— Ты… — Болотная Бабка вздохнула.
Маг исчез между ее костлявых пальцев, скользнув обратно в колоду. Женщина перемешала ее так быстро, что черные рубашки слились в размытое пятно. Одинокий четырехугольник снова упал на стол лицом вверх. Найд сразу узнал картинку.
— Это ты, Найд. Каждый раз, когда я загадываю на тебя, — старуха снова подобрала карту и перетасовала колоду, — выпадает он.
Седой юноша снова лежал на столе, указывая жезлом прямо на Найда.
— Ты — маг.
Найд тряхнул головой, с усилием оторвав взгляд от золотого блеска жезла.
— Это… — Он смочил языком пересохшие губы. — Это ведь просто глупые карты. Нарисованные искусным художником, но всего лишь нарисованные.
— Это не просто карты, — Болотная Бабка склонилась к нему над столом. Ее пронзительные глаза встретили взгляд Найда и удержали его. — Это Аркан. И его рисовал не художник.
Найд тряхнул головой:
— Такой трюк любой плут на ярмарке проделать может. Вытащить меченую карту.
Найрэ улыбнулась бесцветными губами и откинулась на табурете, протягивая ему колоду:
— Попробуй сам, — заметив колебание Найда, женщина положила черную стопку на стол. — Ну же, они не кусаются. Вытяни любую карту.
Найд сглотнул и осторожно коснулся верхней рубашки. Гладкая поверхность неожиданно обожгла холодом. Он вздрогнул и тут же отдернул руку. Контакт прервался, но в кончиках пальцев все еще странно покалывало, будто в затекшую ладонь медленно возвращалась кровь. Карты Найрэ были первым волшебным артефактом, попавшим в пределы досягаемости Найда, но он сразу понял — это магия. Он с трудом сдерживал дрожь, не решаясь повторить контакт: заключенные в черных квадратиках чужие чары притягивали и одновременно пугали.
— Что у тебя с рукой? — Найд удивленно заморгал, вырванный из транса вопросом старухи. Словно впервые, он увидел свою застывшую над столом подрагивающую ладонь. Слишком длинный рукав доставшейся ему от Айдена рубашки задрался, открывая неприглядное зрелище. Тыльная сторона ладони была покрыта вспухшими красными рубцами, кое-где уже наливавшимися синевой.
— Ничего, — он поспешил спрятать изуродованную руку под стол, подальше от пронзительных глаз Найрэ.
— Как это случилось? — В голосе старухи звучало искреннее беспокойство.
Найд промолчал. Он не собирался распространяться о том, что Сибелиус имел привычку использовать его ладони вместо дневника, записывая на них замечания по поведению вымоченным ивовым прутом. Такую «записку от учителя» ни спрятать, ни потерять было не возможно. К тому же Сибелиус считал справедливым подвергать наказанию наиболее нагрешившую часть тела ученика. Ведь именно беспокойные руки Найда были обычно виновниками его проступков, начиная от фингалов под глазом чересчур заносчивых юных оруженосцев и кончая удивительно точными карикатурами на учителя.
Найд неуютно поежился, представив грядущее объяснение с херром Харрисом. На этот раз речь шла не о заурядной драке, и реакция ленлорда была непредсказуема. Оставалось только надеяться, что Харрис не спросит, какую именно книгу Найд «одолжил» из личного сундука Сибелиуса. Вряд ли воспитанник сможет внятно объяснить, зачем он тайком изучал иллюстрированное сочинение по женской физиологии, не упоминая при этом беременность Камиллы.
— Я могу сделать тебе примочку, полынь хорошо снимает опухоль, — поняв, что объяснений не дождаться, Найрэ приподнялась с табурета.
— Не надо. — Чтобы сменить тему разговора, Найд выдернул из центра колоды первую попавшуюся карту и уронил ее на стол. На этот раз покалывание в пальцах было почти приятным. — Вот видишь, это вовсе не… — Парень запнулся, когда как следует рассмотрел новую карту.
Аркан изображал человека, слепо шагающего вперед, не замечая разверзшейся у самых ног пропасти. Вслед за человеком бежал пес: он злобно раздирал одежду путника и не давал тому свернуть в сторону. Как завороженный, Найд уставился на карту, не в силах отвести взгляд.
Безумная погоня через поля, отчаянно прыгающая впереди полоска леса, лай гончих сзади, ближе, ближе… Колотящееся где-то в горле сердце, металлический вкус на языке, пена на оскаленных клыках, страшные звериные глаза…
— Глупец, Шут, Безумец, Дух Эфира… У этого аркана много имен, — Найрэ любовно провела по гладкой поверхности карты указательным пальцем, будто снимая несуществующую пылинку. — Нулевой аркан — наиболее сложный. Это одновременно начало и конец, ум и глупость, добро и зло, правда и ложь. Безумец означает начало нового цикла жизни. Это символ наивности, неискушенности, но также большого потенциала и перемен. Тебе вскоре придется принять важное решение, и выбор будет только твой: ты волен избирать любое направление, идти куда угодно, на свет или во тьму.
Найд вздрогнул, будто ледяные пальцы пробежали по спине, и наконец отвел взгляд от застывшего над пропастью путника.
— Это только карта. Раскрашенный кусок картона… — Парень не знал, кого он пытался убедить этими словами: себя самого или Найрэ.
— Безумец слеп, — спокойно продолжала женщина, и Найд, не в силах выдержать ясности ее взгляда, опустил глаза. — Он решил пойти определенной дорогой, не обращая внимания на то, что сбился с пути, игнорируя предупреждающие знаки. — Найрэ постучала крепким желтоватым ногтем по глядящему через плечо страннику. — Видишь, он смотрит назад? Ты слишком долго смотрел в прошлое, Найд. Отрицая свою сущность, ты совершаешь ошибку. Только открыв глаза и глядя в будущее, ты сможешь сделать верный выбор.
Парень так крепко вцепился в края табурета, что ладоням стало больно. Впервые встреченная им старуха знала о нем все. Даже то, чего он сам о себе не знал, о чем только догадывался. «Неужели она и вправду ведьма? А я…»
— Но я ведь не знаю ни одного заклинания! — обреченно пробормотал Найд. — И нигде не учился.
— А-а, конечно. Но руны-то ты читаешь? — Болотная Бабка встала, чтобы снять давно уже кипевший чайник с огня.
Он вспомнил надпись на первой карте. Объяснять старухе, что его знание рун происходило из попросту стыренной из скриптория книги, парень не собирался.
— Да, но я не знаю, как их использовать!
— Непохоже, чтобы ты очень в этом нуждался, — Найрэ сорвала со связки пучок чабреца и покрошила травку в кипяток. Домик тут же наполнился душным ароматом лета и солнца. — Я видела бабочек. Они танцевали для тебя.
Найд замер, кровь бросилась в голову. «Лучше бы бабка застала меня в кустах со спущенными штанами!» Бабочки были только одним из его развлечений. Или правильнее назвать их… упражнениями? «Где же ведьма могла меня видеть? На поляне у Доброго дуба? Или у реки? Наверное, у реки. Там по берегам много ивняка наросло, легко укрыться».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
