Но Анна, безнадёжно влюблённая тогда в другого, не разделяла любви Пушкина и не захотела выйти за него замуж. Он оказался третьим поэтом, кого постигла в Приютине неудача в любви. И с осени 1828 года Пушкин перестал бывать в имении Олениных. Когда он спустя несколько месяцев повстречал в Москве Наталью Гончарову, его остывающее чувство к Анне воплотилось в непревзойдённые строки знаменитой элегии, которые он вписал в альбом девушки в 1830 году:
Я вас любил: любовь ещё, быть может,В душе моей угасла не совсем;Но пусть она вас больше не тревожит;Я не хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно,То робостью, то ревностью томим.Я вас любил так искренно, так нежно,Как дай вам Бог любимой быть другим.
Прошло время. В 1833 году не стало Гнедича, в 1838 году умерла Елизавета Марковна. Спустя три года после её смерти Приютино продали, и оно надолго перестало быть «приютом вдохновения» поэтов. Лишь в 1974 году усилиями энтузиастов здесь был открыт музей, благодаря чему мы снова можем насладиться неповторимой красотой чудесной усадьбы, которая некогда была так притягательна для Пушкина, Гнедича, Крылова, Батюшкова и других литераторов.
Сахарова Александра. 12 лет. Керченский берег
«Прекрасны вы, брега Тавриды…»
Путешествие по Крыму летом 1820 года с семьёй прославленного генерала Николая Николаевича Раевского занимает особое место в жизни и поэзии Пушкина. Романтическая экзотика природы, лучезарное крымское лето, удивительно разнообразные пейзажи, атмосфера любви в приютившей его семье Раевских помогли поэту обрести душевное равновесие после бурной и смятенной жизни в Петербурге, вдохновили его на создание множества произведений.
Пушкин побывал в Керчи, Феодосии, Коктебеле, Бахчисарае, путешествовал по Южному берегу Крыма. Спустя годы, вспоминая прогулку по Карадагу, поэт набросал в черновиках первой главы «Евгения Онегина» Золотые ворота — причудливую скалу с аркой, сквозь которую можно проплыть на лодке или катере.
Бахчисарай с его ярким восточным колоритом, великолепным ханским дворцом, садами, мечетями, овеянным легендой «Фонтаном слёз» вдохновил поэта на сочинение таких шедевров, как «Бахчисарайский фонтан», «Фонтану Бахчисарайского дворца»:
Фонтан любви, фонтан живой!Принёс я в дар тебе две розы.Люблю немолчный говор твойИ поэтические слёзы…
Необыкновенное впечатление произвёл на Пушкина Гурзуф, куда он приплыл на корабле из Феодосии и где провёл с семьей Раевских три счастливых недели. Работая спустя десять лет над «Путешествием Онегина» поэт писал:
Прекрасны вы, брега Тавриды,Когда вас видишь с корабляПри свете утренней Киприды,Как вас впервой увидел я;Вы мне предстали в блеске брачном:На небе синем и прозрачномСияли груды ваших гор,Долин, деревьев, сёл узорРазостлан был передо мною.
Знаменитый дом Ришельё, где жил поэт, теперь обращён в музей, окружённый большим тенистым парком.
Пушкин много бродил по окрестностям. По преданию, он, расположившись на скале, которая теперь наречена его именем, любил наблюдать за купальщицами:
Среди зелёных волн, лобзающих Тавриду,На утренней заре я видел Нереиду.Сокрытый меж дерев, едва я мог дохнуть:Над ясной влагою полубогиня грудь,Младую, белую, как лебедь, воздымалаИ пену из власов струёю выжимала.
Образ звёздного крымского неба запечатлён в стихотворении «Редеет облаков летучая гряда…», в заключительных строках которого поэт говорит о дочери Н. Н. Раевского Екатерине, красивой, обаятельной и умной девушке:
Редеет облаков летучая гряда;Звезда печальная, вечерняя звезда,Твой луч осеребрил увядшие равнины,И дремлющий залив, и чёрных скал вершины…Там некогда в горах, сердечной думы полный,Над морем я влачил задумчивую лень,Когда на хижины сходила ночи тень —И дева юная во мгле тебя искалаИ именем своим подругам называла.
Чудные пейзажи Гурзуфа, яркие впечатления о жизни в этом благословенном месте навсегда остались в памяти великого поэта. Спустя многие годы Пушкин писал:
Так, если удаляться можноОттоль, где вечный свет горит,Где счастье вечно, непреложно,Мой дух к Юрзуфу полетит…
Сахарова Елена. 9 лет. Пушкин с Раевскими в Керчи
Пушкиногорье: Михайловское, Тригорское, Петровское
Из шумного Петербурга Пушкин не раз отправлялся в Михайловское, родовое имение Ганнибалов на Псковщине. Впервые поэт побывал там летом 1817 года после окончания Лицея. Михайловское, соседние с ним имения Тригорское и Петровское, живописная долина Сороти, озёра Кучане и Маленец, Савкина горка, Святогорский монастырь — словом, весь ныне легендарный край и полученные здесь впечатления нашли яркое отражение в стихотворениях «Простите, верные дубравы…», «Домовому», «Деревня», «П. А. Осиповой», «19 октября», «Зимний вечер», «Я помню чудное мгновенье…», «Признание», «Вновь я посетил…», в романе «Евгений Онегин», трагедии «Борис Годунов» и многих других произведениях.
Шухов Владимир. 9 лет. Дом в Михайловском
Уже в первом стихотворении «Простите, верные дубравы…», написанном в 1817 году и посвящённом Тригорскому, юный Пушкин говорит о своём беспечном мечтании вернуться туда:
Приду под липовые сводыНа скат тригорского холма,Поклонник дружеской свободы,Веселья, граций и ума.
Желание поэта исполнилось: спустя два года он снова посетил Михайловское и Тригорское — «приют спокойствия, трудов и вдохновенья». В стихотворении «Деревня» пленяет поэтическое описание вида с Михайловского холма:
Везде передо мной подвижные картины:Здесь вижу двух озёр лазурные равнины,Где парус рыбаря белеет иногда,За ними ряд холмов и нивы полосаты,Вдали рассыпанные хатыНа влажных берегах бродящие стада,Овины дымные и мельницы крилаты;Везде следы довольства и труда.
В 1819 году, незадолго до отъезда, Пушкин сочинил стихотворение «Домовому»:
Поместья мирного незримый покровитель,Молю тебя, мой добрый домовой,Храни селенье, лес и мирный садик мой,И скромную семьи моей обитель!<…>Люби зеленый скат холмов,Луга, измятые моей бродячей ленью,Прохладу лип и клёнов шумный кров —Они знакомы вдохновенью.
Через пять лет, в 1824 году, поэт поселился в Михайловском уже поневоле и провёл здесь два года в ссылке. На первых порах Пушкин тосковал о Крыме, запечатлевая в стихах воспоминания о синем море и солнечных экзотических пейзажах, о друзьях и возлюбленных, оставленных в дальнем краю. Потом всё чаще стали появляться в произведениях поэта образы обаятельных обитателей соседних имений, любимой няни Арины Родионовны, виды псковского края с неброской, но по — своему привлекательной и, главное, родной сердцу русской природой. Пушкин, по его словам, стал:
Шухов Владимир. 9 лет Пушкин с няней в Михайловском
Шухов Владимир. 10 лет. Банька в Тригорском
Шухов Владимир. 10 лет. Усадебный дом в Петровском
…сельской музе в тишинеДушой беспечной предаваться.
Может быть, прообразом могучего «дуба зелёного» у Лукоморья стал «дуб уединенный» в Тригорском. Хозяйке этого имения Прасковье Александровне Осиповой — Вульф поэт посвятил стихотворение, в котором выражена любовь его к родным местам:
Но и вдали, краю чужом,Я буду мыслию всегдашнейБродить Тригорского кругом,В лугах, у речки, под холмом,В саду, под сенью лип домашней.
Соседнее с Михайловским имение Петровское изначально было центром управления вотчин Михайловской губы, пожалованных императрицей Елизаветой Петровной Абраму Петровичу Ганнибалу. Великий поэт не раз бывал в тех землях,
…где Петра питомец,Царей, цариц любимый рабИ их забытый однодомец,Скрывался прадед мой арап.
Петровское принадлежало тогда двоюродному деду Пушкина Петру Абрамовичу Ганнибалу и его сыну Вениамину Петровичу Ганнибалу. Общение с ними обогатило поэта знаниями истории его рода по линии матери, давало пищу творческому воображению.
