Заслуги Круппа перед Рейхом оценены по достоинству: он получает титул «фюрер экономики» и одну из высших почестей – Золотой щит германского орла. Однако вскоре отношения между Круппом и Гитлером портятся.
После поражения на Курской дуге, где в решающей битве Второй мировой войны сошлись танки Круппа и уральских заводов, Альфреда срочно вызвали на совещание в ставку. Фюрер был вне себя от гнева:
– Ваши танки хуже русских, мы проиграли битву под Курском из-за вас! Вы главный виновник наших неудач!
Это было, конечно, не так, сталь Рура не уступала по качеству стали Урала, возможно, в чем-то даже ее превосходила. Причина поражений крылась не в оружии, а в людях, которые им пользовались. Русский дух тогда восторжествовал.
Но чуткий Альфред Крупп после этого совещания более не сомневался в неизбежности поражения Германии и, спасая свои капиталы, нанес удар собственной стране исподтишка. По его приказу через подставных лиц были проданы все государственные ценные бумаги, а освободившаяся наличность конвертирована и вывезена в Швейцарию. Германская имперская марка заколебалась.
(Впрочем, это обстоятельство не повлияло на производительность заводов Круппа, даже наоборот: если в 1943 году он произвел 600 танков, то в 1944-м – 1800!)
Альфред был очень рациональным человеком и умел не только пользоваться благоприятными обстоятельствами, но и создавать их. Еще в конце 1930-х годов, узнав о планах Гиммлера создать концлагеря, Альфред вложил в этот проект большие деньги. Он видел в этих заведениях не фабрики смерти, а источник прибыли. Во-первых, можно использовать бесплатный труд заключенных, а во-вторых, пленные – прекрасный живой щит от налетов авиации неприятеля. Крупп был владельцем десяти (!) концлагерей. Надзиратели и охранники в этих лагерях получали зарплату в кассе Круппа, а инструкции по использованию заключенных – в заводоуправлении. Многие из них затем были осуждены международным трибуналом в Нюрнберге на сроки гораздо большие, чем их хозяин.
Крупп уничтожил почти все документы о работе на его заводах военнопленных, но все же одно из обвинений, выдвинутых против него, заключалось в использовании им рабского труда.
В свое оправдание Крупп заявил судьям: «По законам Рейха эти люди не считались тогда людьми, поэтому и отношение к ним было соответствующим. Я никогда не нарушал существующих законов. Я абсолютно невиновен».
Капитуляция Германии не смогла застать Круппа врасплох: огромные суммы денег в валюте были спрятаны в швейцарских банках, документы, изобличающие его в преступлениях, уничтожены, заводы переданы под охрану американской военной полиции. Была лишь одна неприятность – его арестовали и предали суду как нацистского преступника. Но, имея хороших адвокатов и нужные связи, Альфред был спокоен за свою судьбу.
Основных пунктов обвинения было три: сговор с Гитлером, грабеж оккупированных стран и использование рабского труда. Каждое из них могло бы привести Круппа на виселицу, если бы было доказано. Однако, несмотря на активное давление со стороны Британии и СССР, американский судья признал Круппа виновным только по первому пункту обвинения и приговорил его к 12 годам заключения с конфискацией имущества. Приговор вызвал в зале заседаний взрыв смеха. Дело в том, что, вынося решение о конфискации имущества, судья, согласно закону, должен был привести полный его перечень, что в случае с ловким Круппом было физически невозможно.
* * *
Местом заключения Круппу был определен замок Ландсберг на северо-западе Германии. Альфред содержался в общей камере с другими нацистскими преступниками и так же, как все, носил тюремную робу с красными полосками. Так же, как все, он в свою очередь мыл посуду, выносил парашу, дежурил в прачечной. Но, надо отдать ему должное, ни разу ни в период заключения, ни после него не пожаловался на суровость наказания. Более того, коменданту замка Джеймсу Чизлу он впоследствии каждое Рождество посылал поздравительные открытки и подарки.
На заводах Круппа тем временем продолжалась работа. Как и в довоенные годы, там теперь собирались паровозы. Решение суда о конфискации имущества Круппа не могло вступить в силу без общего перечня имущества. А большинство документов было уничтожено самим Круппом, часть спрятана или утеряна – это затягивало процесс описи.
В конце 1950 года Крупп был полностью оправдан. В феврале 1951 года он был освобожден, а к лету снова стал владельцем всего своего имущества (которое к тому времени так и не сумели описать). Круппу вернули не только заводы, но даже домашнюю утварь, растащенную американскими солдатами из его загородной виллы.
В том же году Альфред женился. Это был его второй брак, от первого у него остался сын и, как он планировал, будущий наследник – снова Арндт. Его вторая супруга Вера Хоссенфельд (урожденная немка) также вступала в брак не в первый раз, но у нее было достоинство – американское гражданство.
Ее паспорт сильно облегчил жизнь Круппу, особенно в первые месяцы после заключения. Когда бывшие узники концлагеря, принадлежавшего Круппу, чуть не сожгли его дом, их разогнала американская полиция по просьбе американской гражданки госпожи Крупп.
Обретя свободу, Альфред Крупп с двойной энергией принялся за свой бизнес. Он немедленно вернул из Швейцарии спрятанные там во время войны деньги и вложил их в реорганизацию своих заводов. Темпы развития его предприятий были потрясающими: уже через три года после освобождения хозяина заводы выпускали продукции больше, чем до войны.
Он привлек новые капиталы, взял дополнительные кредиты и вкладывал, вкладывал, вкладывал. Все проекты были грандиозны.
Впрочем, человек по фамилии Крупп и не мог планировать ничего мельче, чем покупку всего курортного бизнеса Германии, практически монопольного производства локомотивов, полного контроля над рядом радио– и телеканалов. Деньги на эти и многие другие проекты достать не составляло труда – желающих предоставить кредит Круппу всегда было предостаточно.
Высокий уровень конкуренции в Европе и, как следствие, снижение прибылей заставили Круппа обратить свой взор на страны третьего мира. В Индии, например, по заказу Неру он построил целый город-завод для производства стали. Город получает гордое имя Руркела. В Бразилии Крупп скупает железистые рудники и налаживает производство стали практически для всей Латинской Америки. Вскоре бразильский проект передается под контроль любимого наследника – Арндта.
Вершины своего успеха Альфред Крупп достигает в начале 1960-х годов. В этот момент он как бы представляет собой мощь всей. Являясь единоличным владельцем корпорации Круппов, Альфред концентрирует в своих руках производство почти всех стратегических товаров в Европе. Его заводы находятся на третьем месте в мире по производству стали после США и СССР. В его личном владении имеется атомный флот из трех ледоколов. Ассортимент выпускаемых товаров включает почти 4000 наименований. Крупп – один из четырех производителей обогащенного урана-235, которым начиняют ядерные реакторы электростанций и бомбы. Благодаря этому ему под силу сделать даже ядерное оружие. На его заводе изобретен новый металл – титан, сверхпрочность и легкость которого делает революцию в авиастроении. В секретных КБ Круппа идут испытания космических аппаратов. В наиболее смелых прогнозах того времени концерну Круппа отводили третье, а то и второе место в череде сверхдержав США и СССР.
Столь бурный рост вызывает ревность конкурентов. Ему начинают припоминать сотрудничество с фашистами. Разоблачают и арестовывают начальника службы безопасности, который оказался не кем иным, как самим Отто Скорцени (самым крутым спецназовцем СС).
Крупп теряет присутствие духа и начинает делать ошибку за ошибкой. Он продолжает брать кредиты. Банки, особенно германские, охотно выделяли ему средства. Но уверенность в кредитоспособности Круппа уже поколеблена.
* * *
В воскресенье 30 июля 1967 года в 22.00 на своей вилле Хигель скончался последний настоящий король из династии Круппов – Альфред. Рур погрузился в траур, были приспущены государственные флаги Германии и черно-белые штандарты Круппа. На виллу привезли мешки телеграмм с соболезнованиями, адресованных наследнику.
Но тезка первого Круппа – Арндт – уже несколько лет назад отрекся от престола. Согласно закону «О Круппе» от 1943 года, подписанного Гитлером и до сих пор не отмененного, только Крупп мог быть владельцем своих предприятий, никакое внешнее управление или акционирование без его согласия не допускалось. Поэтому, предвидя финансовый крах, предусмотрительный Альфред обсудил с сыном проблему и с помощью юристов составил свое завещание так, что после его смерти гигантские долги концерна аннулировались.
По последнему распоряжению Круппа все заводы были проданы, а вырученные деньги обращены в пожизненную ренту в $500 тыс. ежегодно для его наследника. Кредиторам (на вполне законном основании) не досталось ничего.
