Катя и Паша, которого еще с института называли не иначе, как Пабло.
– Я не знаю, что делать. Я бы хотела сейчас обнять кого-то родного, но у меня никого нет. Я бы очень хотела обнять тебя, но ты болтаешься черт знает где. Кстати, где ты?
– В Москве. Где мне еще быть? Разгребаю рабочие вопросы.
– Может, ты мог бы прилететь на несколько дней?
– Ирэна, мне сейчас не вырваться. Я попробую через пару недель, хорошо?
Пабло всегда называл ее только родным именем. Ее новое имя на французский манер он категорически не принимал, и, хотя из имени исчезла всего одна буква, Пабло считал это девчачьей придурью. К имени Катрин он так не придирался, поскольку придурь была частью ее жизни.
– Хорошо. – Ирэн замолчала и снова продолжила: – Слушай, кроме убийства есть кое-что еще. Катрин взяла у меня в долг деньги. Те самые, которые я копила на покупку дома.
– Что, сразу все? Зачем ей так много?
– Ей нужно было для новой работы. Она должна была мне их отдать, но не отдала. Не успела. Это огромные деньги для меня. Я потеряла все за один вечер.
– Это так похоже на нее: подставить тебя по глупости. А в квартире их точно нет? Полиция все осмотрела?
– Каждый уголок, кроме мишки. Ну помнишь, мишка с молнией на брюхе?
– Да ладно! Он до сих пор у нее? – рассмеялся Пабло, но потом опять стал серьезным. – И что ты думаешь делать?
– Не знаю. Самое ужасное, что я уже подписала договор с банком. Не надо было замахиваться на такой большой дом. Надо было купить небольшую студию, насколько хватало денег. Какая же я дура!
– Не плачь, пожалуйста. Я не могу слышать, как ты плачешь. И не сдавайся! Деньги надо попытаться найти. Вы же были лучшими подругами последние лет сто! Если кто-то и может догадаться, куда она их дела, то только ты. А я всегда тебе помогу.
Помочь Пабло действительно мог. Получив престижное образование в МГУ, он не пошел работать по специальности, а стал кем-то вроде айтишника. Его даже позвала к себе работать крупная американская компания, однако очень скоро его отец умер, и Пабло пришлось вернуться на родину, чтобы поддержать мать. Он стал работать на себя, но это было лишь начало. Скоро он освоил новую профессию, более прибыльную, и очень в ней преуспел. Несколько раз он даже подозревался в причастности к киберинцидентам, но ни разу не был официально осужден. В мире хак-групп он стал известен, его уважали за острый ум и дерзкие преступления. Из последних громких дел, которые наверняка совершил он, были скрапинг данных более ста миллионов пользователей известной соцсети и продажа этой информации на подпольных маркетплейсах даркнета. Но доказать ничего не удалось.
– А что вообще говорит полиция? Как это произошло?
– В ванне. Ножом. И я думаю, я знаю, кто ее убил. У нее на плече был вырезанный крест. Как у тех девушек, несколько лет назад, помнишь?
– Да уж, помню. Год про этого маньяка во всех новостных пабликах и соцсетях писали.
Ирэн договорила по телефону, вытерла слезы и медленно пошла по берегу моря, громко шурша галькой. Воспоминания из прошлой жизни нахлынули на нее сами собой.
Глава 12
Когда она впервые попала в Сен-Карно, ей было удивительно все: постоянное солнце, улыбающиеся приветливые люди, простая, но вкусная еда. Ей казалось, что если рай все же существует, то несомненно выглядит именно так. Особенно ей казалось так на контрасте с ее родным городом. Не городом – поселком городского типа.
Никогда Ирэн не забудет тот день много лет назад, когда она бесхитростно и прямо спросила соседку, где та находит силы жить, ведь муж у той постоянно пьет. Отец тоже пьет. Часто они пьют вместе, а соседка тянет на себе трех детей, беременна четвертым и еще занимается хозяйством. Доит корову, кормит свиней, высаживает и пропалывает огород, всем готовит и еще регулярно попадает под пьяную руку то мужа, то отца. В свои тридцать с небольшим она почти без зубов и выглядит побитой жизнью старухой.
– А твой отец, что ли, не пьет? Вас с матерью вообще выгнали из дома, живете в пристройке, как мои свиньи. Вот погоди, выскочишь замуж – будут и у тебя заботы. Думаешь, ты-то по-другому будешь жить? Встретишь Хуана Антонио и попадешь в сказку? Нет, принцесса. У меня свиньи и корова есть, а вот будет ли у тебя такое хозяйство – еще вопрос. Может, и сама запьешь с горя.
Ирэн как громом поразило. Впрочем, тогда она еще была не Ирэн – Ирэной Дубровой, умненькой пятнадцатилетней девчонкой. Она, конечно, понимала, что так она никогда жить не будет. Но первый раз в жизни задумалась: а какой у нее план? Что ей нужно сделать, чтобы прожить другую жизнь? Потому что, если она ничего не предпримет, то именно это ее и ждет. Слова соседки, хоть и были наполнены ядом и злобой, но попали в самую точку.
Из книг и опыта знакомых она знала только о трех путях получить деньги и жить нормально: или стать проституткой, или выйти замуж, или получить образование и чего-то добиться самой. Пункт первый она вычеркнула без раздумий. Уж лучше свиньи и пьющий муж. Пункт второй был более заманчивым, но не казался надежным. Мужчины пьют, бьют и изменяют. И в итоге можно все равно остаться у разбитого корыта, только еще и с тремя детьми. Кроме того, чтобы выйти замуж, неплохо было бы иметь красивую внешность, чем Ирэна похвастаться не могла. Нет уж, единственный вариант, хоть более долгий, зато и более надежный – это самой чего-то добиться. Получить образование, надежную профессию, купить дом и только потом, чтобы никто не выгнал на улицу или в пристройку, попробовать выйти замуж.
С тех пор прошло тринадцать лет. Сила воли и усердие позволили ей сначала поступить в Университет, а затем, на последнем курсе, даже попасть в программу по обмену студентами в Университет Сен-Карно, где она изучала феномен гипноза. Ирэн с головой ушла в эту тему, написала несколько научных статей и отлично себя зарекомендовала. Однако время шло, два семестра пролетели незаметно, и вскоре ей пришлось вернуться. Но только лишь для того, чтобы получить диплом и закончить все дела в России. Она поменяла имя на Ирэн, а фамилию Дуброва – на Дюпри. И вернулась в Сен-Карно, чтобы начать новую жизнь в новом месте.
«Почему все рушится именно сейчас,
