай меня от работы.
— Я просто хотел тебя увидеть, вот и пришел.
— Но я не могу здесь с тобой встречаться, мне надо работать.
— Тогда скажи, где и когда!
— Нигде и никогда. Я думала, у тебя какое-то важное дело ко мне, а ты просто захотел подурачиться.
— Ты не права, у меня действительно важное дело, я пришел сказать, что люблю тебя!
— Эду, перестань! — рассердилась Элена. — Нашел подходящее место для объяснения в любви!
— Предложи другое. Давай я зайду к тебе сегодня вечером.
— Не надо!
— А я все же зайду. И буду сидеть под дверью, пока ты не откроешь.
— Сегодня вечером меня не будет дома, я иду на ужин с другом.
— Ничего, я подожду, пока ты вернешься. Пойми, я ведь от тебя все равно не отстану!
— Ну хорошо, давай встретимся завтра, — уступила Элена. — Только не у меня дома, а где-нибудь в кафе. Договорились?
— Договорились. И все же, почему не у тебя? Ты боишься остаться со мной наедине?
Он так обезоруживающе улыбнулся, что Элена тоже ответила ему улыбкой:
— Неужели я похожа на женщину, которая испугалась мальчика?!
В тот вечер Элена и правда ужинала в ресторане с другом, то есть с Мигелом.
Он был учтив, обходителен, угощал Элену изысканными блюдами и прекрасным вином. Они говорили об искусстве, о литературе, рассказывали друг другу о своих детях.
Все шло хорошо до тех пор, пока Элена не вспомнила об Эду. Ей вдруг представилось, что он сидит сейчас под дверью и ждет, когда она вернется из ресторана. А что? Такое вполне может быть! Он же говорил об этом у Элены в кабинете. Правда, потом они условились встретиться завтра, но Эду нетерпелив, он мог и не дождаться завтрашнего вечера, с него станется.
— Чему ты улыбаешься? — спросил Мигел, почувствовав, что Элена слушает его рассеянно, думая о чем-то своем.
— Так, вспомнилось не к месту, — ответила она уклончиво и потом еще не раз возвращалась к мысли об Эду.
Ей очень хотелось проверить, действительно ли он ждет ее там, под дверью. А если нет, то что может означать эта странная фантазия, пришедшая ей в голову? Очень похоже на сумасшествие. Сидеть рядом с Мигелом, а думать об Эду!
