Глава 5
Так что такое сторона покупателя? Я, на самом деле, не знаю разницу между покупающей стороной и продающей, но скоро все понимаю. Попытаюсь пояснить, используя библейские термины. Старый Завет. Если вы – на покупающей стороне, то вы въезжаете на рынок с повозкой, набитой золотом фараона, получив от него задание купить лучшие продукты, которые только сможете найти. Фараон наградит вас за удачные покупки. Итак, несмотря на то что с фараоном у вас отношения хозяина-подчиненного, деньги фараона – не ваши, и все, что вы можете потерять, – это свой возможный заработок. А заработать вы можете много, если осуществите хорошую закупку. Итак, в следующий раз при въезде на рынок у вашей повозки могут быть колесные диски под заказ или встроенный GPS-навигатор. Но не только у вас есть золото. Поэтому надо быть готовым ко всему. Рынок под открытым небом гудит. Если вы на продающей стороне, то вы – один из многих торговцев, который хочет заполучить клиента. Каждый продавец хочет выторговать самую высокую цену за свои товары и избавиться от того хлама, который у него имеется. Они хотят получить самые высокие доходы. Соревнование между торговцами за ваше внимание очень интенсивно. Вы нужны им. Некоторые предложат вам прогулки на лодке вниз по течению Нила с несколькими любовницами, или склеп в пирамиде, или выходные в Месопотамии с изрядным количеством хорошего лотоса.[39] Не важно. Но многие из них – лжецы; и, если вы купите дерьмовый товар или заплатите слишком много, возможно, фараон не позволит вам в следующий раз везти повозку. Или, что еще хуже, вам придется снова стать торговцем. Если я покупаю скот у парня, который отвез меня вниз по течению Нила в четверг вечером, и я смогу продать этот же самый скот с выгодой для себя парню, с которым я поеду в пятницу в Месопотамию, тогда я сделаю это. Поэтому, в некотором смысле, вы нуждаетесь в покупающей стороне ничуть не меньше, чем она в вас. На Уолл-стрит покупающая сторона может покупать или продавать, она – клиент. Продающая сторона продает информацию, исследования и посреднические услуги.
В самых простых словах, покупающая сторона – клиент. А продающая сторона клиентов любит.
Глава 6
Радж Ражаратнам, Гэри Розенбах, Кришен Сад и четвертый парень по имени Ари Аржавалингам (который работал на Западном берегу) основали «Галеон» в 1997 году. Они все – выходцы из «Нидхэм и компания», небольшого инвестиционного банка, где действия Раджа, особенно в области торговли технологическими акциями, приносили фирме много денег. А для себя он зарабатывал гораздо больше – в десять раз больше, чем для фирмы. Когда один из партнеров фирмы Джордж Нидхэм узнал об этом, он сказал Раджу, Гэри и другим, что они больше не могут торговать, используя свои персональные торговые счета. Именно тогда они вчетвером уволились из «Нидхэм», чтобы основать «Галеон Групп». И момент оказался как нельзя более удачным. Он совпал и с технологическим бумом, и с появлением хедж-фондов. И тем не менее им пришлось буквально когтями вырывать ресурсы, но сейчас, в 1999 году, в паруса «Галеон» дует благоприятный финансовый ветер.
В день, когда я подписывал свой контракт, я познакомился с большей частью руководящего состава «Галеон», включая Кришена, Гэри и Раджа, который разговаривал по телефону, когда меня ему второй раз представляли. Мы уже встречались с ним буквально на мгновение, когда я проходил собеседование. Крупный мужчина с темной кожей, в толстых очках и с усами, он улыбается и крепко жмет мне руку, придерживая плечом телефонную трубку. Щель между передними зубами придает ему дружелюбный вид. Но я-то знаю, что место, на которое я заступаю, только недавно освободилось. Его занимала девушка – как мне сказали, она была привлекательна, умна и агрессивна. Имелась только одна проблема. Она накапливала убыточные сделки и не заносила информацию о них в систему. В кодексе поведения «Галеон» это приравнивалось к воровству. Когда она не смогла это больше скрывать и правда раскрылась, ее тут же уволили. Никто не врет и не крадет у Раджа.
Следующий, с кем я знакомлюсь, – Кришен. Он управляет портфелем медицинских акций. У меня заняло год, чтобы понять, что во многих отношениях Кришен – это альтер эго Раджа. Радж родом со Шри-Ланки, а Кришен вырос в Мумбае, Индия. Тонкий, с приятными чертами лица и с кожей цвета корицы, он прекрасно умеет себя держать. Кажется, Кришен нравится всем, особенно инвесторам. Про его навыки привлечения капитала говорят, что Кришен принадлежит к тому типу людей, которые, войдя в комнату с третьеклассниками, выйдут из нее с их деньгами на обед. Он пожимает мою руку и с безупречной улыбкой говорит, что они рады принять меня в свою команду. Пока все идет хорошо. Все вполне вежливы и, похоже, рады, что я к ним присоединился.
Затем меня еще раз представляют Гэри в отделе торговых операций. Ему около сорока, его каштановые волосы уже начинают седеть, на нем тенниска и выцветшие, чересчур обтягивающие джинсы. Его главная отличительная черта – манера говорить в нос. Он улыбается и встает, чтобы пожать мне руку. «Добро пожаловать в компанию, – говорит он. Затем осматривает меня с ног до головы и самодовольно ухмыляется. – Сто пятьдесят кусков, так?»
«Да, именно столько», – говорю я.
Именно Розенбах проводил со мной собеседование, и один из вопросов был о том, сколько я зарабатываю в «Морган Стенли». Я назвал ему цифру в сто пятьдесят тысяч. Я тогда зарабатывал всего около тридцати пяти тысяч, потому что покинул свою группу в отделе услуг частным клиентам и снова был «плавающим» работником.
Он усмехается и говорит мне, что я вру, но что он восхищается моей смелостью. Он или знает правду, или блефует. В любом случае от его слов я чувствую себя смущенно. Затем он начинает описывать мои обязанности, говоря те слова, которые я буду бесконечно слышать в первые полгода работы в «Галеон»: никогда не позволяй телефону издать больше одного звонка. Получи отчет. Внеси информацию о сделке в систему. Ответь на телефон. Получи отчет. Внеси информацию о сделке в систему. И снова, снова, снова. Суммируй все операции в конце дня. Убедись в правильности направления сделки (покупка/продажа), количества акций, цены, размера комиссии и торгового счета. Утром удостоверься, что нет расхождений. Ошибок допускать нельзя. Наконец, закончив, он смотрит мне прямо в глаза: «Каждый день ожидай, что тебя уволят, – говорит он. – Если тебя не уволили, значит, у тебя был хороший день».
Ужас начинается каждое утро еще в душе. Устрашающие мысли следуют одна за другой, как удары в солнечное сплетение. Все ли я правильно занес вчера в систему? Сделал ли я все, что велел Гэри прошлым вечером? Каждое утро я иду на работу с комком в животе. Каждый день – одно и то же.
Я первым пришел в офис. Единственное освещение – от мониторов компьютеров, которые не выключили вчера, и теперь на них плавают картинки в режиме энергосохранения. Я включаю свет. Мой новый офис огромен, как дилерский центр. На этаже множество маленьких кабинетов для аналитиков. Половина помещений пуста, но, подозреваю, мы собираемся расширяться. (После моего первого лета там мы переехали на этаж ниже, где гораздо больше места. По мере того как растут наши активы, все остальное тоже растет.) Отдел торговых операций находится дальше всех наших кабинетов, кроме кабинета Раджа. Он устроен как буква Т. Длинный стол стоит вдоль задней стены, где сидят Гэри и Керин. Перпендикулярно ему размещается еще один более широкий стол, и на каждой стороне сидят по три трейдера. Мое место посередине.
Я усаживаюсь и начинаю проверять наши продажи с предыдущего дня. Мне нужно убедиться, что не было сделано ошибок. У меня плохое предчувствие, но со мной так каждый день. Это все равно что таскать с собой шар для боулинга весом в пять с половиной килограммов. Мама всегда говорила мне, что позволительно делать ошибки, но она никогда не работала в хедж-фонде. И хотя я уже в стрессе, это время – самая спокойная часть дня. Нет хаоса. И нет начальства.
